Юлий Цезарь
Шрифт:
Мне трудно говорить, и все же — здравствуй!
Некстати, храбрый Кай, твоя повязка!
О, если бы ты был сейчас здоров!
Я выздоровлю, если Брут мне скажет,
Что есть для подвига достойный повод.
Лигарий,
Да, повод есть — достойный из достойных.
Клянусь богами Рима, я здоров!
Недуги, прочь! О римлянин великий,
Потомок славный доблестного предка!
Ты, словно заклинатель, оживил
Мой омертвелый дух. Скажи; готов я
С любой неодолимой силой биться
И победить. Так что же надо делать?
Нам нужно возвратить больным здоровье.
Отняв притом здоровье у кого-то?
Да. Расскажу тебе, в чем дело, Кай,
Дорогою к тому, к кому пойдем,
Чтоб это совершить.
Идем скорей.
Воспламенившись, за тобой пойду —
На что, не знаю сам: с меня довольно,
Что Брут меня ведет.
За мною следуй.
Уходят.
СЦЕНА 2
Дом Цезаря.
Гром и молния. Входит Цезарь в ночной одежде.
И небо и земля разверзлись ночью;
Во сне Кальпурния кричала трижды:
«На помощь. Цезаря хотят убить!»
Эй, слуги!
Входит слуга.
Господин мой?
Скажи жрецам, чтоб закололи жертву,
И прорицанья их мне сообщи.
Исполню, господин.
(Уходит.)
Входит Кальпурния.
Как, Цезарь? Ты уйти из дома хочешь?
Не должен ты сегодня выходить.
Нет,
Ко мне крадется сзади, но, увидев
Мое лицо, тотчас же исчезает.
Ты знаешь, Цезарь, я не суеверна,
Но я теперь боюсь. Сказал мне стражник,
Что ужасы такие он видал,
Каких себе представить мы не можем.
На улице вдруг львица окотилась;
Могилы выплюнули мертвецов;
По правилам военного искусства
Меж туч сражались огненные рати,
И кровь бойцов кропила Капитолий,
Был ясно слышен грозный грохот битвы:
Стонали раненые, ржали кони…
По улицам метались привиденья,
Ужасным воем поражая слух.
О Цезарь. Это все необычайно,
И я страшусь.
Как можно избежать
Судьбы, нам предназначенной богами?
Нет, Цезарь выйдет; знамения эти
Даны не только Цезарю, а всем.
В день смерти нищих не горят кометы,
Лишь смерть царей огнем вещает небо.
Трус умирает много раз до смерти,
А храбрый смерть один лишь раз вкушает!
Из всех чудес всего необъяснимей
Мне кажется людское чувство страха,
Хотя все знают — неизбежна смерть
И в срок придет.
Входит слуга.
Что говорят авгуры?
Советуют, чтоб ты не выходил.
Из жертвы внутренности вынимая,
Они в животном сердца не нашли.
Так посрамить желают боги трусость:
Скотиною без сердца Цезарь был бы,
Когда б из страха дома он остался.
Не будет этого: опасность знает,
Что Цезарь поопаснее ее.
Мы — как два льва, два брата-близнеца.
Из нас двоих я старше и страшней.
Нет, Цезарь выйдет.
О, увы, в тебе
Самонадеянность убила мудрость.
Не выходи сегодня; пусть мой страх
Тебя удержит дома, а не твой,
Пошлем мы Марк Антония в сенат.
Пусть скажет он, что болен ты сегодня.
Прошу тебя об этом на коленях.
Антоний скажет им: я нездоров;
Чтоб ублажить тебя, останусь дома.
Входит Деций.
Север помнит
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
рейтинг книги
