Сто имен
Шрифт:
— Не твоя вина, — повторил он, протягивая ей бокал с вином. — Усвой это, и с тобой можно будет общаться. И постарайся ночью не храпеть, не то задушу тебя подушкой.
— Я не храплю.
— Еще как. Стоит тебе выпить, и ты храпишь громче моего отца.
— Не храплю. И ты почем знаешь?
Он вновь поглядел на нее тем странным взглядом, от которого по коже пробегал холодок, а внутри все плавилось:
— По крайней мере один раз я имел возможность в этом убедиться.
— Никто мне не говорил, — пробормотала Китти.
— Наверное, когда ты спала, они тоже спали.
Простая,
Вдруг послышался звон: Сэм постучал ложечкой о стакан.
— О нет, Сэм! — встрепенулась Мэри-Роуз, и на этот раз она не шутила. Даже уголки ее губ не шевельнулись в улыбке.
— Эсмеральда! — воззвал он к ней.
— Эсмеральда? — удивленно переспросил Ендрек. — Я думал, тебя звать Мэри-Роуз, — крикнул он девушке, перегибаясь к ней через стол.
— Не обращайте на него внимания, — попросила Мэри-Роуз, закрывая лицо руками. — Сэм, говорю же тебе, перестань!
Но Сэм будто не замечал ее плохого настроения или, если заметил, решил, что все сможет исправить очередным предложением руки и сердца, — вот только Китти догадывалась, что ничего он таким способом не исправит. Она видела уже два таких выступления и считала себя в этом деле экспертом.
— Все в порядке, — заверил растерянных друзей Сэм. — Эсмеральда — это просто ласковое прозвище. Правда же, дорогая?
— Нет! — фыркнула она. — Вовсе нет!
— О’кей. Мэри-Роуз Годфри, — торжественно произнес он. — Мой лучший друг во всем большом мире.
— Перестань, Сэм!
— Не могу, дорогая! Не могу перестать думать о тебе. Не могу притворяться, будто мы всего лишь друзья, — и так день изо дня. Мы все время рядом, и я чувствую это и не смею тебе признаться.
Китти замерла. Даже ей стало не по себе от слов Сэма, каково же приходится Мэри-Роуз?
— Мы знакомы с шести лет. Когда ты вошла в первый класс, в наш первый школьный день, и туфли у тебя были надеты не на те ноги, я сразу захотел подружиться с тобой.
Мэри-Роуз вдруг прыснула от смеха.
— А ведь правда! — изумленно подтвердила она.
Так что же, Сэм нынче вечером не разыгрывает придуманную сценку? Он говорит… правду?
— И мы с тобой поболтали, а потом поспорили из-за желтого лего, и ты меня ущипнула, а учительница отругала тебя и поставила в угол. Вот так девчонка с яйцами, подумал я. Непременно буду с ней дружить. Не то чтобы я предпочитал девочек с яйцами, — добавил Сэм в скобках, и все засмеялись. Все, кроме самой девушки. Она даже не улыбнулась, но теперь уже не потому, что ей было неловко, а потому, что ею овладела печаль. Слова Сэма были так точны, так трогательны, что Китти усомнилась: а не всерьез ли он делает на этот раз предложение? Усомнилась и Мэри-Роуз: вскинула голову, всмотрелась в лицо «жениха». — Мы дружили в младшей школе, дружили в старшей, хоть твоя мама и отправила тебя в монастырский пансион, и тебе пришлось шесть лет кряду носить коричневую юбку до колен, которая тебе вовсе не шла, а под ней чулки.
— Он взаправду? — шепнул Китти Стив, и вновь по спине у нее пробежал озноб.
— Честное слово, не знаю, — шепнула она, касаясь губами его уха и чувствуя, как ее бьет током.
Постаралась сосредоточиться на разыгрывавшейся перед ней драме, хотя собственные поднимавшиеся изнутри чувства сбивали с толку.
Сэм прошагал к Мэри-Роуз. Все вытягивали шеи, кое-кто вставал посмотреть, что сейчас будет. Все поверили.
— Мэри-Роуз Годфри, ты была моим лучшим другом с детства, но у меня больше нет сил скрывать: я до смерти влюблен в тебя. Это может показаться слишком патетичным, но я говорю как есть: мы созданы друг для друга. Ты выйдешь за меня?
Глаза Мэри-Роуз вспыхнули, заблестели слезами. Она выглядела очарованной, опьяненной. Никогда прежде Китти не видела ее такой счастливой — и поверила, что все это взаправду, все на самом деле.
Все, кто был в пивном дворике, закричали, захлопали, потом зашикали друг на друга и, пока веселились, радостно переглядываясь, упустили тот миг, когда Сэм подмигнул — это видела Мэри-Роуз, это видела Китти. Иллюзия была разрушена. Всё не на самом деле.
Улыбка Мэри-Роуз мгновенно угасла.
— Нет, — сказала она в наступившей тишине.
Пауза.
— Нет? — переспросил он растерянно, всматриваясь в ее лицо.
— Нет! — тверже повторила она, и по ее щеке покатилась слеза.
— Он шутит или всерьез? — настаивал Стив, близко наклоняясь к лицу Китти, согревая ее своим телом в вечерней прохладе.
На лице Эмброуз отразилось потрясение, она инстинктивно уцепилась за руку Юджина, и тот, хотя его этот жест застал врасплох, тут же обнял ее за плечи и прикрыл собой, словно защищая от этого зрелища.
— Перестань это делать, Сэм! — взмолилась Мэри-Роуз, задыхаясь, не сдерживая слез.
— Делать что? — переспросил он, и по крайней мере его удивление было подлинным.
Мэри-Роуз поднялась и вышла из-за стола.
Мрачное молчание.
— Не повезло, приятель! — Арчи грубовато похлопал Сэма по спине. Поддержал, как мог.
Сэм во все глаза смотрел на Китти:
— Да что ж такое?
— Пойду поговорю с ней. — Китти не хотелось расставаться со Стивом, но она знала — так надо. В отдельной комнатке она нашла Мэри-Роуз, рыдавшую взахлеб.
— Господи, что я наделала? — твердила она. — Но я просто не могу больше. Не могу выслушивать его предложения и всякий раз надеяться, что это взаправду, и понимать, что это опять игра.
Китти обняла ее, ничего не говоря, баюкая словно ребенка.
— А теперь все всё поняли, — всхлипывала девушка. — Я выдала себя, как я покажусь ему на глаза?
— Эй, Мэри-Роуз, вот это у нас классно вышло! — услышали они голос Сэма, и тот проскользнул в закуток, пристроился рядом с ними. — Что случилось? Хватит прикидываться, тебе уже и так все поверили. На столе меня ждут две пинты бесплатного пива — в утешение. Мне и в голову не приходило. Отлично сыграно, Мэри-Роуз, ты чуть было меня не провела. Давно придумала? — засмеялся он.