Жена №5

Луганцева Татьяна Игоревна

Ничего более противного, да еще сказанного таким визгливым голосом, Яна в своей жизни не слышала, и Изольда-Мария, похоже, тоже.

— Ты что такое говоришь, любимый? Я тебя не обманывала! У нас же чувство! Какая тебе разница, как меня зовут? Пусть это будет мой маленький розыгрыш! — защебетала Мария.

— Вот-вот! Розыгрыш! Это именно то слово! Какая любовь, дорогая? Мы не в том возрасте! Ну, закрутили романчик, и что?

— Как — романчик? Как — и что? — Глаза Изольды выражали совершенно искреннюю, неподдельную

растерянность, Рустем фыркнул, не сдержавшись.

— Паша, дорогой, ну что ты говоришь?!

— А у меня есть выбор? — развел руками мужчина, похожий на грустную собаку. — Тебе-то что, а я женат, и мне лишний шум не нужен!

— Ты же хотел с ней разводиться!

— Я думал…

— Ты обещал!

— Я думал! — резко повторил мужчина. — А теперь я не знаю… Менять истеричку на авантюристку — не лучший выбор.

— Я… — из глаз Марии снова потекли слезы.

— Пара голубков, выясните свои отношения потом, а сейчас мы хотели бы знать, чье тело нашли совсем недавно? У кого были ваши, то есть не ваши, а вашей старшей сестры, документы? — спросила Яна, замечая, как бледнеет «любимый» Марии.

— Я перед отъездом заехала к Ольге.

— Младшей сестре? — уточнил Рустем.

— Именно. Я не склочница, как Изольда, я всегда помогала Оле. Она пила и вела не совсем здоровый образ жизни. Я помогала ей продуктами, иногда деньгами и вещами, так как фигуры у нас были одинаковые. Я уезжала на несколько дней и хотела дать ей немного денег. У нее я случайно оставила свои документы, и вот только сейчас узнала, что Оля погибла… Как нелепо! Я всегда знала, что она плохо кончит, но не думала, что это будет так скоро. Какая жалость! — сказала Мария, но по ней не было видно, что ей жаль Ольгу. Расстроило ее поведение любовника, это было очевидно.

— Это мы тоже расскажем товарищу Лебедеву, — кивнула Яна и с интересом посмотрела на женатого любовника Марии. — Простите, любезнейший, как вас зовут? Павел? Я не ослышалась? Вы, случайно, не Павел Павлович Рогожко?

Мужчина, казалось, проглотил язык, а в глазах поселился вселенский ужас.

— Вы можете не отвечать, но это будет легко проверить, — покачала длинной ногой Яна.

— И что из того, если это я? — витиевато ответил любовник.

— Очень хорошо! Я знакома с вашей женой Мариной Витольдовной, да и вы, Мария, полагаю, тоже? Оригинальный способ вернуть мужа жене, уехав с этим самым мужем отдыхать в глубинку, — рассмеялась Яна.

— Ну и что? — подбоченилась хозяйка номера. — Мне надоели эти глупые овцы, жалующиеся на свою горькую женскую долю. О чем они? Откуда они знают, что такое настоящее одиночество? У них были мужья, дети, а они все искали причины для расстройства, дуры! Вот и я вспомнила о себе, о том, что одинока. Да, я воспользовалась ситуацией, что в семье Рогожко было не все благополучно, и соблазнила этого мужчину. Что с того? Не я, так другая! У него

были плохие отношения с женой уже до моего вмешательства.

— Но его жена платила вам за помощь! — возмутилась Яна.

— Что, будешь пугать меня тюрьмой? Смотри пункт первый, не сажают за аморальные поступки! — наглость лжемагини набирала обороты.

— У вас нет совести.

— Совести нет у меня, не было у Изольды, которая сходила с ума от жадности, нет у жены Паши, полной дуры, — парировала Мария.

— Как ловко вы влезаете в чужие жизни, словно оформляете витрину. Тоже мне, художник-оформитель, — сказал Рустем.

— Я ничего не знал! Я люблю свою семью! — сглотнул Павел Павлович.

— Слабак! — презрительно фыркнула Мария.

— Я хочу домой! Отпустите меня! Я не хочу, чтобы о моей ошибке узнала жена, — с каждой минутой Павел Павлович, раскисал буквально на глазах.

— Дом прогнил, кругом жучки, — вдруг произнес Рустем совсем другим тоном, и после чего раздался звук падающего тела, Рустем без сознания обрушился на деревянный пол.

— Что с ним?! — буквально обалдела Мария Игоревна.

— Не обращайте внимания, — спокойно отозвалась Яна, рассматривая свой маникюр.

— Как это?! Что? Что такое?! Что с ним?! — запаниковала Мария, а Павел Павлович просто позеленел, приобретя один оттенок с полотенцем.

— Да простая потеря сознания, у него это часто, — отмахнулась Яна.

— Часто? Поэтому на нем синяки? — сглотнул Павел Павлович.

— Синяки? Нет, это я его с лестницы спихнула, он и расшибся немножко, — безмятежно отвечала Яна.

— Вы что? Совсем с ума сошли? — удивилась Мария.

— О, ну только не надо комментировать мои поступки, — огрызнулась Яна, — за собой последите!

— Но ты-то зачем вытащила его из дома? Он же ненормальный! — визгливо проговорила Мария.

— Он сам вызвался. Никакой Рустем не ненормальный.

— А зачем ты сбросила его с лестницы? — спросила Мария.

— Что значит зачем? Я лечу его, — беззаботно ответила Яна.

— От чего?

— От боязни высоты! — ответил Рустем, приходя в себя, поднимаясь на ноги и добавляя: — И вообще, хватит говорить обо мне, делая вид, что меня здесь нет.

— Ну вот, видите, он уже и очнулся, — весело ответила Яна, — да как быстро! Просто прогресс.

Павел Павлович судорожно натягивал на себя брюки и какую-то кофту явно не его роста и размера.

— Ты куда, Паша? — как можно приветливее спросила Мария.

— Мне надо домой, к жене, извини, — ответил он.

— Любимый?!

— Из-ви-ни! — Он издевательски поклонился.

— Боюсь, не будет у вас жены, — медленно произнес Рустем, вновь глядя в одну точку на полу.

— Это еще почему?! — возмутился Павел Павлович. — Что вы вообще себе позволяете?! Врываетесь в номер, пугаете людей, сами ведете себя неадекватно!