Твари
Шрифт:
— Именно, — кивнула Наговицына. — Чтобы не загнать обратно тех, кто оттуда будет выбираться.
— Тогда, может быть, такой сценарий, — сказал Дивеев. — Кольцо огнеметчиков на дистанции в тридцать-сорок метров. Баллоны — незагущенная смесь. Приближение даймондбэков на расстояние десяти-пятнадцати метров к людям — огонь. Причем огонь этот не воспрепятствует остальным ползти наружу из схрона.
— Самый разумный вариант, — подтвердила Алина.
Зинченко, достав из кармана камуфляжки
— Ну что, полковник? — Голышев внимательно посмотрел на него. — Готова информация для коллег?
— Так точно, — ответил Зинченко.
Он подошел к телефону без кнопок, стоявшему на столе и снял трубку.
— Как быстро змеи могут начать реагировать на репеллент, Алина Витальевна? — спросил начальник штаба.
— Среагируют-то они сразу же, — ответила та. — Иное дело, что сам репеллент распространяется не молниеносно. Навскидку я сказала бы, что минут через пять-семь можно ждать первых ласточек.
— Из подъездов или из схрона? — спросил Мостовой.
— И там, и там.
— Значит, пять минут, — подвел итог Голышев.
— Так точно, товарищ полковник, — Джафаров, прижимая трубку к уху, обвел взглядом цепь бойцов. — Перестроиться нам, конечно, пара минут от силы. Но один вопрос есть…
Майор оторвался от портативной рации и сделал знак старшему лейтенанту, стоявшему в нескольких шагах от него. Зажав трубку рукой, он негромко проговорил:
— Отводи ребят на сорок метров от центра. От люка этого.
— Так товарищ майор… — недоуменно возразил тот. Джафаров предупреждающе поднял руку.
— Да, товарищ полковник, я это и имел в виду. Нам же надо будет все пространство осветить. Четырех прожекторов не хватит. Их надо с центра на всю площадь перенацеливать. Еще четыре? — Майор снова обвел взглядом территорию. — Может хватить.
Он снова зажал микрофон рации ладонью и обратился к старлею:
— Что за проблема?
— Первая цепь с незагущенной смесью, дальше двадцати метров не возьмут. Так почему же сорок, а, товарищ майор?
— По центру — по выходу из гнезда, если оно там — огонь вестись не будет. Задача: уничтожать змей при расстоянии десять-пятнадцать метров от цепи. Давать выползти остальным. Про свет — ты мой разговор слышал.
Джафаров махнул рукой — выполняй. Рация снова зашипела.
— Понятно, товарищ полковник. Восемь прожекторов. Пока машины подойдут, наши уже будут готовы. Две минуты? У нас готовность, — майор посмотрел на огнеметчиков, раздвигавшихся в стороны от центра, — через минуту ровно. Есть.
Ничего себе пятачок получается, подумал Джафаров, выключив рацию. На восемь прожекторов всего. Ну все-таки восемь… Да и что этим четырем машинам на периметре делать, куда светить? Здесь нужнее
— Военные доложили о готовности, — Зинченко, по-прежнему держа телефонную трубку в руках, повернулся к начальнику штаба.
— Ясно, Николай Васильевич. — Голышев помолчал еще секунду и твердо произнес: — Тогда общий приказ нашим. Поехали.
Полковник, передав трубку оператору, сел к столу и придвинул микрофон поближе.
— Всем группам с первой по четырнадцатую, всем группам с первой по четырнадцатую… Наземным группам на всех позициях…
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
1
Наговицына спрыгнула со ступеньки RV, отошла метров на десять, вынула пачку сигарет и, достав одну, полезла в карман за зажигалкой.
— Огоньку? — раздался голос за ее спиной.
Она повернулась.
— Сережа!
Телешов, улыбаясь, чиркнул колесиком зажигалки.
— Ну, штабисты? Запустили армии в бой?
— Запустили. Бой в Крыму, все в дыму…
— Пока, слава Богу, без дыма — но и видимость почти никакая. Дождались змеюки темноты.
— Дождались, — согласилась Алина. — У подъездов, наверное, более или менее освещено, прошмыгнуть не должны. Но на крышах…
— На крышах у ребят фонари. — Сергей махнул рукой куда-то вдаль. — А вот что, интересно, там, у трансформаторной?
— Вроде бы, прожектора. Я так поняла, во всяком случае, по обрывкам разговора, Зинченко с военными беседовал.
— С огнеметчиками?
Наговицына кивнула.
— Так что думаешь, Аля? Поползут гады?
— Поползут… Куда ж они денутся.
— Что-то тихо пока. — Сергей поежился.
— Да не особо тихо, звуков хватает. Машины урчат, железки лязгают, а люди… люди, как и положено, матерятся.
Телешов хохотнул. Команды и обрывки фраз, доносившиеся с крыш, действительно были щедро приправлены сочным матом.
— Я не о тех звуках, товарищ Ламанча. Выстрелов пока не слышно, вот что.
— Рановато, товарищ Телешов. Еще пара-тройка минут пройти должно. А то и пять.
— А если больше?
— Что больше? — не поняла Алина.
— А если десять пройдет, и пятнадцать, и двадцать?
— А, вот ты о чем… Мимо вся наша затея или нет?
Сергей молча кивнул.
— Не должна быть мимо, — твердо сказала Наговицына. — Ты, наверное, заметил, что я не люблю пальчиками глаза прикрывать, чтобы страшного не видеть. Но о том, чтобы мимо, и думать не хочу. Нельзя, чтобы мимо. Нельзя — и все.
— Ну а раз нельзя, значит, все будет как надо.
Оба умолкли, вслушиваясь в долетавшие до них звуки. Тишину нарушил Телешов.