Стена

Исаев Альберт Николаевич

– - Так что решил?

Следуя вслед за Николаем, Саша сперва не понял, что обращаются к нему, но удивлённое лицо Олега опровергло его догадку.

– - Насчёт чего?

– - Насчёт работы, конечно -- сделав увесистый крюк вокруг длинной полуразвалившейся многоэтажки, спросил его Коля, -- Пойдёшь к нам или так -- погуляешь и хватит?

– - Ну, я...
– - неуверенно замямлил Александр вначале, но потом спросил -- Это что, такой трюк? Ну типа согласен ли я сейчас?

– - Да не, просто самому интересно, -- задумчиво закинув руки за голову, поправив куртку на плечах, ответил Николай -- У нас, конечно, есть студенты-курьеры, но чтоб школьники... Эт что-то новенькое!

– - Я уже понял -- вспомнив первую реакцию Коли на его персону, заметил Саша.

– -

Ну ты имей в виду просто -- раз уж тебя избрали на той стороне, то повод был -- выдохнув паром изо рта, рассказал ему курьер "Ангелов Фогеля", -- Так, чисто статистика: подавляющее большинство соглашается, но есть некоторые, боящиеся ответственности... Я не тороплю, не думай -- просто смотрю, из какого ты теста.

Внимательный взгляд серых глаз Николая тревожил Сашу: по правде говоря, он так и не решил, будет ли участвовать во всём этом. Однако вот... Тот договор о неразглашении -- он и сам не рассчитывал, что так быстро подпишет его! И Олег -- неужели в Северном Саратове столько "неугодных": несчастных, бедных людей, на которых всем наплевать, лишь бы они не мозолили глаза военным? И Южный город -- да, конечно, тот "Сталингад" подпортил ему всё впечатление, но остальное...

Не зная, что и решить, внештатный наблюдатель "Ангелов Фогеля" уставился в небо и увидел там самолёт -- за плотной, непрозрачной пеленой кучерявого пара прямо над ними, издавая свой особый реактивный шум, сам по себе летел кто-то из бесконечного семейства "мигов". Очередной истребитель, патрулирующий воздушное пространство забытого всеми города федерального значения -- такое возможно, наверное, только в России. Вдыхая этот холодный, влажный, режущий нос и горло воздух Северного Саратова, глаза Саши то и дело выхватывали вместо крошечной, постоянно движущейся точки в небе более земные цели: осыпающаяся кровля домов, тёмные, почти чёрные кривые ветви тополей и клёнов, заметно более светлые побеги каштана, чьи покрытые желтоватым, почти бесцветным липким соком почки уже заметно набухли, а кое-где и чуть-чуть приоткрылись, выпустив на свободу пока ещё сморщенные, недоразвитые листочки -- в город, насильно отделённый Стеной от своего южного собрата, семимильными шагами по тающим снегам вступала весна.

– - Ну вот и пришли!

Засмотревшись наверх, Саша совсем забыл, что он всё ещё на задании и замечтавшись, врезался в спину курьера.

– - Э, ты чего там, уснул?
– - возмутился Коля.

– - Прости, я...
– - поправив свою растрепавшиеся на бегу волосы, парень слегка отпрянул и чуть не врезался в Олега, -- Ой, простите, пожалста...

– - Да ничего, это...
– - мужчина испуганно отошёл от одолеваемого неуклюжестью Александра, -- Я просто...

– - Так, всё -- успокоились!
– - осадил их обоих Николай.

Саша и Олег сразу встали по струнке и увидели: прямо перед ними из ниоткуда выросла стена здания высотой никак не меньше пяти этажей. Высоченный, песочно-кремовый с острыми вкраплениями бетона, чем-то похожий на слепок дверного замка изнутри монолит устремился прямо в пасмурное саратовское небо, так что с земли казалось, что он вот-вот проткнёт своим флагштоком облака. Поднявшийся где-то на верхних этажах ветер жалобно завывал в его разбитых, кое-где покрытых следами копоти окнах, изо всех сил трепал жалкие остатки бело-сине-красного флага, словно напоминая, что судьба -- штука ироничная: два года назад именно это место американские войска избрали, чтобы повесить свой звёздно-полосатый пледик в знак того, что Саратов пал, даже флагшток уже установили, но увы -- Фрунзенский район остался за Россией. А теперь заброшенное здание основного корпуса Саратовского Государственного Аграрного Университета стало последним фортпостом этого государства, правопреемника Советского Союза, заново скатившегося в ежовские рукавицы. Где-то совсем неподалёку, согласно картам "Ангелов Фогеля", располагался тайный переход в Азовскую Республику и осознавая, что по сути, стоит на погранпункте, у Саши невольно вырвался лёгкий смешок. Олег удивлённо покосился на него, а Коля,

внимательно посмотрев своему напарнику в глаза, странно улыбнулся и прошёл чуть дальше.

Дойдя до парковки, курьер встал возле железной двери, ведущей в какой-то подвал, и безо всяких усилий сняв замок, со скрипом приоткрыл её. Из темноты глубокого, уходящего вниз тоннеля сразу же повеяло теплом и сильной влажностью.

– - Прошу, -- сказал Николай Олегу.

Не особо задумываясь о последствиях, мужчина быстро засеменил по лестнице, после чего за ним последовал Саша. Спустившись в самый низ, двое северян прошли немного по тёмному коридору и за резким поворотом направо увидели ещё одну дверь. Открыв её, они обнаружили хорошо освещённый очень узкий проход. Опутанный со всех сторон какими-то трубами, похоже, это место являлось чем-то вроде теплотрассы, только под землёй. Спёртый, душный воздух в тоннеле порождал невыносимое, дурманящее разум марево, побуждая Сашу поскорее снять свою куртку, но даже так здесь было очень жарко.

Снаружи раздался тихий жестяной стук, а затем -- щелчок замка.

– - Чего встали?
– - эхом прокатился откуда-то сверху голос Коли, -- Топаем-топаем!

Недолго думая, Саша пошёл впереди Олега -- лаз через границу просто не позволял идти больше чем по одному. Осторожно, стараясь не касаться горячих труб, беженец и его наблюдатель шли строго вдоль них и некоторое время спустя к ним присоединился Николай. Одиноко гудящие в полумраке лампы накаливания давали жуткие тени и Саша слышал, как мужчина позади него задыхается от страха. Эхо их шагов тихо побежало куда-то вперёд, пока не упёрлось вместе с трубами в какую-то кирпичную заглушку. Обогнув её, Александр уже задним умом понимал, что они сейчас идут куда-то на юг и вдруг увидел перед собой на покрытом кирпичной крошкой полу проходящую чуть по диагонали белую меловую черту.

– - Так, стоп!
– - вдруг закричал позади Коля, -- Сань, линию там видишь?

– - Да, вижу.

– - Всё, -- протиснувшись вперёд Олега, курьер встал рядом с ним, -- Дальше ждём.

Стоя возле своего, по сути, начальника, нервно переминаясь с ноги на ногу, Саша лишь несколько секунд спустя решился задать вопрос:

– - А кого ждём?

В ответ Коля уверенно кивнул вперёд.

– - Их.

Посмотрев в ту же сторону, Саша услышал -- впереди, из полной темноты, послышался звук шагов. Прислушавшись, старшеклассник быстро понял, что с той стороны к ним идут двое. Один из них, широкий, грузный, судя по походке, был абсолютно точно незнаком ему, зато другой, мелкий, элегантный, больше похожий на цокот копыт шаг вызывал у него одну ассоциацию. В голову подростка сразу закралось удивление, и оглянувшись на готового вот-вот хлопнуться в обморок от страха Олега, Саша не подумав ляпнул:

– - Не волнуйтесь -- я её знаю.

Слух Сашу не подвёл -- вскоре из сумрака по другую сторону линии показался мужчина. Высокий, крепко сложенный, ростом никак не меньше двух метров, ему пришлось согнуться в три погибели, чтобы протиснуться в этот узкий лаз. Тем удивительней, наверное, был для всех тот факт, что остановившись возле границы, из-за спины курьера с "южной" стороны вынырнула мелкая, выглядящая на фоне этого гиганта куклой Настасья. Всё так же одетая в школьную униформу, прикрытой лишь наброшенной на плечи курткой, вид её вызвал у Коли изумление:

– - What the?

– - Ты чего, Коль?
– - на чистом русском обратился к нему курьер с Юга.

– - У вас что, тоже наплыв школьников?
– - показал Николай на его компаньоншу.

Выпучив глаза от того, что на неё уставились сразу трое лиц мужского пола, Тася сразу смущённо заёрзала на своём месте.

– - Она старше, чем кажется -- поспешил разрядить обстановку Саша.

– - Не намного -- грубо оборвал его гигант из Азовской Республики.

Вид больше похожего на кирпич лица партнёра Николая и соотечественника его старой знакомой сразу сдул всю смелость с лица наблюдателя. Виновато опустив глаза, шаркая своей тонкой ножкой, Настасья криво улыбнулась попытавшемуся заступиться за неё Александру.