Стигма
Шрифт:
– Что происходит?
Порог склада переступила Стелла, коллега Руби. Наверное, она услышала наши голоса, потому что подошла к нам твердым решительным шагом. Она коротко подстриглась, и мальчишеская стрижка очень ей шла, подчеркивая овал лица, густо усеянного веснушками, а румянец на скулах, скрывавший мелкие несовершенства кожи, усиливал ее очарование.
– Тебя искала Камилла. Поступил заказ из вип-зала, – подходя, сообщила она Руби. Стелла замешкалась на мгновение и с настороженным выражением взглянула сначала на ее
Руби продолжала смотреть на меня. Я отвернулась, схватила коробку с коньяком обеими руками и услышала ее тихий ответ:
– Да. Уже иду.
Не говоря больше ни слова, Руби повернулась и направилась к двери, а Стелла смотрела ей вслед. Наверное, она услышала больше, чем я думала, потому что повернулась ко мне с плотно сжатыми губами и бросила на меня укоризненно-враждебный взгляд, в котором пылало обвинение. Потом она тоже вышла, и я снова осталась одна.
Сжав челюсти, я покосилась на место, где мгновение назад стояла Руби. Вдруг я пошатнулась и почувствовала, будто в груди завязался тугой узел, в глазах заплясали маленькие черные точки. На мгновение я потеряла ориентацию в пространстве, но продолжала неподвижно стоять и моргала, пока точки не исчезли.
Знакомое ощущение, я его испытывала, когда слишком быстро вставала с постели: секундное головокружение, мельтешение черных точек в глазах, которые быстро исчезали, и все снова было нормально.
Я не хотела отпрашиваться у Зоры, сообщать ей, насколько я слаба, незадачлива и бесполезна сегодня.
Как могла я навела порядок, достала из коробки одну бутылку и вышла, заперев склад на ключ.
Ноги немного тряслись, но я сосредоточилась на своих движениях. Пошла в зал, готовая снова вернуться к работе за стойкой. Я уже подошла к двери и протянула руку, чтобы дернуть за ручку, как вдруг дверь открылась.
Я едва успела увернуться, чтобы меня не ударило створкой, но, видимо, отшатнулась слишком резко, потому что перед глазами все заходило ходуном. Голова затуманивалась, ноги подкашивались, и я изо всех сил старалась не упасть.
Не знаю, как я не рухнула на пол. Я часто дышала, но сердце, казалось, очень устало и просило передышки. Мне потребовалось какое-то время, чтобы справиться с этим маленьким приступом и сфокусировать взгляд на человеке, загородившем проход.
Только его мне сейчас не хватало!
Андрас смотрел на меня холодными, похожими на лезвия бритвы глазами, в которых не было ни малейшего намека на эмоции.
– Отойди в сторону!
Его твердый громоподобный голос отдал мне приказ, но я почему-то не отреагировала. Вообще не понимала, что происходит. Перед глазами все снова поплыло. Закружилась голова. По спине прокатились друг за другом волны жара и холода, парализуя каждый нерв.
– Ты меня слышала?
Черные точки вернулись и, словно рой насекомых, носились туда-сюда, засоряя взгляд. Я поморгала, но пятнышки
– Я же сказал тебе: отойди!
Бутылка выскользнула у меня из рук, но я не услышала, как она разбилась.
Воздух дрогнул, потом меня что-то словно бы подхватило. Ослепшая и оглушенная, в первые секунды я не почувствовала чужого прикосновения к себе. Лишь в следующий миг осознала, что уперлась во что-то мягкое и теплое, что уберегло меня от жесткого падения на пол.
Последнее, что я помнила, – это запах, интенсивный, чувственный и энергичный аромат мужских духов, который проскользнул в мои легкие шелковой лентой.
Потом сознание отключилось.
Открыв глаза, я не сразу поняла, где нахожусь.
Я медленно возвращалась в реальность: я лежу, что-то касается моей щеки, пальцами я нащупала что-то мягкое. Бархат?
Я поморгала, сосредоточившись на окружающей действительности. Узнала атласные шторы и изысканную обстановку кабинета Зоры. Сквозь золотистые абажуры в комнату тек мягкий свет, отчего стены приобретали нежный оттенок.
Я села. Оказывается, кто-то перенес меня на антикварное розовое кресло на изящных медных ножках.
Вокруг было тихо. Я закрыла глаза. Интересно, сколько я проспала?
– Похоже, ты привязалась к моему креслу.
Я повернулась на голос. Из угла кабинета на меня пристально смотрела Зора.
– Сиди, не вставай, – сказала она, когда я опустила ноги на пол. – Поешь.
Рядом со мной стоял изящный деревянный столик с красивой инкрустацией. На него кто-то поставил бумажный стаканчик с чаем и тарелочку с ломтиками лимона, рядом положил салфетку, а еще… Я буквально застыла. Пончик!
В белой глазури с разноцветной посыпкой, он выглядел настолько аппетитно, что казалось, будто он ненастоящий. Я смотрела на него не отрываясь и чувствовала, как рот наполняет слюна.
Я не умела легко принимать подарки, но этот был слишком заманчив. Да и под суровым взглядом Зоры я просто не вправе отказаться.
С легким трепетом я взяла ароматный пончик, откусила – и вкус шоколада взорвался во рту. Удивительно нежный и воздушный, пончик будто только достали из духовки. Я прикрыла глаза, смакуя сладость. Душа пела.
Я наслаждалась каждым кусочком, затем слизнула с губ цветные зернышки и допила сладкий чай с лимоном.
Мне заметно полегчало. Теперь, когда мое тело снова стало восприимчивым к внешнему миру, я почувствовала напряжение в кабинете. Поза Зоры – скрещенные руки и приподнятый подбородок – выражала недовольство.
– Мне сказали, ты сегодня еле на ногах стояла. Что, черт возьми, с тобой случилось?
Она понимала, что у меня упадок сил и низкий уровень сахара в крови, но все равно хотела от меня объяснений.