Через пески

Хауи Хью

– Осторожнее, – бросил Палмер, когда Роб, смочив спиртом кусок ткани, принялся очищать рану: та уже начала заживать, но потом ее разбередили. Из нее сочился беловатый гной. Роб промокнул рану, стараясь действовать как можно осторожнее, но Палмер поморщился от боли, и сарфер свернул в сторону. – Дай мне. – Он забрал тряпку у Роба. – А ты держи румпель.

Роб с радостью отдал ему банку, уселся на задней скамье и стал направлять сарфер между дюн. Один его брат протирал спиртом свои многочисленные ссадины, из другого Нэт извлекал кусок металла. Он испытывал

смешанные чувства – боль при виде страданий братьев и радость оттого, что все они снова были вместе.

– Нужно сменить курс в конце этого гребня, – сказал Палмер Робу. – Глоралай, займешься лебедкой?

– Ты что, решил реквизировать мой корабль? – спросил Нэт. – Как бы не пришлось доставать пули из тебя.

– В той стороне их лагерь. Они достают из-под песка бомбы. Легион достает бомбы, которые могут сровнять с землей Спрингстон и Лоу-Пэб. И там моя сестра, которую они заставляют нырять. Нужно сообщить ей, что мне ничто не угрожает и им больше не надо помогать. Могу я попросить вас поменять курс, чтобы спасти тысячи людей?

Нэт, похоже, переваривал услышанное. Наконец он кивнул. Глоралай наклонилась, поцеловала Коннера в висок и пошла перекладывать главный парус, а Роб потянул румпель к себе, направляя корабль в обход гребня.

– Погоди, – сказал Роб. – Говоришь, Лилия ныряет? Она младше меня, но ты позволяешь ей нырять?..

– Не сейчас, – ответил Палмер. – Серьезно, Роб, не сейчас.

Роб закусил губу, не понимая этих правил и тех, кто их устанавливал.

– Никаких сарферов не видно! – крикнул Пелтон, который наполовину поднялся на мачту и разглядывал горизонт в бинокль. – Но впереди дым.

– Дым? – переспросил Палмер. – Что-то тут не так.

Он присвистнул, промокая спиртом грудь, затем, отложив банку и тряпку, направился на нос. Роб продолжал рулить. Глоралай забрала тряпку и очистила рану Коннера. Нэт уже подготовил бинт.

– Как ты, Кон? – спросил Роб.

Коннер посмотрел на брата, повернув голову набок:

– Теперь, когда Нэт перестал копаться в ней, не так больно. Не могу поверить, что меня подстрелили.

– Да, – сказала Глоралай, – все знают, что тебя подстрелили. И ты теперь в банде. Круче некуда.

Она чуть сильнее надавила на рану, и Коннер вскрикнул от боли.

Роб теперь тоже видел дым в двух гребнях от них. Он взглянул на большой дисплей в кокпите: уровень заряда батарей – шесть процентов. Турбины подзаряжали сарфер, но энергия, которая тратилась на разрыхление песка под килями, уходила быстрее. Дайверские костюмы почти совсем разрядились, как и жезл.

Пелтон спустился с мачты и пошел в кокпит, где были остальные. Палмер тоже вернулся туда.

– Что вы там видели?

– Ничего, – ответил Пелтон. – Ни лагеря, ни сарфера, ни людей. Только горящий мусор. – Он показал на запад, где виднелся просвет в гребне. – Правь туда, – велел он Робу.

Коннер сел, чтобы Глоралай могла обмотать его бинтом. Нэт начал убирать медицинские принадлежности.

– Непонятно, – сказал Палмер. – Это ведь

то самое место. Мы ушли оттуда всего час или два назад.

– Может, они получили все, что хотели? – спросил Коннер. – Как глубоко пришлось нырять?

– На триста пятьдесят или около того. – Палмер стоял у канатов, глядя на дым сквозь дюны. – Если они получили все, что хотели, то сейчас направляются с бомбами на юг. Вероятно, Лилия с ними. Нужно их догнать…

– Сперва нужно зарядить батареи. – Нэт показал отверткой на дисплей. – Через полчаса мы застрянем намертво.

– Вот черт! – бросил Палмер и начал расхаживать по палубе. – Те парни, с которыми я был, обещали вернуть меня назад, когда закончится работа, и отпустить нас. Но потом решили посмотреть, что с другими сарферами. Надо было остаться. И не соглашаться, чтобы она…

– Что сделано, то сделано, – сказал Нэт. Они приблизились к лагерю, где виднелись остатки старых палаток, превратившиеся в пепел. Еще день, и ветер с песком не оставят и следа от тлеющих руин.

Сарфер остановился. Роб схватил жезл и отсоединил его от зарядного устройства, затем достал из рюкзака свое оголовье и маску Коннера.

– Что ты задумал? – спросил Коннер.

Роб проверил индикатор заряда в верхней части жезла. Слишком мало энергии, чтобы перемещать песок, но, возможно, удастся поискать сарферы, которые, по словам Палмера, шли на юг.

– Хочу посмотреть, далеко ли они, – сказал он, соскакивая на песок.

Пелтон и Нэт закрепляли паруса. Палмер и Глоралай спрыгнули вслед за Робом.

Пока Роб настраивал жезл, Палмер подошел к одной из палаток, разглядывая пепелище.

– Эй! – крикнул он. – Тут чье-то тело!

Подбежали остальные. Роб уже навидался насилия и хотел предотвратить новую его вспышку. Подключив к жезлу маску, он опустил устройство в песок, настроил маску на максимальную производительность, начал повсюду искать следы и увидел их. Одни вели в лагерь и из него, протянувшись в том направлении, откуда они только что пришли. Другие – на юг, в основном располагаясь параллельно друг другу: среди них были довольно старые и более свежие. Роб увидел сарфер, километрах в десяти, а за ним еще один – примерно в двенадцати. На западе он не увидел ничего. Он повернулся дальше… и почти все заслонила большая стена из пескамня.

– Там, под этим пожарищем, что-то есть, – показал он, подняв маску. Остальные собрались вокруг остатков палатки, разглядывая тело. – Эй! – крикнул Роб. – Тут есть дайвер, который удерживает пескамень, прячась от нас. Прямо под нами.

Услышав его, Пелтон схватил винтовку и, стоя на носу, прицелился в сторону пожарища.

– Отойдите от трупа! – крикнул он.

Палмер и Глоралай отошли назад.

– Можешь сломать пескамень? – спросил Палмер.

Роб проверил индикаторы.

– Батареи на исходе, но могу попробовать. Осторожнее. – Он снова опустил маску и послал в пескамень песчаное острие. Ничего не произошло. – Слишком прочный. Кто-то активно генерирует его.