Чародейка

Оленева Екатерина Александровна

Предметы начали привычно двоиться.

Черноволосая девушка продолжала ритмично выгибаться под жесткими мужскими ласками. Она не обращала внимание на то, что людские голоса стихают.

Визгнув, смолкли инструменты в руках музыкантов.

Пламя свечей испуганно заметалось.

Когда черноволосая обернулась, лицо её исказилось первородным ужасом. Она с визгом метнулась за спину вскочившего с места Рая. Подняться-то на ноги ему удалось, но держаться на них твердо - не получалось.

Под лапами тяжелого зверя хрустела посуда. Сминался

в лепешку метал. Растиралось в мелкую крошку дорогое стекло. Скатывались фрукты. Брызгали жиром и соком раздавленные салаты.

– Черт! – Выругался Рай, пятясь.

Крупная кошка с серебристыми полосками на белоснежном меху застыла, нервно поводя ушами с кисточками, переводя яркие зеленые глаза с одной фигуры на другую.

Мужчины выхватили оружие.

– Опустите клинки, - раздался хриплый баритон Рая.
– Это не зверь.

Джайна отозвалась яростным рычанием, словно опровергая его слова.

Брюнетка вцепилась принцу в плечо, поскуливая за его спиной.

В следующее мгновение Джайна ощутила, как рука Рая легла на загривок. Зверь в ней категорически возражал. Она гортанно зарычала, предупреждая нахала о том, что ему лучше убраться.

– Ваше Величество! Что вы делаете?! – Тревожно вскричал кто-то их придворных.

– Убирайтесь - все, - повелел Рай.
– Я сам договорюсь с моей женщиной.

– Ваше Величество… - Дернулся старый вояка, исполняющий роль личного телохранителя.

Джайна встала в стойку, готовясь к нападению. Запахи, звуки, страх и угроза, накатывающие со всех сторон, грозили лишить её разума. Руки Рая сомкнулись на шее, в опасной близости от острых тигриных клыков.

– Уходите. Это приказ.

Они остались наедине. Джайна и Рай. Ни сталь, ни охрана их не разделяли.

– Джайна, - осторожно окликнул он.

Тигрица замерла. Настоящий зверь не способен стоять столь неподвижно.

– Ты можешь вернуться? Я понимаю, ты предупреждала. Но…черт, я сам себе кажусь идиотом!

Возможно, это не было извинением. Но Джайна решила воспринять это именно так.

Тысяча сверкающих снежинок окружило фигуру белой кошки. Воздух наполнился тоненьким звяньканьем. Через мгновение, на столе, на месте зверя, на коленях сидела Джайна, внимательно глядя в лицо жениху серыми глазами.

– Ты прав. Ты идиот, - тихо заметила девушка.

– Умница выискалась! – Насмешливо фыркнул Рай в ответ. – Сама-то понимаешь, что ещё чуть-чуть и стала бы прикроватным ковриком?
– Сбросив со стола остатки сервировки, молодой человек уселся рядом, как мальчишка, болтая ногами. Джайна недоверчиво ощутила прикосновение теплой ладони к волосам. – Когда ты кошка, ты такая пушистая. Просто прелесть!

Когда в залу вбежала спасательная группа во главе с королем и отборными храбрецами, они застали всего лишь двух целующихся голубков.

***

Утро выдалось туманным. Солнечные тусклые лучи кое-как разогнали его, но с севера порывами ветра нагнетались тучи. Переполнявшая их влага заставляла небесных странников

ползти низко над землей.

Служанки поспешно натащив дров, развели в камине огонь. Языки пламени весело затрещали, создавая ощущение безопасности.

Замок виделся автономным от остального мира сооружением, полным благополучия, - единый отлаженный механизм, в котором каждая шестеренка вращалась в нужном направлении и с оптимальной, необходимой скоростью.

Комната, согретая огнем, окутанная гобеленами, коврами, была теплой и уютной. Джайна с тоской поглядывала в маленькое окошко, забрызганное дождевыми брызгами. Ветер, завывающий за стеной, даже на звук казался ледяным. Перспектива отправиться на охоту не слишком увлекала. В глубине души Джайна предпочла бы провести день в тиши цветочного сада Геллеры или в общей зале, слушая болтовню придворных, музыку менестрелей.

– Ты ещё даже не одета?!
– Возмутился Рай, врываясь в покои невесты. У ног его вертелись юркие собаки с узкими мордами. – Джайна, дорогая, о чем ты думаешь?! Ловчий уже выгнал зверя. Великолепный трехлеток!
– Его объятия были жаркими и быстрыми. – Поторопись!

Звук быстрых шагов по скользким, настывшим от сквозняков, плитам, поспешно удалялся, сопровождаемый нетерпеливым лаем и подобострастным повизгиванием шавок.

Джайна со вздохом принялась облачаться в охотничий костюм. С тоской предвкушая гонку по мокрому насупленному лесу, отнюдь не восторженно переживающему вторжение чужаков.

Она успела перепачкаться ещё до того, как они выехали за городские ворота.

Перо на широкополой шляпе обвисло.

Юбки отяжелели, намокнув под струями не прекращающего ни на секунду, то чуть стихающего, то разражающегося проливным ливнем, дождя. Не обращать внимания на остывающее, коченеющее тело делалось все труднее. Как и не отставать ни на шаг от яро увлеченного охотой Рая.

Мужчина не обращал внимания на хлещущие упруго ливни и ветки. Почти сливаясь с точеными линиями породистого коня, стелившегося над землей, он преследовал уходящего оленя. Шикарного трехлетка, гордо несущего рога, похожие на стройные деревца.

Джайна с усилием держалась рядом, но ей удавалось не отстать - сказывались годы тренировок с Горивэей,.

Резко трубили охотничьи рога. Гремели колотушки. Брызгала грязь, сверкая маслянистыми жирными черными пятнами из-под ритмично бьющих лошадиных копыт.

Вслед за Раем Джайна вылетела на поляну.

Увидев врага, зверь всхрапнул и опустил голову, ощериваясь рогами, точно еж иголками.

Рай раскрутил лассо и набросил его на трехлетка. Самец замотал головой в попытке освободиться, рванув в сторону. Не будь лассо привязано к луке, неудачливого охотника вырвало бы из седла. Но и лошадь оказалась не в состоянии сопротивляться мощи врага, ей пришлось последовать за ним.

Джайна в свой черед бросила лассо. Двум коням оленю противостоять оказалась сложно. Передумав спасаться бегством, животное перешло к нападению.