Ухватить молнию

Азаро Кэтрин

На этот раз он едва приподнял ресницы, и из-под века блеснуло золотом. Джошуа и Дэниэл смотрели во все глаза. Затем золотистая пленка, словно откатывающаяся волна, скользнула куда-то вверх, под веко.

– Классно! – прокомментировал Дэниэл. Но затем словно стряхнул с себя чары и вновь вернулся к действительности. – Но это еще ничего не доказывает.

Джошуа посмотрел на меня.

– Признайся, это может быть обыкновенным врожденным дефектом.

И хотя внешне приятели не желали сдавать свои позиции, я знала, что оба сомневаются в правдивости

полицейской сводки. Иначе бы они ни за что не дали мне возможность объяснить им все как есть. И вообще не стали бы задавать таких вопросов в присутствии Эльтора.

– Подумайте сами, – сказала я. – Как может обыкновенный человек, после всего того, что с ним произошло, находиться в такой относительно неплохой форме?

– Не знаю, – признался Джошуа. – Но должно же быть какое-то разумное объяснение?

И тогда меня осенило.

– У тебя найдутся ножницы?

Джошуа подошел к столу и, порывшись, дал мне то, что я просила.

– И что ты будешь делать?

– Смотрите.

Повязка закрывала Эльтору все тело, от талии до плеча. Я пощупала ему правый бок чуть повыше бедра. К счастью, пулевое ранение было на другой стороне. Наконец я нащупала углубление, где он хранил транском. Я вырезала небольшой квадратный кусочек бинта и нажала кожу. Но ничего не произошло.

Эльтор приподнял руку, поднес ее к правому боку и слегка вжал пальцы. Мембрана тотчас отъехала в сторону, нему на ладонь выскользнул транском. В боку же осталось небольшое отверстие, выстланное поблескивающей золотом кожей.

– Неслабо! – воскликнул Дэниэл.

– Что это? – поинтересовался Джошуа.

– Компьютер.

Эльтор на отрытой ладони протянул ему транском.

У нас на глазах округлая золотая коробка стала квадратной. Грани ее мерцали и переливались. Затем Эльтор вновь поднес ее к своему боку и подтолкнул к отверстию. Коробка округлилась и встала на место, слившись по цвету с кожей. В следующее мгновение ее затянула мембрана.

– Ни фига себе! – воскликнул Джошуа.

– Эта штуковина – что-то вроде нанокомпьютера, – предположил Дэниэл. – Нечто такое, что способно меняться на молекулярном уровне. – Дэн щелкнул пальцами. – Она реагирует на изменения окружающей среды, верно я говорю? Стоит только вынуть ее наружу, и она тотчас начнет меняться?

– Верно, – согласился Эльтор.

– И углубление у тебя в боку может быть только при условии, что внутренние органы немного передвинули, чтобы они не мешали, – добавил Джошуа. – А мембрана, по крайней мере на вид, живая.

– Верно, – повторил Эльтор.

– Но такой нанотехники еще нет и в помине! – упирался Дэниэл. – И знаний в области медицины тоже пока недостаточно для таких вещей. Никто не может вживить в организм систему вроде этой. По крайней мере я ни о чем подобном не слышал.

– Ну, теперь вы мне верите? – спросила я. Дэниэл только присвистнул.

– Моя мать работает на Йейгеровской базе. Она говорит, что шаттл привез что-то вроде самолета-шпиона F-29. Это сверхзвуковая машина, которая

почему-то вышла из строя.

– А что еще она может тебе сказать? – возразил Джошуа. – На базе заняты несколько тысяч человек. И лишь горстка видела этот самолет своими глазами.

В сердце у меня тотчас зародилась надежда.

– Дэниэл, а ты не мог бы провести нас на базу?

Но он только фыркнул.

– Допустим, я поверил твоему рассказу – кстати, я этого не сказал, допустим, я достал бы для вас пропуск – чего я не могу сделать, я бы все равно никогда не взялся за это дело.

Что ж, неудивительно. Но я-то знала, что там, на базе, спрятан никакой не F-29. Я потерла глаза, чтобы как-то привести в порядок мысли.

– Джош, можем мы закончить наш разговор завтра? Поверь, нам надо выспатьея.

Он кивнул.

– У меня в стенном шкафу есть лишнее одеяло.

– Ты что, разрешаешь им остаться? – ужаснулся Дэниэл.

– А как мы его сдвинем? – ответил Джош. – У него тотчас вновь откроется кровотечение.

– А ты знаешь, что означает укрывание преступника? Укрывание и содействие ему? – упирался Дэниэл. – Стоит тебе позволить ему остаться, как ты сам совершаешь преступление. А если я промолчу, то превращусь в твоего соучастника.

Я сосредоточилась на Дэниэле. Я пыталась нащупать, что же так пугает его. Затем встала и подошла к нему.

– Полагаю, что Эльтор говорит правду. Подумай сам. Сейчас он полностью в твоих руках. Ты можешь задать ему любые вопросы, какие только тебя мучают, – о космосе, о космических полетах, всем том, о чем ты только мечтаешь. Кто знает, вдруг твои самые смелые мечты окажутся явью?

– Только без романтики, – упирался он.

– Подумай, у тебя может не быть второй такой возможности.

– Ты ненормальная, если веришь ему.

– Ты трус.

– Верно, – согласился он. – Я не хотел бы, чтобы меня вытурили из университета. И упекли за решетку.

– Но если ты никому не скажешь, кто узнает?

– Даже если я никому не скажу, это еще не значит, что полиция не выйдет на ваш след.

Я пожала плечами.

– Ты всегда можешь сказать, что мы силой вынудили тебя помочь нам. Например, что мы взяли Джоша в заложники.

Дэниэл покосился на приятеля.

– Даже если я это скажу, может, это и спасет нас от неприятностей. Но где гарантия, что больше никто, кроме нас, не узнает?

– Дэниэл, я прошу у тебя всего пару дней, – взмолилась я. Дэниэл посмотрел на Джоша.

– Ты ей веришь?

– Верю, – ответил тот. – Всей своей жизнью.

Сначала я не поняла, что он имел в виду. Но затем в моем мозгу возникла картина – воспоминание, но только не мое. Наг и его головорезы выстроились с ружьями на изготовку. Наг, словно генерал, отдает приказы. Его дружки вскидывают ружья и целятся в меня. Ощущение было странным, потому что со мной ни разу не происходило того, о чем я «вспоминала» в эту минуту. И тем не менее я явственно ощущала веревки, которыми были стянуты мои запястья.