Веятари
Шрифт:
Лиар осторожно коснулся моего лица — с правой стороны, заставив меня вздрогнуть. Маску я сняла перед душем, и теперь стояла перед атари во всем своем уродстве.
— Лисса… — мое имя он прошептал, и от его тона что-то во мне сладко заныло. — Я люблю тебя.
Я моргнула. Раз, другой, попыталась что-то сказать, но от изумления будто дар речи потеряла. И все же сумела выдавить приглушенное:
— Что?!
— Я люблю тебя, — повторил он терпеливо и положил вторую руку мне на затылок, а затем скользнул ею вниз, к ягодицам, вжимая меня в себя. — И хочу тебя.
В его голосе зазвучали странно-томные
Но…
Этого не может быть! Он не может любить меня, желать и… склоняться ко мне с вполне однозначным намерением поцеловать. И его глаза не могут темнеть от страсти при взгляде на меня. Я же…
— Лиар! — возглас у меня получился истеричным. — Ты с ума сошел! Я ведь твоя веятэ! И безродная! И изуродованная, ты что, решил подшутить надо мной?!
— Я не шучу, — тихо и серьезно ответил он. — И мне все равно, какой у тебя статус, или происхождение, или шрамы… Они не портят тебя. Ты — лучшая девушка из всех, кого я встречал. Сильная. Бесстрашная. Умная. Честная. Справедливая. Жизнерадостная. Ты всегда смотрела на мир с таким жизнелюбием… Ты даже не представляешь, как напугала меня в то утро, после ранения, когда в твоем взгляде я увидел лишь пустоту… Ты и сейчас закрылась, спряталась ото всех и никак не можешь выбраться. Но тебе нечего бояться. Ты жива, ты по-прежнему можешь помогать людям, и я не оставлю тебя. Не из жалости, а потому что люблю. И хочу быть только с тобой.
— Поэтому тебя не было рядом, когда ты был мне нужен? — слова вырвались словно против воли.
Я так часто думала об этом, что сейчас, растерянная, не верящая в то, что это происходит со мной на самом деле, я не смогла сдержаться.
— Я виноват, — Лиар признал это сразу. — И я сожалею, что был не рядом с тобой в тот момент. Лисса, я ушел, потому что безумно ревновал, не признаваясь в этом себе. И на Смотрины я пришел, только чтобы убедиться, что ты ошибаешься. Я не ожидал, что могу привлечь чей-то интерес. А когда убедился, что ты права, немедленно отправился домой. Потому что мне не нужна другая веятэ. Вот только тебя дома уже не было. Я искал тебя. Торопился, как мог, но все равно опоздал. Прости. Но, если бы я не побывал на Смотринах, я бы так и не понял, насколько ты мне дорога.
— И с каких это пор? — я хотела, чтобы этот вопрос прозвучал язвительно.
Но вышло жалко. Потому что мне казалось, что он издевается надо мной. И стоит только поверить ему, как он рассмеется, презрительно заявив, что такая, как я, не может рассчитывать на благосклонность моу.
Лиар качнул головой, печально улыбнувшись:
— Лисса. Я буду честен с тобой. Когда мы встретились… я был обижен на веятэ, и ты не привлекала меня внешне. Не потому, что ты была недостаточно хороша… Но атари избалованы красотой своих веятэ, поэтому не всегда способны оценить менее яркую внешность. Я был слеп. И полагал, что внешность — это главное в избраннице. Мне потребовалось столько времени, чтобы понять, насколько ты прекрасна.
— Особенно с этими шрамами, — зло оскалилась я.
— Они не портят тебя, — он провел по ним ладонью. — Я давно перестал их замечать. Не важно, есть они или нет, потому что ты — это ты. Идеальная.
— Нет, — выдохнула я испуганно, упираясь ладонями в его грудь. — Так не может быть…
Это
И оно выглядело бы издевкой, не будь Лиар так невозможно искренен. Да и не стал бы он шутить так жестоко, это совсем на него не похоже.
— Лисса, — голос атари упал до шепота. — Я понимаю, как странно звучит мое признание, здесь и сейчас. Но я столько раз безрезультатно пытался поговорить с тобой в более подходящей обстановке. Больше я не хочу ждать, когда мне представится шанс. Но все преграды, что стояли между нами, здесь не имеют значения, и я хочу спросить тебя — можешь ли ты ответить на мои чувства?
— Ты… сомневаешься? — изумилась я.
Это было еще более странно, чем его признание в любви. Как он вообще себе представляет, что в него можно не влюбиться? Он ведь такой… Благородный, сильный, сдержанный. Идеальный на мой взгляд. Вот только идеал обычно не достижим…
— Ты веятэ, — тихо сказал Лиар. — Тебе может быть не интересен атари.
— Я ведь не такая, — почему-то шепотом ответила я. — И ты мне сразу понравился. С первого взгляда. Только я никогда не думала, что это может быть взаимным…
— Позволишь?
Я почувствовала его дыхание на своих губах и кивнула, словно зачарованная. А в следующий момент его губы накрыли мои.
И это было так, словно меня поцеловали впервые в жизни.
На миг я замерла, настороженная, испуганная… а затем дала волю чувствам, ответив на его поцелуй. Потому что я так долго об этом мечтала, не признаваясь даже самой себе. Его губы были нежны и настойчивы, а прикосновения горячи, пробуждая во мне чувственный отклик. Я хотела его так же сильно, как он меня, и целовала жадно, жарко, ненасытно. Я никогда и ни с кем не вела себя так — но никто прежде не вызывал во мне таких чувств. Когда сбывается мечта, все запреты исчезают…
Не помню, как мы очутились в спальне. Просто вдруг вместо прохладной стены я ощутила спиной шелк простыней. Но это осознание мелькнуло и расплавилось в горниле страсти, что кружила голову и растворяла сознание, вдруг переставшее принадлежать мне одной. Никогда прежде я не чувствовала себя так — меня будто подхватила обжигающая волна, будто жидкое пламя проникло в каждую мою клетку, неся невыносимое блаженство на грани боли. Я задыхалась, я беззвучно кричала, я растворялась в неведомой прежде эйфории, наполняемая невероятной силой и невозможной легкостью.
И в какой-то миг, когда всего этого стало невыносимо много, мир просто взорвался. И я будто перестала существовать вместе с этим миром — а затем вернулась, цельная, наполненная счастьем до самых краев.
Я пыталась восстановить дыхание и понять, что же это только что со мной было, глядя в никуда бессмысленным взглядом и не в силах сдержать довольную улыбку. А затем с трудом сфокусировала зрение — и увидела, что Лиар с сияющими счастьем глазами улыбается мне. Было ли для него произошедшее столь же невероятно?