Твоя... Ваша... Навеки
Шрифт:
Разом вспоминаются Арсенио и Байрон, не рассказавшие о возможности образования связки.
Клеон, без малейших угрызений совести соблазнивший невесту друзей за их спинами.
И даже Финис, столько лет считавшийся моим неофициальным женихом, державший меня за удачную инвестицию в будущее, о чем я, будем откровенны, знала прекрасно, отбросил меня ради другой девушки, не сказав мне ни слова. Сколько он уже встречается с той светловолосой девушкой? И почему он до сих пор не нашел времени подойти ко мне и объясниться? Я бы не стала упрекать или обвинять его, мне не нужен ни сам Финис, ни наш брак, мне нужна честность.
Как я могу быть честна
А потом неожиданно открывается портал.
Позже Тесса вкратце разъяснила мне, что произошло и откуда он взялся, портал посреди полиса, который нельзя просто покинуть. Но в тот момент меня мало заботило происхождение перехода.
Белый пульсирующий овал в черноте. Куда он ведет?
Не суть важно. Понимаю, это за Тессой, а значит, едва ли по ту сторону грани поджидает ловушка или скрывается мир, куда смертным лучше не соваться. Там будет лучше, чем здесь.
Не будет лжецов. Инкубы меня обманывали и использовали: Арсенио и Байрон сами поставили меня в двусмысленное положение то ли супруги для трех инкубов сразу, то ли и впрямь похотливой самки, распутницы, позабывшей о стыде и достоинстве, а Клеон не без удовольствия начал свою игру, да еще и наглости хватало требовать большего. Эван врет мне, врет Тессе и лишь Лаэ ведомо, что брат творит, полагаясь на мою наивную, детскую наполовину веру в него. И им, мужчинам, ничего не будет за это, пока я продолжу расплачиваться за свои и их ошибки, за клеймо не только низкорожденной, но теперь еще и шлюхи.
Из белого сияния портала появляется высокая мужская фигура в черной одежде, кричит «Хомяк!» так громко, что, кажется, слышно и внизу во дворе. И Тесса поворачивается к незнакомцу, улыбается ему растерянно, с радостью недоверчивой, осторожной. Я догадываюсь, что это ее близкий родственник, молодой человек немногим старше девушки годами. Брат, наверное… Тесса же упоминала как-то, что у нее есть старший брат… Он обнимает сестру и, не глядя по сторонам, уводит в портал. Я смотрю на овал, словно завороженная, околдованная гипнотическим его светом, разгоняющим тьму вокруг, и вижу лишь возможность избавления, перехода в иной, лучший мир.
В мир, где не будет боли, лжи и оскорблений.
Лжецов и чувства вины.
Тяжести на сердце и необходимости скрываться и юлить, будто мелкий уличный воришка.
Это ведь так просто.
Один шаг.
Вперед, навстречу сиянию…
И я буду свободна…
Я ошиблась.
Понимаю, как мне повезло, что родители Тессы согласились приютить меня в своем доме, что господин Эльяни оформил мне временное удостоверение личности как чудесно спасшейся беженке из Лилата. Я даже и не подозревала, сколь странна, сложна жизнь в Эмираде, огромном полисе, где постоянно нужны документы, подтверждающие все на свете, где иные здания поднимаются к небу выше многоквартирных домов Нижнего города, где вызывающе одетые люди и нелюди не расстаются со всевозможными моделями мобильных кристаллизаторов, а шум от наземного и воздушного транспорта — я впервые в жизни вижу столько аэролетов сразу — не смолкает ни на минуту. Тесса уверяет, что это только так кажется с непривычки, а на самом деле ее семья живет в тихом районе, вот в центре действительно может быть шумно, и обещает меня туда свозить, посмотреть достопримечательности,
Тошнота начинается на излете первой недели. Чаще всего она приходит утром, однако порою накатывает и днем. Меня по-прежнему раздражают любые посторонние запахи, хорошо лишь, что в доме Эльяни живут только четверо и мне нет нужды выходить в места с большей плотностью что народа, что запахов. Конечно же, причина внезапных недомоганий для меня не секрет, оборотни чувствуют это на раннем — куда более раннем, чем у людей, — сроке, да и дети наши даже в материнской утробе развиваются немного быстрее человеческих. Хуже, что у женщин-оборотней не бывает токсикоза, мы редко болеем и спокойно вынашиваем всю беременность без каких-либо особых трудностей, но в том-то и дело, что беременна я не от оборотня и не от человека.
У меня не получается воспринимать это существо как свое дитя, свою плоть и кровь, свое продолжение. Иногда мне кажется, будто оно пожирает меня изнутри, поглощает не только мою энергию, но и всю меня, поэтому я так плохо себя чувствую. Я размышляю отстраненно о том, что будет, когда чета Эльяни поймет, что взвалила на себя не просто девушку, приютившую их дочь в Лилате, но распутницу, уже нагулявшую невесть от кого пузо. Размышляю об инкубах и о брате, о собственной глупости и предательстве, о своем побеге и расплате. И не удивляюсь, когда спустя какое-то время ко мне заглядывает Тесса.
— Рианн? Все в… в порядке?
Я вздыхаю. Нет у меня ответа на этот вопрос.
— Ты… Ты беременна?
Что ж, следовало ожидать, что мое состояние быстро перестанет быть тайной.
— Или я умираю, — повторяю я вслух то, о чем думаю каждый день и каждую ночь.
— Ну, это вряд ли, — Тесса подходит к кровати, смотрит на меня сверху вниз. — Кто станет счастливым папочкой?
— Не знаю, — опять ложь.
Не Байрон. Шансы Арсенио невелики против шансов Клеона, тем паче в преддверии полнолуния.
И оттого еще более мерзко, горько на душе.
Беременна — и даже не от того, кто любит меня и кого люблю я.
— А вдруг двойня? — предполагает Тесса.
— Не дай Лаэ!
— Почему нет?
— Потому что! — что от меня останется, если вдруг их там действительно двое?!
— Тебе надо к врачу. Как лилатской беженке, тебе положено бесплатное медицинское обслуживание. Мы с мамой запишем тебя и сходим вместе с тобой…
— Тесса, я беременна от инкуба и даже не знаю, от кого именно! — сдержаться не получается. — Думаешь, врач мне поможет? Разве что порекомендует избавиться, пока еще не поздно…
— Зачем врачу знать, что ты не можешь назвать имени отца? — парирует Тесса рассудительно. — Его это вообще не должно касаться. Что до або… прерывания, то… я, разумеется, и близко не специалист… но мне кажется, что о подобном исходе речь может зайти только в случае угрозы твоей жизни…
— От инкуба, Тесса! Тебе известно, каковы последствия вынашивания и рождения ребенка от инкуба? Знаешь, что дети их уже в утробе тянут энергию из матери? Байрон говорил что-то о специальных ритуалах, позволяющих женщине выносить хотя бы одного ребенка от инкуба, но я его не слушала… я почти ничего не запомнила из тех его слов. Я не думала тогда… не думала потом… и даже когда… — шмыгаю носом, переворачиваюсь на бок, пытаюсь задавить вырвавшийся невольно всхлип. — Даже когда дело дошло до… до секса, все равно не думала… и никто из них ничего мне не сказал… только Байрон говорил, что не следует торопиться и что лучше подождать до свадьбы…