Заклинание сердец
Шрифт:
– Ралад, умерь свой пыл, – постучал мужчину по плечу сосед, – Я вот безумно рад с вами познакомится, господин Ирвин. Меня зовут Варад. Мы были друзьями господина Мантени, а теперь будем вашими. Вам в наследство не только особняк достался, – хитрые глаза Варада блеснули, – шутка, конечно же. Гва нам готовит, у него талант к этому. Вастадор заведует деньгами. Сейчас дебет с кредитом сводит поди, как обычно. Ралад занимается садом. Я шью одежду. Все при деле. Ну почти все, – Варад подмигнул старухе. – Вы освоитесь, господин Ирвин, и к нам быстро привыкните. Мы надеемся, что вы не прогоните нас.
Хозяин внимательно посмотрел
– Да успокойтесь вы, – опустился на стул Искрен, потирая виски, – Места хватит всем. Приятно с вами познакомится. Давайте уже есть. Я проголодался.
Стол ломился от яств. Искрен и Акедия наполнили свои тарелки панированной сырной брюшниной под клюквенно-гранатным соусом, Адерэль взяла маленькую чашку посоле с плавленым сыром и курицей. Варад принялся поглощать каштановый крем-суп с травами. Любитель спиртных напитков Ралад ограничился горьким гоголем-моголем. Гва подождал, пока все сделают выбор, и пододвинул себе целую тарелку с панированными бараньими котлетками.
– Ты скоро лопнешь, – с укоризной на обжору посмотрела Адерэль.
Повар хотел было что-то сказать, но котлета во рту мешала это сделать. Он махнул сальными руками и перебил аппетит Адерэль. Она с нескрываемой ненавистью посмотрела на довольного Гва, которому было все равно на ее чувства.
– Ах, как он счастлив, – устало сказала Акедия, ковыряя вилкой в своей тарелке. – Ему можно только позавидовать.
– Гва испортил мне аппетит, – Адерэль аккуратно положила приборы и удалилась.
Искрен смотрел ей вслед и не понимал, почему она так притягивает к себе. Ее красота казалось какой-то фальшивой. Но вот что именно было с ней не так, Ирвин не знал. Акедия, ссутулившись, смотрела на довольного повара, которому не было дела ни до чего, кроме бараньих котлеток. Ирвин думал, как они уживаются друг с другом и кто еще здесь есть. Гва бросил взгляд на задумавшегося Искрена, наполнил бокал и поставил рядом с мужчиной.
– Выпейте вина, и тогда все встанет на свои места, – засмеялся Гва. – Попробуйте, очень хорошее и дорогое. Господин Мантени изрядно пополнил винный погреб. В любой момент, только прикажите, и ваш бокальчик наполнится тем, чем пожелаете. Ну разве не об этом ли вы всегда мечтали?!
Ирвина от последних слов как током ударило. На ужин матушка давала ему кашу на воде и кусочек говядины. Маленький Искрен не наедался скудной пищей и, лежа в кровати, мечтал о лучшем, а вот о чем, сам не понимал. Гва же обличил его потаенные желания, от чего Ирвину стало мерзко. Когда с ним была любимая матушка, он воспринимал это как само собой разумеющееся. Но вот ее не стало, и Искрен с болью в сердце ощутил свое малодушие. Почему, когда имеем, не ценим, а сейчас уже и плакать поздно. Мужчина ощутил прикосновение и поднял глаза. Акедия с материнской заботливостью положила свою руку на его, без слов давая понять, что она рядом.
– Адерэль, кто она? – Спросил Искрен и чтобы хоть немного успокоится, залпом осушил бокал. Гва восторгался этим?! Вино как вино. Даже отвратительное, не много. Ирвин с грохотом поставил бокал, чуть не расколов его.
– О, господин, – залебезил Гва. – Адерэль была помощником господина Мантени. Все, что вы видите в
– Как ты это…? – Ирвин осекся, – Ладно, ловлю тебя на слове. Но впредь не устраивай таких пиршеств просто так. Гва насупился, но промолчал. Он старался для господина, а тот ничего не ценит. Но Гва умеет ждать. Дядюшка поначалу тоже так говорил…
Искрен попрощался с новыми знакомыми и поднялся в комнату, чтобы немного отдохнуть. Когда он лежал в кровати, мысли, как коршуны, носились в его голове. Дядюшка оставил ему роскошный дом. Ирвину теперь не надо ни за что переживать. У него появилась возможность безмятежно коротать жизнь, ни в чем себе не отказывая. А что до Тристрид? До милой Тристрид. Она достойна счастья. Ирвин никак не мог отпустить ее. Он часто думал, как было бы хорошо, если бы она была рядом. Тристрид научила его любить. Искрен изо всех сил пытался смириться, но не мог. Мужчина скрестил руки на груди: любовь к Тристрид была подобна бутону алой розы, что росла у него в сердце. Искрен поливал ее благодарственными словами судьбе за дарованное ему счастье. Цветок крепчал с каждым днем, несмотря ни на что. Ирвин сладко зевнул. Теперь-то все изменится.
– Господин, спускайтесь, – раздался голос Гва. – Все уже приготовлено. Спускайтесь, пожалуйста. Ирвин закатил глаза, как всегда, он не вовремя.
Ладно, что ж, надо идти. Мужчина бережно отложил мысли о милой Тристрид и быстро оделся. Спустившись в гостиную, он увидел низкорослого худого мужичка, который протянул Ирвину свою руку, кости на которой были только кожей обтянуты.
– Приятно познакомиться, меня зовут Вастадор, – говорил он, вцепившись в кисть Искрена, – Я был управляющим домом у господина Ферапонта Мантени. Особняк и мы теперь принадлежим вам. Все деньги под моим контролем. обращайтесь ко мне, если будут вопросы. Мне надо идти, приятно познакомиться, надо идти. Господин Мантени много денег тратил на деликатесы, – Вастадор остановился на мгновение. – У вас, господин Ирвин, я думаю, хватит благоразумия.
Искрен даже не успел открыть рот, как того и след простыл. Мужчина недоуменно посмотрел на Гва, который в ответ развел руками. «Эх, ладно, пусть Вастадор сам носится с этими деньгами. Я перестал быть бедным, поэтому могу подумать о более важных вещах… к примеру…»:
– Ооо, это торт?! – ткнул пальцем в десерт хозяин дома, – Я видел похожий. Я хочу кусок, Гва. Два. Три.
Ирвин вспомнил, как он стоял у кондитерской, прижавшись к стеклу, за которым стояли высококалорийные красавцы. В преддверии сочельника запах праздника разносился по всей округе. Он, десятилетний мальчишка, так хотел Рожественского чуда. Ну или хотя бы его кусочек…
Гва отрезал кусок шоколадного торта и положил его на тарелку. Искрен потыкал в него вилкой. Он не верил своим глазам. Неужели желания умеют исполняться… Ирвин проглотил кусочек и… ничего. Мужчина бросил вилку. В тот момент торт бы подарил ему радость, а сейчас только разочарование. Гва злобно глянул на Искрена и поспешил отвести взгляд. Ирвин был объят грустью и ничего не заметил.
– Гва, – сказал мужчина, вставая, – Вастадор прав. Надо меньше тратить на еду. С завтрашнего дня будешь давать меню мне, прежде чем готовить, чтобы я посмотрел. Ты понял меня, Гва?!