Экспат
Шрифт:
Который по боевым качествам ненамного, но всё — таки превышал таковые, находящиеся на вооружении у банд Города. Отсоединить штатный ствол, извлечь батарею. Присоединить приклад, длинный ствол. Подумать, присоединить коллиматорный ствол. Всё — таки ситуации бывают разные и чип сопряжения может и отключиться. Отрегулировать на дальность. Вставить сменную батарею последней под одобрительные взгляды штурмовиков, давно не видевших обстрелянных реальным огнём оперативников. Загнать последней в оружие увеличенную батарею.
Закрыть кейс и убрать за спину.
Что бы ни произошло —
Ховер плавно начал снижаться. Пункт назначения был совсем рядом. А. Н. судорожно нащупал запасные батареи в рюкзаке. Рассовал по карманам. Лазер потребляет немного энергии, но всё же — потребляет. Лучше встретить писк опустевшего заряда, будучи наготове.
Рампа опускалась на бетон в относительной тишине. Гармонию нарушало только завывание двигателей и глухие стуки ботинок высадившихся минутой ранее отделений. Эфир разрывали короткие вскрики и отчёты.
— Первое отделение, контакта нет! — рявкал кто — то в «улитке».
— Второе отделение, контакта нет!
— Третье отделение, контакта нет!
Эрнест кое — как вывалился, держась позади бронированных мужчин в костяной броне со своим жалким подобием лазерного карабина. Двор склада был частично завален различным хламом. А его бетонный настил — покрыт свежими, всё ещё вонючими следами шин. Кто — то не так давно с визгом колёс стартовал отсюда, подумал А. Н. Он осторожно осведомился по закрытому каналу у взводного:
— Что докладывают боты? Есть кто в помещении?
— Пара десятков фунтов плоти, все в главном здании в одном месте, — сообщил немногословный взводный и скомандовал: — Тактическая схема «Штурм-1», вперед, пошли, пошли!
Вскоре штурмовики уже выбивали ручным гидравлическим тараном ворота. Ржавое железо сорвалось с петель, полетело внутрь и с грохотом коснулось покрытия. Пыльный воздух разорвали предупредительные выстрелы, лучи наствольных фонарей и крики безопасников:
— Проходит полицейская операция!
— Всем лежать мордой в пол!
— Оружие на землю, живо!
Вот только слушать красочные разглагольствования было решительно некому. Не только двор был пуст, но и бетонная коробка какого — то кустарного цеха была также пуста. Ни одного ящика с «веществами», только кое — где разбросанные случайно при эвакуации «карандаши» и пакетики с «серебрянкой». Ни одной живой души. Ни человека, ни джосера, ни даже дохлого наммунга. Только груда ещё тёплой говядины весом с пару центнеров шевелилась в центре здания под удивленные ругательства штурмовиков.
А чуть поодаль, на единственном оставшемся в помещении столе, показательно на середине столешницы, лежала отрубленная голова Ставроса. Осведомителя, чья наводка оказалась такой же, как и большая часть шлюх в «Игни» — красивой, многообещающей, но сокрушительно разочаровывающей.
Остатков, лежащих тут и там на бетоне, хватило бы на десять лет каторги
Даже поймавшие легкий кураж штурмовики знатно сквернословили, чего уж говорить об Эрнесте. Однако весь путь обратно, в участок, он перенес стоически. Молча. Точно так же молча перенес выволочку от Кюсте, который — де напомнил и довольно неформальные методы работы, и кирасирский налёт на склад. И, конечно же, пьянки.
— В общем так, — помолчав, начал медленно Папаша Стеф. — Ты слегка перегорел. Не по своей воле, я знаю. Это чёртово дело высасывает все соки из всей службы. Но и позволить тебе пороть горячку я больше не могу. Ты отстранён. Пистолет и значок сдай в арсенал.
— И надолго? — хриплым от долгого молчания голосом осведомился А. Н.
— Пока на неделю. По возвращению сдашь комплексный экзамен на соответствие должности. И вот тогда посмотрим, продлять тебе чёртов отпуск или нет. Не смей уходить в запой, слышишь?
— И не собирался, — хладнокровно, слегка побелев, ответил Эрнест. Он никогда не был запойным алкоголиком. Прямой намёк Кюсте был перебором, даже будь он не оперативным, а руководствующим директором.
Если мне суждено будет уйти — сломаю ему рожу, решил Эрнест и тугой узел гнева развязался сам собой. К счастью, Папаша не заметил душевных бурь оперативника. Или же — не захотел заострять внимание.
— А теперь гони с глаз моих долой, — проворчал Кюсте, извлекая из стола изящный хьюмидор.
Эрнесту стоило больших усилий сдержаться и не хлопнуть дверью. Однако зерно сомнений, уже давно съедавшее его изнутри, требовало хоть и холодного, но подчёркнуто вежливого прощания. И аккуратно прикрытой двери.
Лэндинг: Соль и перец
Заголовок: Беспочвенные проверки усиливаются
Одобрено Хозяевами: да
В очередной раз так называемые службы безопасности проверяют границы своих полномочий. На этот раз эсбэ «Агни Корп», основываясь на анонимном доносе неизвестного (возможно, аффилированного) лица вломилась в склад, принадлежавший добропорядочному бизнесмену Гричкавиасу. Последующий трёхчасовой обыск результата не дал.
Остаётся только спросить — почему у любителей побряцать оружием настолько много полномочий? <…>
В Старый город он пошёл пешком. Не таясь и не идя, как обычно, «змейкой». Прямо и с прямой спиной. Застрелят так застрелят, плевать, равнодушно думал А. Н, сейчас важно только наличие у Гренн пива и говядины.
И то, и другое в таверне было в наличии, разумеется. Мгновенно вылакав гигантскую, полуторапинтовую кружку, Эрнест решил всё — таки обратить внимание на сообщение, пришедшее ещё в середине уличного пути. Итак. Текстовое сообщение. От Франсуа.
«Осторожнее с разговорами, вне зависимости от степени близости или родства слушающих ушей».