Васка да Ковь

Эйта

Ковь медленно, чуточку безумно улыбнулась.

– Васка! Я знаю, кто виноват. Моль же!

Васки подумал немного. Согласиться не получилось - слишком гадкое впечатление на него произвела Гарпия. Он думал, что и на Ковь тоже, но она, видимо, уже и забыла их недолгую пикировку за ужином.

– Я не согласен. По описанию Милы, это безобидная женщина. А вот Гарпия...

Ковь начала загибать пальцы:

– Хочет ребенка. Не общается с падчерицей - все заботы о Миле лежат на Гарпии. Любит мужа! И на нее никто бы

не подумал, потому что она вроде бы болезненная и безобидная, тень своей боевитой сестры!

Васка недоверчиво покачал головой.

– Признал-то девочек Фахлер. А Моль замужем за Тахлером. Зачем ей ревновать чужого мужа к племянникам?

– А леший ее знает, зачем, мало ли, как бабу переклинило. Но ну сам подумай, зачем Гарпии убивать мать Милы, если мужа она не любит, своих детей у нее как тогда не было, так и нет - она даже о Миле заботится, да и замуж-то она вышла вслед за сестрой? Кстати, а кто из братьев официально старший, Мила?

Отогревшуюся было у Васки под боком Милу вновь затрясло.

– Фахлер...

Васка крепко задумался.

Слова Кови были правдоподобны. А если Фахлер старший, если любовница - любимая, то если бы Етель родился и был бы признан, то велика вероятность, что именно он стал бы наследником. И неважно, кого родила бы жена Тахлера и родила бы вообще. Но нельзя же обвинять человека, которого ни разу не видел?

– А мы можем как-то пообщаться с госпожой Манталеной?

– Увы, никак.
– Вздохнула Мила.
– Хотя... Она бывает в библиотеке. Наверное, если караулить ее там, то можно. Хотите, я там посижу, а потом вам по воде весточку пошлю, чтобы вы с ней как бы случайно столкнулись? Ковь ведь умеет... ну, магию? Глупый вопрос, я понимаю...

Ковь как-то странно поморщилась, и Васку это насторожило.

– Я специализируюсь на бездымном небесном огне, молниях. Вода мне не очень дается.

– А разве это важно?
– Удивилась Мила.

Она протянула руку к свече, зажженной Ковью, сделала пасс рукой - свеча погасла. Сделала еще какой-то сложный жест - свеча зажглась.

– Вот, я же могу с огнем?

В глазах у Кови плескалось безграничнейшее изумление.

– Ну, попробуй.
– Неохотно сказала она.
– Ты, должно быть, очень-очень талантлива и с твоей весточкой у меня все получится.

Мила чуть ли не в припрыжку поскакала к двери, прямо засветилась вся от похвалы. Ее наконец перестало трясти. Самоучку признала настоящая магичка - шутка ли!

Васка подумал, что Миле не стоит скрывать свой дар. Когда они разберутся со всем этим, он поговорит с ее отцом. Или дядей... Не замуж ей надо, а в Школу.

На пороге Мила обернулась, лучезарно улыбнувшись.

– Спасибо вам... что согласились помочь. Даже если не получится - мне стало легче.

– Зажги свечу.
– Попросил Васка, когда Ковь оделась.

Просьбу эту он

буквально выдохнул ей в ухо: без его помощи Ковь бы эту пыточную конструкцию, по недоразумению считавшуюся платьем, не нацепила бы.

Ковь замерла. Пикантность момента тут была совершенно не при чем, она просто лихорадочно соображала, что бы соврать. Не признаваться же Васке в том, что она не слишком-то умелая магичка. Что может быть позорнее, чем истратить почти весь свой резерв, просто прислушиваясь? Да, она никогда не умела соизмерять собственную силу, но Васке об этом знать совершенно не обязательно.

– Не-а. Фигушки.
– Сказала она лениво.

– Слабо?
– Подначил Васка.

Все-таки этот гад ее неплохо знал. Однако и она не лыком шита. Ковь перешла в наступление

– Не-а. Можешь сбегать за Милочкой, попросить, чтобы она еще разок показала. Ты же не прочь, я-то видела, как ты на ее ноги пялился!

– Она ходит босой по холодному полу. Естественно, я удивился!
– Васка принял оборонительную стойку.
– Но ты можешь испепелить меня пламенем ревности. Или не можешь?

– Дурак.
– Расхохоталась Ковь и как-то незаметно для себя призналась.
– Не, не могу. Я выдохлась, когда прислушивалась.

– Вполне в твоем стиле. Ну, что говорят на базаре? Рыба свежая?

Да уж, не стоило тратить силы на самообман. Конечно же, он заметил.

Ковь никогда не говорила ему прямо, что не слишком-то контролирует собственную силу, но странно было бы, если бы за столько времени он бы не понял. Да боги, однажды она выжгла целую лужайку во сне, проснулась на пепелище. С тех пор Васка каждый раз, когда они ночевали в лесу, ее окапывал канавкой и сам ложился подальше.

Она зябко передернула плечами.

– Рыба свежая, пряники медовые... и все равно, Васка, я пойду разговаривать с Молью.

Напускная дурашливость исчезла с его лица, будто и не бывало.

– Не-а.
– Передразнил он.
– Если она действительно убийца, то без магии ты - как котенок.

– Против тебя. Она слабая, болезненная женщина. Беременная! И ты же не верил, что она убийца.

– Это не значит, что я непредусмотрительный дурак. Она может ей оказаться. И кто тебе сказал, что она не умеет колдовать? Хотя бы чуть-чуть? Вдруг она злобная ведьма-самоучка?

– Но ей незачем убивать человека, который просто зашел в библиотеку за книжкой!

Васка закатил глаза к небу, скрестив руки на груди.

– Всемогущий Ха, подтверди: эта женщина может выбесить любого незнакомца с первого взгляда!

– Эй, ты, бог, которому Васка молится только как припрет! Послушай, вразуми дурака, женщина с женщиной всегда общий язык найдет, я должна идти!
– Ковь возвела глаза к потолку и молитвенно протянула руки.
– Ну ладно, мне просто интересно на нее взглянуть. С каких пор ты стал параноиком?