Форс-мажор

Новоселов Дмитрий

– Сейчас начнется торг, – предположил я.

– Это вряд ли, – возразил Серега и закурил. – Скорее всего, Симоху будут душить.

– Он не выглядел испуганным.

– Плевать. Давай уберем машины за угол. Не хочу видеть, как эти сволочи будут победоносно проходить мимо нас.

Мы отогнали машины в подворотню и поставили рядом с Симохиным «Ренджровером», который он не поленился развернуть и трусливо направил в сторону выезда, таким образом, чтобы можно было, перемахнув бордюр, тотчас оказаться на центральной улице.

– Заранее приехал, все пути отступления просмотрел, – зло сказал Сергей,

когда мы вышли из машин, и опять закурил.

– Ты чего психуешь?

– Не знаю. Надоели. Стрелки, перестрелки. Ненавижу.

– Между прочим, Симоху ты сам привел.

– В то время это был самый дешевый вариант.

– Надо нам под ментов уходить.

– А чем они лучше? Такие же козлы…

– У них возможностей больше, – возразил я. – Они и от налоговой отмазать могут, и от ОБЭПников. Да мало ли.

Прошло пятнадцать минут. Прилетела ворона, села на ветку молодого тополя, посмотрела на нас, взъерошила перья, отряхнулась и полетела дальше. Проехал мальчик на велосипеде, хотя, впрочем, возможно это была девочка. В луже, у нас под ногами, в искорках света появились три Серегиных окурка. Когда ждешь чего-то важного, волей – неволей замечаешь всякие мелочи.

Наконец появился Симоха. Он был доволен.

– Все нормально, парни, – надменно сказал он. – Будка ваша.

На лбу у него выступил пот. Он выглядел как хирург после успешной операции.

– Это Сашка Рыжий. Он в бригаде у Палюли. Но с «голодными» якшается. Говорят, когда-то заканчивал школу КГБ.

– Расскажи, – попросил Серега.

– А что рассказывать, – отмахнулся Симоха и посмотрел на часы. – Парни действительно очень пострадали. Вначале никак не хотели отдавать магазин. Говорят, мол, деньги вернем. Я говорю, а черный нал, а ремонт? Тогда стали просить доплату, типа такой павильон сейчас можно за лимон скинуть, за нефиг делать. Давайте, говорят, половину. Но, я отбился.

– Ну, и? – спросил Сергей.

– В течение двух недель отдадите им двести пятьдесят штук, и никаких претензий.

– Что!? – заорал Серега. – Они ведь этого и хотели! Ты что, дурак? Где мы возьмем деньги? Нам товар уже покупать не на что, все в стройку вбухиваем.

Симоха опешил от такой наглости, но потом быстро пришел в себя. Лицо его налилось кровью.

– Ты выхлоп-то фильтруй, – тихо и неожиданно спокойно сказал он. – Вы заключаете липовые договора, а я хожу, вас отмазываю. Ваши денежки спасаю. Вы мне за стрелочку еще штукарь баксов прислать не забудьте.

– Вот тебе штукарь баксов, – заорал побелевший Серега и со всей силы врезал Симохе кулаком в нос.

Со мной произошло то же, что происходит с пассажирами самолета, когда тот попадает в воздушную яму. Дыхание перехватило, в паху образовалась пустота. И так же, как в самолете, от меня уже ничего не зависело.

Симоха, разумеется, ответил тем же, и завязалась банальная драка. Первые несколько секунд ничего понять было нельзя, сплошное мелькание кулаков и ног. Но победитель определился довольно быстро. Им оказался Серега. Несколько ударов, и он уже стоял, как гладиатор, над валяющимся в луже Симохой, и тяжело дышал. Аплодисментов не было.

Побежденный с трудом встал вначале на колени, потом на ноги. Не поднимая головы, он поплелся в сторону машины, но нагнулся за сумочкой и сотовым телефоном. Его

мускулистая задница подействовала на Серегу, как тряпка на быка. Он подскочил и со всего размаха пнул прямо между ягодиц и, лишь удостоверившись, что противник снова упал, повернулся к нему спиной.

Прежде чем уехать, Симоха с ненавистью посмотрел на нас заплывшими глазами и сказал:

– Вы трупы.

По невероятному совпадению, сразу после того, как его машина скрылась из вида, солнце зашло за тучу. Стало холодно. Около минуты Серега не мог отдышаться, потом он, наконец, решился поднять на меня глаза и сказал:

– Слышь, Дальтоник, на фига нам такая крыша? Ты согласен?

– Ты – конченый идиот, – обречено сказал я. – Вначале из-за твоего длинного члена я чуть в тюрьму не попал, теперь из-за твоих гнилых амбиций нас могут убить.

– Согласен, – вздохнул он. – Я – кретин. Но убить нас, конечно, не убьют. Я Симоху знаю, у него кишка тонка.

– Сожжет на фиг все наши киоски.

– Это вполне возможно.

Минуты три мы сидели и молча боялись, потом Сергей попросил трубку.

– Алло, Симоха, – сказал он, после того, как я набрал номер. – Есть предложение. О том, что сейчас произошло, никто не узнает, и ты нам ничего плохого не сделаешь, иначе я сейчас поеду к любому авторитету, и покажу весь наш расклад, сколько и когда мы тебе башляли. Ты с нас на общак ничего не уделял. Отрубят тебе руки.

Собеседник, видимо бросил трубку. Серега поморщился с досады и попросил меня нажать повтор.

– Ты трубку-то не бросай, – снова заговорил он. – Я сейчас перепишу все наши отстежки и отвезу в надежное место. Если с нами или с нашими точками что-то случится, все станет известно и ворам, и спортсменам. Конец твоему авторитету.

– Ну? – спросил я, когда он опустил телефон.

– Опять отключился. Куда он денется! Поверил.

– А откуда ты знаешь, что он прикарманивал деньги с общака? – поинтересовался я.

– Да я и не знаю, просто догадываюсь. Недаром ведь он на все наши стрелки один ездит, чтобы до поры до времени не светить нас перед братвой. И все наши денежки к себе в карман класть.

– Ну, тогда это вилами на воде писано. Если он все, как положено, уделяет, то ты его еще больше разозлил.

– Куда уж больше-то, – Серега почесал затылок. – Че делать-то будем?

– А я откуда знаю? Ты, мудак, всю кашу заварил, ты и думай.

– Думать некогда, – энергично заявил Серега. – Давай так, ты поговори со своим ментом, а я поеду посоветуюсь с нужными людьми. Я достал смарфон, снял блокировку, открыл рабочий стол и надавил ногтем на физиономию Спарыкина. «В настоящее время связь с данным номером отсутствует», – сказал милый женский голос. Я послушал эту фразу два раза и дал послушать Сереге.

– Звони ему постоянно, – не теряя энтузиазма, сказал он. – Ты сейчас куда?

– В офис.

Серега достал из кармана портмоне, порылся в нем, поднял голову:

– Твоя доверенность у меня с собой, давай поменяемся машинами. Москвич загружен под завязку пивом, ты потихоньку на нем до своей фирмы доедешь, а мне быстренько порысачить надо. Кое-что предпринять.

– Мне в половине восьмого нужно быть около оперного театра, в своей машине. Меня по ней должны узнать.

– В семь я тебе ее пригоню.