ЭДЕМ-2160
Шрифт:
Тихо ступая по ворсу темно-бежевой дорожки, Саймон увидел, как на прозрачную, поляризующую пластиковую поверхность перехода падают первые тяжелые капли дождя, оставляя на скатах набухающие мокрые дорожки. Из-за края здания наползала серая, ватная мгла.
"Интересно, какая погода сейчас в России", отрешенно подумал Саймон. В последние годы на атлантическом побережье зимы вновь стали мягче и дождливей, но в России они все еще были суровые и снежные.
Рейс был коротким и Саймон даже не успел отдохнуть. Едва
— Дорогой, – тихо позвала Джулия, – мы садимся. Ты знаешь, как добираться из Санкт-Петербурга в Москву?
— В Рязань, – механически поправил Саймон и удивленно уставился на жену. – Какой Санкт-Петербург? Они что, шутят?
— Погодные условия, – Джулия погладила его по руке. – Капитан сказал, что Рязань не примет ни одного рейса еще три дня.
— Безобразие! И что они прикажут делать?! – громко возмутился Саймон.
В ответ на его реплику раздался гомон пассажиров, но голос стюардессы, вошедшей в салон, тут же прервал его:
— Уважаемые пассажиры, кампания "Российские авиалинии" выплатит компенсацию за причиненные неудобства и поможет с приобретением билетов на другие виды транспорта. Администрация кампании просит вас по прибытии обратиться к главному диспетчеру авиавокзала.
Толпа успокоилась, но Саймон продолжал тихо негодовать: "Интересно и как нам теперь добираться?" сосед Саймона осторожно тронул его за локоть:
— Извините, я нечаянно услышал ваш разговор. Я бы вам посоветовал добираться экспрессом "Русская Тройка". Он довезет вас как раз до места. Сойдете на Рязани-Первой. Вас есть, кому встретить?
— Да, нас будет ждать друг, – Джулия посмотрела на собеседника. – А вы местный? Судя по акценту, вы не русский.
Мужчина кивнул и пояснил:
— Да, долгое время мне пришлось жить в Бонне. А вообще, сам я родился в Киле. Двенадцать лет назад поселился с семьей в России. Перспектива работы, знаете ли. Да и доход повыше. А с языком, как видите, проблемы. По молодости учил, но в лингвистике всегда не везло. Еще учитель в школе говорил, что нет у меня никакой склонности к языкам.
— Ну что ж, давай собираться, – раздражение Саймона уже улеглось, тем более, что словоохотливый сосед согласился проводить их до диспетчерской.
Саймону и Джулии удалось оказаться в голове огромной толпы пассажиров, жаждущих получить свою компенсацию. Инженер-автодизайнер, а именно им оказался невольный попутчик супругов Мерфи, проводил их в большое стеклянное здание, где находились терминалы и офисы диспетчеров. Саймон по привычке направился к терминалу, однако, инженер показал ему на стилизованную под дерево дверь с надписью "главный диспетчер" (дверь на самом деле оказалась деревянная).
— Не удобней ли через терминал? – слабо запротестовал Саймон.
—
За дверью оказался просторный уютный кабинет в стиле тридцатых годов с тяжелыми портьерами, настольными лампами, монументальной, резной мебелью, похоже из ореха. В комнате царил приятный полумрак, и Саймон по достоинству оценил вкус хозяина кабинета.
Диспетчером оказался средних лет мужчина, подтянутый, с едва наметившимися залысинами и в очках в изящной оправе.
— Мистер Мерфи, если я не ошибаюсь?
Саймон удивленно кивнул и ответил на рукопожатие.
— Искренне рады вас приветствовать как гостя нашей страны, – диспетчер широко улыбнулся и нажал кнопку на селекторе. Почти мгновенно в комнате возникла девушка в желто-голубой униформе авиакомпании с подносом дымящихся чашек в руках.
— Позвольте поинтересоваться, как вы узнали меня, – продолжая удивляться, спросил Саймон.
Диспетчер, аккуратно размешав сахар, положил ложечку на блюдце. Джулия и попутчик, последовав его примеру, пригубили кофе.
— А разве вы не слышали сообщения, в котором мы вас приглашали? – на этот раз удивление прозвучало в голосе диспетчера.
— Нет, нас проводил сюда мистер..., – Саймон замялся.
— Кнопфлер. Адольф Кнопфлер, – инженер-дизайнер учтиво кивнул русскому.
— Тогда пришла очередь представиться мне. Михаил Романов, для вас Михаил Игнатьевич. Мы обязаны проверять все списки пассажиров, уважаемый мистер Мерфи, – пояснил он, – поэтому, приезд ваш и вашей супруги, – он кивнул, обратившись к Джулии, – не мог остаться незамеченным. Вы можете рассчитывать на всестороннюю помощь. Чем наша кампания может быть полезна вам?
— Скажите, от вас можно связаться с Рязанью?
Романов нажал какую-то кнопку и, глядя в пространство, сказал:
— Наташа, будьте добры, свяжите нас с Рязанью. Нам нужен номер?.. – он вопросительно посмотрел на Саймона.
— 814-123-563, – быстро продиктовал Саймон.
— Ты слышала, Наташа?
— Одну минуту, Михаил Игнатьевич, – раздалось из динамика, и терминал на резной панели стола засветился, – Соединяю.
После секундной заставки вызова появилось изображение: профессор Вартанов ответил лично.
— Саймон? – изумленно спросил он.
— Профессор, наш рейс по погодным условиям отправили в Санкт-Петербург. Что-то, связанное с бурями... Мы с Джулией будем у вас чуть позже...
В разговор вмешался Романов:
— Не волнуйтесь, господин профессор. Кампания обязуется как можно быстрее доставить ваших друзей, мистера и миссис Мерфи, в Рязань. Мы уже забронировали два билета класса "люкс" на "Русскую Тройку". Отправление, как вы знаете, вечером. А сейчас извините, у нас служебная линия, – Романов виновато развел руками.