Удар кобры

Зан Тимоти

Но если переводчик и допустил какие-то вольности, то заметно этого не было. Один из квасаман сделал шаг вперед и в знак подражания Серенкову поднял свою правую руку и тоже начал говорить.

— В свою очередь мы тоже приветствуем вас, — мгновение спустя прозвучало в наушниках Серенкова. — Меня зовут Мофф, я вас приветствую от имени мэра Солласа Киммерона и всего народа Квасамы. Ваш переводчик прекрасно объясняется на нашем языке. Но почему он находится на борту вашего аппарата?

— Наш переводчик — машина, — осторожно начал Серенков, сожалея, что ничего

не знает о техническом прогрессе этого народа. Поймут ли они слово «компьютер» или отнесут все к черной магии? — Каждое произнесенное мною слово поступает в нее через микрофон, где сравнивается со словами вашего языка…

— Я разбираюсь в устройствах для перевода, — перебил его Мофф. — Другие пришельцы также пользовались такими штуками, хотя на Квасаме они нам не нужны. Ваша машина использует такие же интонации, как и их.

В этом утверждении прозвучал скрытый вопрос, и в течение доли секунды Серенкову следовало продумать, как ответить на него. Он решил, что прямой ответ будет самым безопасным.

— Если вы имеете в виду владение трофтов Балью-кха-спми, то мы действительно купили переводчик у них. От них же мы узнали и о вашем существовании, хотя они не упомянули о том, что мы относимся к одному виду. Могу ли я спросить, как вы попали сюда, в такую даль от человеческих миров?

Мофф еще раз прежде чем ответить Серенкову, пробежал глазами по «Капле Росы».

— Большой корабль, хотя гораздо меньше того, из легенды, — прокомментировал он. — Сколько людей способен он нести?

Другими словами, сколько людей еще на борту, — подумал Серенков. Снова лучше было бы ответить честно… честно, но учитывая тот факт, что Юстин Моро как бы не существовал.

— На борту находится семь членов экипажа и шесть членов дипломатической миссии, — сказал он Моффу. — По разным причинам они пока будут оставаться там.

— А в это время вы четверо что намерены делать?

Вопрос застал Серенкова врасплох. Он ожидал, что ему придется вести переговоры с представителем правительства и потом ему покажут местность. Но он никак не думал, что возле корабля ему будут задавать подобные вопросы.

— Нам бы хотелось встретиться с вашими людьми, — сказал он. — Поделиться информацией, представляющей взаимный интерес, и, возможно, провести переговоры об открытии торговли. В конце концов, мы разделяем общее наследие.

Глаза Моффа сверлили его.

— Наше наследие — это борьба и против людей, и против природы, — откровенно сказал он. — Скажите мне, где находится этот мир Авентайн, откуда вы пришли?

— Он на расстоянии сорока пяти световых лет отсюда, — сказал Серенков и едва подавил в себе желание сделать драматический жест в сторону неба. — Я не вполне уверен в направлении и не могу сказать, видно ли с такого расстояния наше солнце.

— Понятно. А какое вы имеете отношение к Владыкам Раджан Путры и Династии Агры?

Серенков почувствовал, как сердце его учащенно забилось. Наконец, хоть какой-то ключ к загадке их исхода из Доминиона Человека. Сам он имел очень смутное представление о том, когда эта династия существовала,

и совсем ничего не слышал о Раджан Путре, но, возможно, социологическое образование Ннамди включало и определенные знания по истории. Но это не поможет ему разобраться в отношении к Династии самих квасаман тогда и сейчас, и если он не сумеет дать нейтральный ответ, вся экспедиция безоговорочно перейдет в разряд «врагов».

— Боюсь, что этот ваш вопрос для меня ровным счетом ничего не значит, — сказал он Моффу. — Мы сами некоторое время назад отделились от основной группы человечества, — добавил он. — В то время там не было правительства, которое называло бы себя династией или чем-то в этом роде. Во всяком случае, мне ничего не было известно об этом.

Легкая морщина прорезала лоб Моффа.

— Династия Агра считала себя вечной.

Серенков ничего не ответил. Немного погодя Мофф пожал плечами.

— Может быть, поиск в ваших записях помог бы нам узнать, что случилось после того, как мы покинули тот мир, — сказал он. — Итак, вы хотели бы посетить нашу планету? Надолго?

Серенков пожал плечами.

— Это зависит исключительно от вас. Нам бы не хотелось злоупотреблять вашим гостеприимством. Кроме того, если хотите, мы можем принести наш собственный провиант.

Глаза Моффа как будто замерли на чистом пузыре, окружавшем голову Серенкова.

— Есть с этой штукой на голове будет трудновато, не так ли? Или каждый раз, чтобы поесть, вам нужно будет возвращаться на корабль?

— В этом не будет необходимости, — Серенков покачал головой. — К тому времени, когда мы проголодаемся, наш анализ вашего воздуха будет готов. Я уверен, что он окажется благоприятным, но нам следует соблюдать предосторожность.

— Конечно, — Мофф бросил взгляд в обе стороны, словно ожидая появления протеста со стороны своей группы. Но они продолжали молчать. — Очень хорошо, Серенков, вы и ваши товарищи можете вместе со мной отправиться в город. Но вы должны будете согласиться беспрекословно повиноваться моим приказам. Это нужно для вашей же собственной безопасности. Даже Соллас не совсем свободен от многих опасностей Квасамы.

— Я согласен, — сказал Серенков, ощутив все же незначительное колебание. — Мы отлично знаем, насколько может быть враждебна планета к пришельцам.

— Хорошо. Тогда мой первый приказ: оставьте все ваше оружие на корабле.

Рядом с Серенковым слегка встревожился Йорк.

— Но вы ведь только что сказали, что Квасама бывает опасной, — сказал Серенков, стараясь тщательно подбирать слова. Едва ли он ожидал услышать другое, но не хотел сдаваться, не попытавшись сначала отговорить Моффа от этого. — Если вы боитесь, что мы можем применить оружие против ваших граждан, то я могу уверить вас…

— Нашим гражданам нечего бояться вашего оружия, — оборвал его Мофф. — Опасности будете подвергаться вы. Моджои, — он указал на сидевшую на его плече птицу, — натренированы атаковать людей, когда те обнажают оружие или начинают применять его, кроме участия в охоте или с целью самозащиты.