Трибунал
Шрифт:
Не заводское качество, конечно, но зато смертоносность повысилась. Во время учебы Мари часто водили в морг, показывали различные трупы.
Убитого экспансивным патроном ни с чем не спутаешь — из него словно акула вырвала кусок.
Маленькая свинцовая акула. Весом в восемь граммов.
Эта чертова «Аделаида» нигде не светилась. В паре небольших частных пристаней хозяева сообщали, что похожую посудину видели. Но было это за неделю или две до первого убийства.
— Он может ударить в любой день, — резонно предположил
— Может, — без эмоций согласился Йона. — Вот только ты забыл, что день у нас не нормированный.
— Забудешь тут, — пробубнил нелюдь и недовольно взглянул на часы.
— Сколько нам надо будет еще обзвонить?
— У меня семь адресов, а у тебя?
Телефон зазвонил внезапно.
Мари смотрела на то, как Йона метнулся к аппарату. Подняв трубку, он разом помрачнел.
— Понял, спасибо, — произнес он сухо и положил трубку. Заметив строгие лица друзей, он пояснил:
— Только что звонили из береговой охраны. Яхта, ну очень похожая на нашу, дрейфует в сторону берега.
— Сбилась с курса? — предположила девушка.
— Да какая разница? Мне вот лично пофигу, — вместо Камаля отозвался Нелин и направился к вешалке. — Куда ехать сказали, сержант?
— На набережной Люссака ее видели. — Йона последовал примеру своего старинного друга и, подхватив новую трость, поспешил на выход. Лишний аргумент в драке никогда не помешает.
Д’эви громко фыркнул.
— Представляешь, какой сейчас ужас будет в городе? А это через половину города тащиться.
— Туда уже военные подтягиваются, Варломо, мы с тобой. Скучно не будет.
На всякий случай Йона проверил, как вытаскивается пистолет, нацепил новую шляпу.
— Куда точно ехать? — Мари уже прикидывала маршрут.
— Тебе никуда, — отозвался д’эви и швырнул девушке маленький камешек. — Проследить за ним нужно.
Мари поймала предмет на лету, мельком взглянула и тут же все тело разом выключилось. Только очень злые глаза девушки перебегали с одного на другого.
— Каждый раз срабатывает, — с недовольством признал Нел и вытащил из рук д’Алтон «улыбашку».
— Думал, что ты ее обучил сопротивлению, — сказал инспектор и виновато опустил глаза.
— За год не обучить нормально, скажи спасибо, что…
— Какого хрена? — Голос Мари был злым и звучал сквозь зубы. — Вы чего?
Йона подошел поближе и слегка присел, сделавшись с подчиненной одного роста.
— Яни написал, что тебя попробуют убить. Так что извини, по-другому мы тебя не удержим, а второй мемориал в кабинете я не хочу.
— Йона!!! — Рот у девушки не открывался, так что крик был приглушенным. — Не смей!
— Прости, Куколка, так будет лучше. Через сколько пройдет паралич?
— Час продержится. — Голос д’эви стал виноватым. — Прости, малышка. Так надо.
Холодные пальцы нелюдя коснулись щеки девушки. Он осторожно погладил подругу и развел руками.
Марианна смотрела
Гребаные перестраховщики.
Яни написал. Мало ли, что он там написал. Она — полицейский! Она привыкла рисковать жизнью каждую секунду. Пьяная драка ничем не отличается по вероятности умереть от смерти по вине убийц.
Так может, ей теперь еще и не пить?
Бред. Ну ничего, сейчас она продавит волей колдовство и устроит этим двоим сладкую жизнь.
Только.
Сломать.
Контроль.
Глава 35
— Куда там на набережную Лиссака? — Нелин резко выжал педаль газа. Мотор взревел, и машина быстро вылетела из гаража на залитую светом фонарей дорогу.
— На Гранитный берег.
— Ты же сказал про набережную, — с явным недоверием в голосе произнес Нел.
Он резко притормозил на желтый сигнал светофора. Шины взвизгнули, оставив на асфальте черные полосы.
— Ага, если Куколка освободится раньше срока, то пусть съездит на набережную, посмотрит красивые виды ночного города, полюбуется огнями. Заодно под ногами мешаться не будет, — усмехнулся Йона, откидываясь на спинку сиденья.
— Хитрый же ты мерзавец.
— Уж кто бы говорил, сам хитрее любой лисицы, — парировал Йона.
— Что есть, то есть. Ладно, держись, надоело мне тут стоять! — Нелин снова вжал педаль газа в пол.
Машина резво перестроилась в крайний правый ряд и на ближайшем перекрестке свернула направо под красный, игнорируя возмущенные сигналы других водителей.
— Не помню, чтобы я тебе такое разрешал.
— Не помню, чтобы я у тебя просил разрешения, сержант.
Йона смотрел в боковое окно на проносящиеся мимо городские огни и считал минуты до того, как они окажутся на набережной. Наконец, когда должен был показаться указатель на выезд к реке, их «Веритас» вдруг резко затормозила, натолкнувшись на выставленный полицейский блокпост. Соорудили его наспех, выставив две машины мордами друг к другу.
Камаль быстро опустил стекло и показал патрульному свой значок и удостоверение с вкладышем экстренных полномочий. Тот, козырнув, жестом указал им проезжать.
За оцеплением было весьма людно и шумно. Жителям ближайших домов можно было только посочувствовать: не каждый день у тебя под окнами происходит что-то подобное.
На первый взгляд можно было подумать, что идет репетиция парада или массовой демонстрации. Вся набережная была запружена солдатами и военной техникой. Вот только в ближайшие дни не было запланировано ни одного государственного праздника или значимого события. Небольшая группка людей: двое офицеров, священник в черной рясе и еще несколько гражданских стояли у самой кромки воды.