Алёна
Шрифт:
– Стелла. Стелла Роуз.
– Это ваше истинное имя?
– Нет.
– Почему вы не называете настоящее имя?
– Меня привезли сюда насильно. Пытались изнасиловать, а позже - и убить. А теперь обвиняют, что я воровка и убийца. Пока эта ложь не будет эээ опровергнута, правильно, мэтр, я не назову своего имени.
– Это не помешает, сеньорита. Напишем: " именуемая себя Стелой Роуз" и всё пойдёт дальше, как по маслу. Правда, мэтр?
– тот кивнул головой и здесь.
– Вот
Всё, что зачитал кэп, он ранее уже неофициально рассказал девушке. Правда здесь оно звучало сухо, торжественно, с перечислением дат, мест и фамилий потерпевших, а также статей криминального кодекса.
– Ну вот и всё. Теперь можете поговорить, Кстати, я немного забылся, не указал дату рождения. Но, думаю, это поправим после вашей беседы.
– Тучный офицер тяжело встал и вышел из комнаты, или точнее, камеры для допросов.
– Да, детка. Ну, давай знакомится. Меня можешь звать дон Гуан.
– Как? Вы? Дон Жуан?
– Да, как видишь, однофамилец того самого, знаменитого. Рад. что ты читала. Но такой славы, к счастью, не имею. А как тебя величать?
– А… А так и называйте - Стелла, - решила скрытничать дальше девушка.
– Ну, Стелла, так Стелла. Сейчас пока быстренько о главном, - пока не передумал. Это шеф тебе зачем - то даёт шанс. Если скажешь, что тебе нет четырнадцати, то все шансы выжить, - у нас раньше четырнадцати не казнят.
– А после?
– содрогнулась девушка.
– По такому обвинению, как у тебя - запросто.
– Но мне уже пятнадцать! шестнадцатый.
– Акселерация. Всё спишем на акселерацию. Настаивай на том, что тебе без недели четырнадцать. Поверь моему опыту, ни одна экспертиза не подтвердит и не опровергнет. А у вас со скольки казнят?
– Ннне знаю. Мне кажется, вообще не казнят. Нет, читала про какого-то маньяка. Того расстреляли. А женщин, по - моему нет.
– Ну, не важно. Скажи, Стелла, только по честному, мне же тебя защищать. Ты всё это сделала?
– Наверное, я, - вздохнула девушка. Я не знаю… Но так получалось. Я очень злилась, и они падали. Я не видела, чтобы они… Но потом сказали. И вот этого, патлатого из банды… Всё время забываю…
– Рон?
– Ну да. Я крикнула и он упал.
– А что крикнула?
– Сдохни, сволочь!
– Что?
– В общем, умри, - спохватилась Алёна, что кричала на русском языке.
– То есть ты кричала на своём языке, а он всё равно понял и умер?
– Ну да. А… что врачи говорят? Отчего он умер?
– Знаешь, вот такой толстый неприятный, на пирсе…
– Помню, Фант.
– Его тебе и не вменяют. По заключению врачей он умер от жутчайшего припадка эпилепсии…
– Да?
– У Рона - резаные повреждения желудка, печени и почки. Словно, его же навахой. А эти, в отеле, от острого болевого шока.
– И всё?
– А тебе мало? Тогда слушай - причину слепоты установили как невосстановимое поражение зрительных нервов.
– От чего?
– От неизвестного воздействия. Может, от какого газа, может, вируса. Это у тебя будут спрашивать, что ты с ними сделала и как?
– Я же говорю, я злая была. Этот, в отеле, он подглядывал, когда тот, здоровый, меня хотел… А те, те тоже пялились, когда я… - Алёна спохватилась и замолчала.
– А где скрывалась?
– вроде бы как и не заметил паузы адвокат.
– я к тому, что если люди подтвердят… Ведь знаешь, что некоторых арестовали, как сообщников.
– Ай, ну какие там сообщники, - и девушка передала защитнику ту же байку.
– Странно. После таких чудес они тебя даже ночевать не оставили?
– Побоялись, наверное, - пожала плечами девушка. Да и не хотела я. Сама боялась. Никому не верила. Пока с Фернандесом и Уго не познакомилась.
– Ну, более - менее ясно. Точнее, ничего не ясно. Кто же ты такая?
– По большому счёту - не знаю, - вздохнула девушка.
– Ладно, будем разбираться, - вздохнул защитник и нажал кнопку.
– Теперь я разъясню тебе твои права и допрошу по предъявленному обвинению, - вошёл в камеру шеф полиции. А вот этот офицер- кивнул он на молоденького щуплого полицейского будет вести протокол. Итак, фамилия, имя, возраст.
– Стелла Роуз, пятнадцать лет.
– Но… - подхватился защитник.
– Не хочу врать по пустякам.
– Пустяки?
– возмутился и капитан.
– Спрашивайте дальше.
Когда девушку отвели в отдельную камеру, оставшиеся дружно закурили и несколько минут помолчали.
– Ну и, - нарушил молчание капитан.
– Не знаю. Не верю. Чтобы такая девчушка… чертовщина какая-то, - ответил защитник.
– Откуда она всё- таки?
– И думать нечего. Явно русская. Она на смертной казни попалась.
– Она много где уже не применяется. Это не показатель!
– Но кэп, она же русская! Вы знаете. Из того, что в борделе накопали, знаете.
– Ладно, будем считать, что она попалась на смертной казни. Что ещё?
– Она верила в то, что говорила. По крайней мере тогда, наедине. А с вами просвечивалась неискренность. Девочка не любит врать, но кое в чём врёт.
– Да, там, где выгораживает дружков.
– Скорее, дружка. И его родственников. Но тем не менее, кэп, их вам придётся выпускать. Такое ходатайство я заявлю.