Браслет-2
Шрифт:
— Ну, извини! — Пашка пожал плечами и, раскинув свои клешни в стороны, сел на место. — Мы не знали. Мы о благе человечества радели!
— Радели они… — буркнул Игорь недовольно. — Раздели — это точно! Вы не задумывались, скольких вы оставили без средств к существованию? Ни работы, ни жратвы…
Воцарилось неловкое молчание. Пашка обиженно сопел и ковырялся в тарелке.
— Ты вот спрашивал, как там Милка? Да ушла она от меня, как только всё это началось! Обозвала неудачником и ушла. А я… Что мне оставалось делать?
— Догадываюсь, — виновато вздохнул Пашка.
— В люке теплотрассы! — с вызовом произнёс Игорь. — Скатился. Дальше некуда!.. И я не один такой. Нас миллионы! А вы тут забавляетесь! Я-то по глупости поверил этим байкам про тарелки… В принципе, ваша деятельность мало чем от них отличается. Ваш этот… браслет, он ведь тоже не на Земле делался?
— Ну!
— Вот и «ну»! Дорвались детки до игрушки…
Я не выдержал:
— Ну а что бы ты на моём месте сделал?
Он хмуро посмотрел на меня и пожал плечами:
— Не знаю. Не думал. Но уж накормил бы всех сначала, это точно!
— Да не успели мы! — скривился Пашка с досадой. — Эти хмыри уже всерьёз воевать собрались ядерным оружием!
— С чего это вдруг? Кто бы им позволил? Подёргались-подёргались, да на ту же задницу и сели бы…
— Много ты знаешь! — фыркнул Пашка. Его скомороший задор как рукой сняло. Он сидел, нахохлившись, будто воробей в сырую погоду, с преувеличенной внимательностью выискивая что-то на тарелке.
— М-да… — вздохнул я. — Вот они, хвалебные дифирамбы благодарного человечества. — Я встал со своего насеста и подошёл к окну.
— А ты чего хотел? — вскинулся Игорь, неприязненно щурясь. — Чтоб тебя в задницу расцеловали за такое? Весь мир теперь похож на разворошённый муравейник! Ведь всё только и держалось на военных заказах! Так было во все времена! И чего ты добился? Сидим мы теперь у разбитого корыта и не знаем, с чего начать?
— «Мы» — это кто? — едко поинтересовался Пашка.
— Россия! — зыркнул на него белками Игорь. — Мне до юсовцев дела нет. Получили по башке, так туда им и дорога! Но зачем было своих-то раздевать? Сколько времени и средств теперь надо, чтобы всё это восстановить!
— «Восстановить»? — поразился Пашка.
— Ну да! Не будем же мы со всей этой сволочью стрелами да копьями воевать?
— Ты глянь на него! — повернулся Пашка ко мне. — Он даже и не врубается, для чего всё это сделано!
— Ну и для чего?
— Да для того, чтоб человечество мирным строительством занялось, а не изготовлением наперегонки смертоносных игрушек!
Игорь посмотрел на нас, как на ненормальных:
— Вы, ей-богу, как с луны свалились! Да никогда такого не будет! Человек в самой основе своей — хищное, кровожадное животное! Оно всегда воевало, и будет воевать! И тут вы хоть удавитесь, но ничего с этим поделать
— Ты и впрямь так считаешь? — вяло отозвался я, усаживаясь на подоконник.
— Да я уверен в этом на все сто! Да что там на «сто»? На двести! На тысячу!
— Ау-у! — дурашливым голосом пропел Пашка. — Кто больше?
— Чё ты зубы скалишь? — накинулся на него Игорь. — Тут ведь дураку понятно, что оно заложено на генетическом уровне! Даже поговорка такая существует: «Человек человеку — волк!»
— Ну и хай сабе существует, — заявил Пашка, опять цепляя на себя маску шута. — А мы думаем иначе. Правда, Вовчик?
— Не правда, — поёрзал я по подоконнику. — Хотелось бы выслушать и мнение противной стороны.
— Ну очень противной! — гыгыкнул Пашка.
— Никакой я не противный, — вздохнул Игорь, остывая. — Просто есть такое понятие — разумный подход. И если подходить к этому делу с головой…
— Ну да, ну да, конечно! — закивал Пашка с притворным согласием. — У нас ведь к ентому месту задница приставлена!
— … Если подойти с головой, — надавил Игорь многозначительно, — то, повторяю, сначала надо было всех жратвой обеспечить, а уж потом работы лишать!
— Ну и как ты себе это представляешь? — спросил я.
— Да чего уж теперь-то, после драки кулаками махать? — обречённо махнул Игорь. — Вся промышленность в руинах лежит…
— Вот уж брехня-то! — взвился Пашка. — Мы воевали только с военно-промышленным комплексом!
— Угу… И с водой выплеснули младенца…
Пашка похлопал глазами, соображая, и повернулся ко мне:
— Ты что-нибудь понял?
— Вроде того. Он имеет в виду, что всё было завязано на том самом комплексе. А теперь клиент сдох…
— Ну и чё?
— Да чё «чё»? — снова полез в драку Игорь. — Все связи оборваны, в стране бардак! Кто наверх забрался, под себя гребёт, гноит товар, кто внизу — никому и на фиг не нужен, дохнет с голоду. И конца-краю этому не видать! Вы что, слепые? Сами не видите?
— Уж больно жуткую картину ты нарисовал! — поморщился я. — По-моему, всё не так страшно.
— А ты спустись туда, где я был, да поживи там — ещё не то запоёшь! — с вызовом произнёс он.
— Делать нам больше нечего! — встрял Пашка. — Надо решать, как дальше быть, а мы побираться пойдём! Щас! Мы это уже проходили!
— Сытый голодного не разумеет… — с досадой отвернулся Игорь.
— Ну а всё-таки, — не отставал я, — что, по-твоему, надо сделать такое кардинальное, чтоб на Земле оздоровить атмосферу? Чтоб не было этого… волчьего генетизма? Хочу у тебя, как у свежей головы, спросить.
Игорь озадаченно оглядел нас и надолго замолчал. Было непонятно, то ли он просто надулся, то ли о чём-то думает.
— Ну? — не выдержал Пашка. — Чего молчишь-то? Критиковать-то оно легко! А как самому чего предложить, так слабо!