Вирус
Шрифт:
– Не делай этого!
– взорвалось в голове.
Дмитрий вздрогнул от неожиданности.
– Не смей!
Волна холодного липкого страха накатила стремительно, поднимаясь от живота, заставляя дыхание замирать, а сердце - учащенно биться.
– Но почему?!!
– взвыл Дмитрий, преодолевая оцепенение, сковавшее каждую клетку тела.
Предметы под его взглядом задымились, поплыли, меняя форму, превращаясь в вызывающие отвращение артефакты. Зашевелилась каждая грань, каждый угол, каждая плоскость - словно живые,
– Никто не должен знать, что я здесь. Враги коварны. И они везде. Они убьют нас. Не смей этого делать!
– крик повысился до истерического визга, отразился от низких каменных сводов и перешел в бурные рыдания.
Дмитрий огляделся. В углу, он заметил кошмарное существо. Прижимаясь к стене, буквально врастая головой в камень, напоминающий человека силуэт отвратительно пошевелил червеобразными руками. Черные тени, извиваясь на потолке пещеры, потянулись к фантастическому созданию.
– Мне страшно, Дима, - испуганный голос исчез так же неожиданно, как и появился.
Страх пропал, оставив после себя противную дрожь в теле, но и она через мгновение ослабла - мир вновь принял привычные очертания.
– То есть, как почему? Мы же... Нет! Ты не можешь так поступить!
– удивленный профессор смотрел на Потемкина осуждающим взглядом.
Смутившийся Дмитрий поспешил исправить ситуацию:
– Простите профессор, задумался. Вы очень мне помогли. И вам спасибо, Юрий Николаевич. Если бы не вы, неизвестно, чем бы все закончилось.
Заметив, что Дмитрий оглядывается на стоящих у дверей телохранителей, Юрий Николаевич громко объявил:
– Ребятки, всем на выход. Ждать в машинах! Никто не должен нас тревожить - пока я не позволю!
Проводив охранников до дверей, он задержал уходившего последним Анатолия:
– Толик, позвони Светику. Скажи, что у нас все в порядке. Пусть не беспокоится.
Подтолкнув водителя к выходу, он громко хлопнул дверью.
– Ну, братцы-кролики, теперь нам никто не мешает. Будем делиться информацией. Кто имеет что сказать?
– улыбнулся Юрий Николаевич. И дурашливо пропищал детским голосом:
– Чур, я последний!
Одной простенькой глуповатой фразой он сумел разрушить царившее в лаборатории напряжение. Редкое, филигранное умение направлять чахлый ручеек беседы в нужное русло.
– Наша лаборатория в течение многих лет разрабатывала компьютерный комплекс под названием «Синарион», - заговорил профессор, видимо решив, что начинать должен именно он, чтобы не нарушить хронологию событий.
Дмитрий задумался. Голос Медведева, удаляясь, затих, растворился в потусторонних звуках. Перед глазами вновь возникла знакомая пещера.
Озираясь по сторонам, он попытался обнаружить Тромба, но поиски не дали результата. Везде, куда падал взгляд,
Подобравшись к его ногам, пена коснулась ботинок, поднялась до щиколоток, дошла до пояса. От прикосновения пузырящейся массы закружилась голова.
Дмитрий опустил руку- и вздрогнул от неожиданности, когда по ней поползли серые веревки. Он судорожно затряс руками, пытаясь стряхнуть стремящиеся к голове жгуты, но не тут-то было. Упругие щупальца растягивались, словно резиновые.
«Попала муха в паутину», - мелькнула мысль.
И в тот же миг в голове загудел клокочущий голос Тромба:
– Ты не должен быть здесь. Уходи немедленно!
– Но я хочу помочь, - запротестовал Дмитрий, нелепо дергая руками.
– Переход не завершен, идет распаковка информации, - голос смолк и затем вновь зазвучал, но теперь это уже был стон умирающего, прорывающийся сквозь адскую боль:
– Вирусы!.. Не успеваю... Уходи!
Дмитрий напрягся, рванулся вверх.
– С тобой все в порядке?
– тяжелая рука опустилась на его плечо.
Рядом стоял Медведев.
– Вы не обратили внимания, сколько времени прошло с момента вашего прихода?
– Дмитрий глянул на свои руки.
– Я имею в виду: до отключения компьютеров, - уточнил он.
Профессор думал секунду.
– С поправкой на ветер не более получаса.
Посмотрел на часы. Покачав головой, добавил, убеждая себя:
– Ну да. Плюс-минус пять минут.
«Вот почему переход не завершен полностью - времени не хватило», - подумал Дмитрий.
Стараясь не углубляться в подробности, он рассказал о воине и происшествиях последних дней.
– Мне очень жаль, профессор, но для успешного переноса Синариона-Тромба на мой носитель, - Потемкин ткнул указательным в висок и устало выдохнул, - нужен был час.
– Черт! Черт! Черт!
– забормотал профессор, меряя лабораторию широкими шагами.
– Знал бы - костьми лег, но не дал бы отключить систему, - чуть не плакал он.
На что Юрий Николаевич успокаивающе заметил:
– Вы и так костьми легли. Если бы не я, то они, - он махнул рукой, указывая на пол, - там бы и остались.
– Неужели вы не понимаете? Такого шанса больше не будет!
– возмутился профессор.
– Создавая «Синарион», мы предполагали лишь приблизить возможности компьютера к человеческому разуму. Но создать разумную систему в чистом виде...
Медведев на мгновение замолчал, задохнувшись от исчезающих перспектив.
– Даже мечтать не могли!
– Слишком много неучтенных случайных факторов, внешних воздействий, - резко встряхнув головой, продолжил профессор, разговаривая с собой.
– Повторить всю цепочку будет невозможно.