Дань
Шрифт:
– Народного хозяйства больше нет. Есть бизнес и прибыль, – поправила его Юля.
– Молодец. Я не думал, что ты также хорошо разбираешься в экономике. Вот я и говорю, давайте распорядимся своим трудом по собственному усмотрению. Я понимаю тебя, ты не привыкла мыслить новыми экономическими понятиями, но тебе этого и не надо, на это есть менеджеры.
– Я то здесь причём? Берите материалы, которые вас интересуют и внедряйте. Вы же директор.
– Юля, ты просто сама наивность. Тебе в жизни повезло. Ты не знаешь, что такое работать на ящик. А я этого насмотрелся. Целые институты разрабатывали великолепные технологии, но их работа укладывалась в ящик и никуда не внедрялась. У государства один принцип: ни себе, ни людям. Все разработки, которые
– Даром, которым наградила природа, пользуются проститутки, а моя голова получила знания от государства, ему она и принадлежит.
– Зря ты так со мной, по-плохому. Как бы потом жалеть не пришлось?
– Вы, что же меня пугаете?
– Да разве тебя запугаешь? Просто я помочь тебе хотел, а ты своё счастье сама от себя прогоняешь. Впрочем, я не обижаюсь. Моё предложение остаётся в силе, и я всегда к твоим услугам.
Юля вышла из кабинета директора с омерзительным чувством. Её пытались купить, как уличную девку. Она немедленно рассказала всё Главному. Тот пригласил Феликса, и они вместе стали обсуждать сложившуюся ситуацию.
– Значит, он и к тебе подкатывал? – спросил Феликс.
– Что значит и к тебе?
– Это значит, что и к Дмитрию тоже, – объяснил ей Главный. Он повернулся к Феликсу и спросил: – Какой же шаг будет следующим?
– Догадаться не трудно, – ответил тот. – Документы находятся без защиты здесь и на пути, отсюда до секретной части. А эта схема у нас уже отработана. К тому же директор не очень щепетилен к подбору кадров. Он нанял на свои мерседесы двух водителей, они же являются и телохранителями его и его жены. Отличные парни, недавно пришли к нам в отдел.
Материалы по директору Феликс собрал без особого труда. Это был не профессиональный разведчик, а обыкновенный вор, который в погоне за долларом терял голову и забывал об элементарной безопасности.
Папка по этому делу лежала на столе у непосредственного начальника Феликса.
– Мне, кажется, – говорил Феликс, – здесь достаточно доказательств, чтобы у суда не было сомнений в виновности подозреваемого.
– Да, ты хорошо поработал, – похвалил его начальник. – Надо задерживать его при передаче информации.
– План у меня разработан, разрешите доложить?
– Не надо. У тебя всё доходчего изложено на бумаге. Действуй. Как только закончишь операцию, сразу доложи.
Феликс потирал руки от удовольствия. Последний штрих и враг будет обезврежен. Он остался доволен собой. Ещё бы! Всё началось с какой-то премии и выросло в разоблачение предателя Родины.
Директор жил своей обычной жизнью, не подозревая, что тучи над ним сгущаются. Каждый шаг его прослеживался, а каждый разговор прослушивался. Закончив свой трудовой день, он положил в портфель бумаги, и велел секретарю вызвать водителя. Правда, трудовым днём это было назвать сложно. Весь день он звонил по телефону и договаривался о своих личных делах. Одни друзья приглашали его в баню, другие на рыбалку, а только что ему позвонил школьный приятель и сообщил о вечере встречи. Директор уже привык, что он всем нужен и участвовал только в тех встречах, которые могли принести ему какую-нибудь выгоду. Сегодня он отказал всем. Сегодня он шёл на встречу, которая должна принести ему умопомрачительный доход. Все эти договоры аренды и отмывания денег от госзаказа бледнели от того, что он мог получить сегодня. Директор похлопал свой портфель и улыбнулся. «Дураки», – думал он про учёных, «сами не понимают своей выгоды. Им цены нет, а они за нищенскую зарплату готовы отдать миллионы. Видимо у них от своих формул совсем крыша съехала. Да и чёрт с ними. Я всё равно получу, что хотел, только теперь мне больше достанется, с ними делиться не придётся». Секретарь доложила, что водитель ждёт его в машине и он, крепко сжав портфель, направился к выходу.
–
– Нет, сегодня уже не вернусь.
Кто бы только знал, как ему не хотелось возвращаться сюда? До чего ему надоело корчить из себя учёного. Он же был коммерсант, коммерсант с большой буквы. Он ощущал себя великим художником. Кто не видел Луны? Все видели. Но только Куинджи увидел то, на что никто не обращал никакого внимания и написал картину «Ночь на Днепре». Теперь эти глупые людишки ходят в музей и восторгаются шедевром. Но ведь он такой же художник. Он видит то, что остальным и в голову не придёт. Но нет, они не восторгаются им, не хотят ничего видеть. Взять хотя бы решение о сдаче помещений в аренду: все были против, а потом получили премию. И никакой благодарности! Никто даже не вспомнил, что это именно он настаивал на этом решение. А денежки взяли. А эти новоиспечённые доктора? Какой апломб! Какое пренебрежение к нему, к директору! А из-за чего? Только из-за того, что он предложил им поправить своё материальное положение и получать за свой труд достойную зарплату? Нет, они не видят и не хотят видеть в нём благодетеля, а всё из-за этого старого козла, Главного. Это он настраивает против него весь коллектив. Если бы он только мог, то моментально бы расправился с ним, но он ещё нужен. Осталось, правда, недолго. Он уже вырастил себе замену. Теперь надо перетянуть молодых на свою сторону и конец Главного станет делом решенным. Они просто не знают, какой он терпеливый. Даже не заметят, как попадут к нему в полную зависимость.
– Куда прикажите? – водитель распахнул перед директором дверь.
«Вот это умный человек. Знает своего хозяина и за доллар готов наизнанку вывернуться. Он умнее их. Он правильно оценил своего директора и не пожалеет об этом» – подумал директор глядя на огромного верзилу учтиво пригнувшегося перед ним.
– Время у меня ещё есть. Давай перекусим где-нибудь. Поехали в «Асторию», мне у них солянка очень нравится.
Мерседес плавно помчал его по улицам, оставляя далеко позади институт с его проблемами и глупыми сотрудниками.
В «Астории» мэтр знал его и, увидев знакомого, расплылся в улыбке.
– Проходи, проходи, Никита, – сказал директор своему водителю. – Давай пообедаем вместе. У меня сегодня хорошее настроение.
Они уселись за столик и стали ждать заказа.
– А скажи мне Никита, раньше, до перестройки, многие могли зайти вот так просто в «Асторию» и перекусить?
– Что вы?! Тогда это только для иностранцев было. Теперь тоже не каждый может, не всем это по карману.
– Это ты точно заметил, не всем. А разве все люди одинаковы? Взять, к примеру, тебя. Вон ты, какой здоровый. Наверное, тебе и кушать надо больше, чем остальным?
– Наверное, только на свою зарплату по ресторанам я ходить не могу.
– Тем не менее, ты сейчас сидишь в ресторане и ешь то, что тебе нравится.
– Это потому, что вы меня пригласили.
– Совершенно правильно. Если бы ты не был таким здоровым и не умел так хорошо управлять автомобилем, а самое главное, ценить то, что тебе даётся, то тебя в ресторан никто бы не пригласил. А ты здесь сидишь. Значит, ты вписался в рыночную экономику, на тебя есть спрос, ты ликвиден и поэтому стоишь больше, чем все остальные. Пройдёт немного времени, и ты сам сможешь приглашать в рестораны того, кого захочешь. Рынок уравновесит всё и каждому определит своё место. Сегодня я определил твоё место, а завтра, может, ты определишь моё.
Директор расхохотался. Ему самому очень понравилась его шутка. Он посмотрел на часы и заторопился.
– Заболтались мы с тобой. Давай Никита, на Московский вокзал сгоняем. Давно я там не был. Заодно и расписание на Москву посмотрим. Опять в командировку надо.
На Московском вокзале директор посмотрел расписание поездов и направился к бюсту Петра. Там столпилось много народа. У бюста директор поставил свой портфель на пол и стал рассказывать Никите о том, каким раньше был московский вокзал.