Дженнет

Романова Галина Львовна

А что ломать себе голову? Какая же она глупая! Ведь совсем недавно это уже было! Так почему бы не попробовать снова?

Не сводя глаз с мужчины, присевшего на каменную ступеньку, Дженнет тихо запела:

О, солнце, дай мне немного тепла.

О ветер, с полей повей!

Ах, если б дома я была,

И милый в постели моей.

Вернись ко мне,

вернись ко мне

Из дальних волшебных стран.

Хотя б во сне

Вернись ко мне…

Но перед глазами туман.

Король

медленно выпрямился, встал на ноги.

— Ваше величество, — тут же откликнулась старшая дама, — что вам угодно?

— Тш-ш, — отмахнулся он. — Слышите?

— Как будто ветер играет в листве? — предположила дама. — Или звенят бубенцы…

— Это песня, — тихо сказала Грайна. Она сидела в сторонке ото всех, на ее слова вроде бы никто не обратил внимания, но король сделал шаг, другой. Он шел на голос, и губы его невольно шевелились, припоминая знакомые слова.

Дорога, ложись под ноги ему,

Попутный дуй ветерок.

Дай выбрать ему сквозь свет и тьму

Одну из трех дорог.

Вернись ко мне,

Вернись ко мне

Из дальних волшебных стран.

Хотя б во сне

Вернись ко мне,

перед глазами туман.

Она стояла за кустами, прижав руки к груди. Юная маленькая фейри, такая хрупкая, что было страшно не то, что обнять — дотронуться одним пальцем. Стояла и смотрела на него огромными глазищами, в которых страх мешался с чем-то знакомым и непонятным. Король испытал разочарование. Еще одна юная фейри, к тому же взирающая на него с таким странным выражением ее хорошенького личика, что поневоле хотелось отвернуться. Но именно эту девушку он запомнил по песенному турниру. И просто так повернуться и уйти уже не получилось. А взгляд! Какой у нее взгляд! Вот ведь считается, что у фейри нет души — а тем не менее, кажется, что в этих огромных ярко-голубых глазах светится ее душа, живая и яркая.

— Не бойся меня, милая, — сказал король. — Я не причиню тебе зла…

Если уж на то пошло, он вообще никому причинить зло не в состоянии. Здесь у него нет ни сил, ни власти.

Она не успела ответить — рядом послышались легкие шаги, заколыхалась трава и ветви кустов, пропуская других фейри.

— Ваше величество? — лейти Этейн, будучи старшей придворной дамой, повсюду успевала первой. — Что происходит?

— Я услышал песню, — ответил король. — И захотел узнать…

— Кто это поет? Песня в самом деле странная…

— Пошел на голос и увидел эту девушку. Это ведь ты пела сейчас? — поинтересовался мужчина.

Та кивнула, не сводя с него взгляда.

— Ты могла бы спеть эту песню еще раз?

Она опять кивнула, прижала руки к груди и запела…

…песню, которую он столько раз слышал в прошлой жизни в далеком городе, чье название сейчас медленно всплывало в памяти — Портсмут. Песню, которую, так или иначе, с теми или иными словами пели все жены и подруги моряков. Песню, которую напевали рыбачки на городских улочках и девицы легкого поведения в тавернах. Песню, которую когда-то выучила она…

И вот эта песня звучала чужим голосом из чужих уст. И

каждое слово отзывалось в душе болью, возвращая воспоминания:

Расправь, корабль его, паруса

И через моря неси.

Назло всем бурям, назло небесам

От смерти в бою спаси.

Вернись ко мне,

Вернись ко мне

Из дальних волшебных стран.

Хотя б во сне

Вернись ко мне…

Но слезы смывает туман.

Мужчина опустил голову, чтобы никто не видел выражения его лица. Перед мысленным взором его сейчас разворачивался красавец-бриг на поднятых парусах, готовясь отправиться в путь. И люди, чьи лица он смутно припоминал во сне, стояли рядом на палубе.

— Ты посмотри, что ты наделала! — прошипела лейти Этейн девушке. — Ты огорчила короля! На что ему такие песни?

На что? Король вскинул голову, чувствуя необыкновенный прилив сил. Его прошлое переставало быть сном, превращаясь в явь. И это сделала она — юная фейри с невероятными живыми глазами. Но почему? Откуда у нее такая сила?

Девушка попятилась. В ее глазах мелькнул страх, и король ощутил его, как свой собственный.

— Не бойся меня, дитя, — он постарался, чтобы его голос звучал ровно, а взгляд не выдавал интереса. — Я только хотел спросить, откуда ты знаешь ту песню, которую пела сейчас?

— Я, — девушка не сводила с него глаз, — слышала ее…дома.

— Не лги королю! — лейти Этейн стояла рядом и сверкала гневными глазами. — Он сразу учует, ложь ты говоришь или правду!

Ярко-голубые глаза девушки наполнились слезами:

— Но это правда. Мой дом… он очень далеко отсюда! Там поют такие песни…

— Это неправильные песни. И вообще, кто тебя сюда пустил? Ты — не фрейлина королевы и не должна находиться в королевском саду.

— Но я думала…

— Не важно, — отрезала знатная фейри. — Пойди прочь, не оскорбляй короля своим присутствием. Прошу вас, ваше величество, следовать за мной… Вас ожидает королева!

Она поклонилась, делая приглашающий жест. И мужчина в ответ слегка наклонил голову:

— Воля королевы — закон.

В конце концов, он все еще король и должен выполнить свой долг. А память… пробужденная, она теперь никуда не денется. Он не даст пропасть тем крупицам, которые сумел вернуть. И рано или поздно вспомнит остальное.

Дамы выстроились, образуя коридор, по которому он должен был уйти. И он уже сделал первый шаг, когда его догнал срывающийся голос:

— Не надо! Не ходи!

Юная фейри рванулась к нему. Этого никто не ожидал, и девушка почти бросилась мужчине на шею, но в самый последний миг, опомнившись, остановилась, задохнувшись. Золотистая кожа ее побурела — румянец стыда и смущения залил ей щеки и скулы.

— Что ты себе позволяешь? — прошипела лейти Этейн. — Как ты смеешь так разговаривать с королем?

— Он не король, он…

— Кто?

— Мой жених!

Выпалив эти слова, Дженнет задохнулась от облегчения и страха. Она сама от себя не ожидала такого поступка. Стремительно развернувшись, девушка кинулась бежать.