Веятари
Шрифт:
— Здравствуй, мама, — пробормотал я ей куда-то в макушку, крепко обняв.
Я все же скучал.
— Почему ты не предупредил, что приедешь? — отстранившись, обеспокоенно спросила она. — Мы бы приготовились. Ты у нас и без того нечастый гость, а в последний год и совсем пропал…
Мне нечего было возразить на этот упрек, я сменил номер в первые дни работы с Лиссой, так что дозвониться до меня никто из моего круга знакомых не мог. Другое дело, что при желании меня вполне можно было найти через гильдию. Но в семьях атари это
— У меня были… некоторые сложности, — чуть виновато ответил я, проигнорировав вопрос.
— Ты так называешь разрыв с веятэ? — раздался позади голос отца.
Я невольно поежился, услышав в его голосе недовольство. А я так надеялся избежать объяснений с ним. Просил же Сойвиена не докладывать!
— Здравствуй, отец, — я подавил вздох.
Он поджал губы, но кивнул:
— Здравствуй, сын. Ничего не хочешь нам рассказать?
— Дорогой, — вмешалась мама. — Ты действительно думаешь, что здесь подходящее место для разговоров? Пройдемте в столовую, я велю подать напитки.
Я мог только поблагодарить матушку за отсрочку. Но рассказывать все равно придется, если я намерен получить помощь. Да и отец, несмотря на демонстрируемое недовольство, не выглядит разгневанным.
Возможно, я действительно сгущал краски, и мне не стоило опасаться реакции родителей.
Мне не нужно было напоминать, куда идти, я прекрасно помнил, где расположена столовая в доме моего детства. Но странное дело, я больше не считал это место домом. Мой дом был рядом с Лиссой, и я осознал это гораздо раньше, чем свои чувства к ней.
А вот дом Сешаи так и не стал для меня родным.
В обществе Лиссы мне не приходилось следить за манерами, она не требовала от меня безупречности и сама вела себя весьма вольно. Но сейчас я без труда вспомнил о хороших манерах — и поразился, сколько на них тратится времени.
А ведь я убедился, что игнорирование большинства правил этикета вовсе не превращает меня в дикаря. Основ достаточно, а церемонии в высшем свете чересчур усложнены. Но шокировать родителей я не стал, понимая, что и без того разговор предстоит неприятный.
— Итак, ты оказался недостаточно хорош для своей веятэ? — осведомился отец, когда все положенные церемонии встречи дорогого гостя были соблюдены.
Я подумал о Лиссе, о том, что она там совсем одна, и некому за ней приглядеть, а в этом состоянии…
Впрочем, отец говорил о другой веятэ.
— Скорее, недостаточно богат, — я едва заметно поморщился, вспомнив нашу последнюю встречу.
— Но ведь веятэ хорошо зарабатывают, — растерянно заметила мама.
— Сильные веятэ — да. Сеши была бездарной, — ответил я ей. — Она боялась сражаться, не умела управлять магией и от атари это не зависело.
— И поэтому она тебя прогнала? — отец мне явно не поверил.
— Я никогда ей не нравился, — я пожал плечами. — Она хотела того, с кем можно вообще
— Но ведь сейчас ты с кем-то работаешь? — осторожно спросила мама.
Я молча кивнул.
— Нашлась веятэ, которая не побоялась рискнуть? — отец изогнул бровь.
— У нее не было выбора. Как, впрочем, и у меня в тот момент. Моя веятэ — безродная, и ни один атари не хотел с ней работать.
Матушка взглянула на отца, который нахмурился — но и только. И даже голос его звучал ровно, когда он спросил:
— Она хоть что-то умеет, как веятэ?
Мне стоило определенных усилий подавить вспышку раздражения. Хоть что-то? Да Лисса — самая сильная из ныне живущих веятэ! Но, разумеется, отец нигде не мог это узнать, поэтому глупо злиться.
— Меньше чем за год мы добрались до первой половины рейтинга сотни лучших, — я пожал плечами.
— И какая команда не побоялась пригласить к себе безродную? — отец не унимался.
— Никакая. Мы работаем вдвоем, — я посмотрел на него.
Удивления он сдержать не сумел, и в какой-то мере я почувствовал удовлетворение. Да, моя Лисса умеет удивлять.
— Так ты… доволен своей веятэ? — не слишком уверенно предположила матушка.
Да, у них были причины сомневаться. Они знали лишь благородных веятэ, капризных, самолюбивых, ни во что не ставящих своих атари. Мы привыкли терпеть такое отношение от моу, но пренебрежение простолюдинки, уйти от которой невозможно, чтобы не потерять саму возможность быть атари — сложное испытание. И мои родители это понимали. Но, к счастью, мне не пришлось проходить через подобное.
Более того, именно Лисса показала мне, какими должны быть отношения между веятэ и атари.
— Доволен, — согласился я, чуть подумал и признался: — Я люблю ее.
Мои слова были встречены тяжелым молчанием. Запрет на любовные отношения атари и веятэ никуда не делся, и нарушивший его обрекал себя на муки. Об этом мои родители и думали сейчас, глядя на меня едва ли не с жалостью.
Возможно, мне стоило поговорить об этом с матушкой без отца, но он достаточно ровно отреагировал на новости, и я счел, что не стоит от него это скрывать.
— Сын, — он нахмурился. — Ты серьезно? Мало того, что ты влюбился в веятэ, так она еще и не моу!
— Сердцу не прикажешь, — неожиданно тепло улыбнулась мама. — Уверена, это очень достойная девушка, если сумела покорить нашего сына, несмотря на все это.
Я улыбнулся в ответ с благодарностью:
— Она — лучшая девушка в мире. Мне очень повезло повстречать ее. Но…
— Как же без но, — ворчливо перебил меня отец. — Завести шашни с веятэ! О чем ты думал, Ли?
— Мы не в отношениях, — признался я. — Мне еще не выпала возможность сообщить ей об этом. Собственно, именно поэтому я здесь.