Герой
Шрифт:
— Но не все французы об этом знают, — князь нахмурился. — Часть взятых нами в плен оказались извергами, часть копиями, но попадались и люди. Появление полозов обескуражило их не меньше нашего.
— Люди в рядах армии французов — лишь дело времени. Вскоре их всех заменят. Оставят разве что управителей драгунов, если твари, конечно, еще не придумали, как создавать наши копии.
— Я пришел к такому же выводу, — кивнул Кутузов. — Но все еще не понимаю, почему нас следует отступать в Москву. Это наш последний оплот. Хотя есть у меня одна идея… — полководец осекся, испытывающе
— Не могу сказать.
— Что?! — тяжелый кулак Кутузова опустился на стол с такой силой и грохотом, что в шатер даже заглянул встревоженный Кожухов, но полководец резким жестом отослал того прочь. — Как вас понимать, граф? — единственный уцелевший глаз князя впился в меня.
— Я прошу вас довериться мне, Михаил Илларионович, — в сердцах выпалил я. — Поверьте, от вашего решения…
— Моего? — полководец вскинул бровь. — Наш Император поручил мне отбросить французов, а не отступать.
— С государем должен поговорить Нечаев…
— И что же вы вдвоем задумали? — Кутузов устало и тяжело вздохнул.
— Не могу сказать, — вновь покачал головой я. — Шпионы полозов могут быть где угодно. При всем моем безграничном к вам уважении, мне не положено разглашать детали.
— Ну, если мне нельзя ничего знать…
На миг мне показалось, что Кутузов откажет и выставит меня взашей в приступе гнева. Но он неожиданно смягчился.
— Коли Петр уговорит Императора, то я сделаю то, что должно. Но поклянись мне, Михаил, что задуманное вами спасет людей, а не сгубит их.
— Клянусь. — С готовностью отозвался я.
— Хорошо, — удовлетворенно кивнув, Кутузов подозвал меня к столу. — А теперь смотри, — он показал мне карту, где схематично были изображены предполагаемые порядки неприятеля и позиции нашей армии. — Здесь, — палец полководца указал на синюю ленту реки. — Переправа через реку Колоча. Когда неприятель употребит в дело последние резервы свои на левый фланг Багратиона, то я пущу ему скрытое войско во фланг и тыл. Кавалерия Уварова и казаки Платова знают, что делать. Вы же должны поддержать их прорыв, если появятся полозы.
— А если не появятся?
— Значит, вместе с другими драгунами станете держать оборону у батареи Раевского, — Кутузов указал в центр наших позиций. — Она стоит на высоком кургане и, вероятно, станет основной целью неприятеля. Скорее всего, французские драгуны станут прорываться именно сюда.
Я кивнул. В боях за Шевардинский редут управители врага несколько раз били по простым солдатам, так что ни о каком благородстве больше не шло и речи.
— Наших драгунов я разделил на две части, — продолжил Кутузов. — Первой и большей правит, как и прежде, герцог Михаил Вюртембергский. Вам же вверяю третье звено. Изначально слушайте приказы герцога, но кроме них у вас будет и мой личный — поддержка кавалерии и казаков.
— Но я же не солдат…
— Уже солдат. — Не дал мне договорить Кутузов. — Командир третьего звена пал смертью храбрых на поле боя. Вы займете его место. Мой адъютант отведет вас к бойцам.
— Я не подведу. — Я вытянулся по стойке смирно ощущая одновременно и прилив гордости,
— Знаю, — кивнул Кутузов.
На этом мы и распрощались.
Кожухов встретил меня у выхода из шатра и, поздравив с повышением, повел к стоянке драгунов. Прикомандированные к армии порченые спешно привели в порядок Чернобога. Рядом с вороненым доспехом замер еще десяток императорских драгунов. Неподалеку выстроились их управители. На меня они смотрели доброжелательно, так как нам уже приходилось сражаться вместе, и я заслужил их благосклонность в бою.
Адъютант Кутузова представил нас, после чего я вкратце обрисовал звену задачу. Она была столь же простой, сколь и ответственной. Стоило нам закончить разговор, как лагерь армии оживился.
С рассветом враг пошел в наступление. Дальнейшие события для меня стали происходить с чудовищной скоростью, сменяясь одно за другим, будто бы не завися от привычного течения времени.
Мы спешно сели в драгунов и отправились к кургану, где располагалась батарея Раевского. Французы сразу начали обстрел из пушек. Подоспевшие на позиции управители подняли щиты, закрывая собой артиллерию.
Как только залп неприятели закончился, мы ответили одновременно с нашей артиллерией. Не успело стихнуть эхо выстрелов, как с противоположной стороны прилетел ответ. И наши уцелевшие драгуны, и потрепанные боевые доспехи неприятеля не спешили в атаку, действуя от обороны своей артиллерии.
Происходящее мне не нравилось: обе стороны жалели свое самое мощное оружие, разменивая каждый миг его простоя десятками жизней обычных солдат. А ведь бои длились не один час!
С высоты Чернобога я краем глаза наблюдал, как под покровом тумана враги выдвинулись к центру наших позиций — селу Бородино. В атаку шли люди, люди их и встретили. Завязался бой, в который нам было недозволенно вмешиваться.
Егерский полк под натиском французов отступил за реку Колочу. Враг, ободренный взятием села, пошел следом. Но егеря объединились с подкреплением и встретили французов в штыки. Вскоре к ним присоединились и ворожеи, перебив всех приспешников Наполеона и закрепившись на позициях.
С юга из леса вышли французы и атаковали укрепления. Завязался бой. За нашими спинами оживилась пехота. Солдаты поспешили на помощь к оборонявшим укрепления сослуживцам. Их прорыв поддержало первое звено драгунов.
Не успели французы развить наступление, как получили незамедлительный ответ в виде удара тяжелой конницей. Ожесточенный бой вспыхнул еще на одном участке. Враг подтянул драгунов. Пехота и конница стали отступать, освобождая место для боевых доспехов, давивших людей и лошадей, словно муравьев.
И тут явились полозы…
Руководивший всеми драгунами герцог Вюртембергский дал сигнал к атаке. Большая часть драгунов отошла от батареи Раевского и схлестнулась с выбирающимися из-под земли тварями. В этот раз Кутузов распорядился укрепить курган, так что змеи не могли добраться до него скрытно. К грохоту пушек примешался стрекот и пронзительный визг полозов. Изнемогающие от бездействия драгуны теперь налетели на них, подобно смерчу, и рвали ненавистных врагов на части.