Город Драконов
Шрифт:
Он покачал головой: глаза широко открыты, мысли унеслись далеко. — Специальный камень может сохранить так многое, сделать так много. Я пока не все понимаю. Но я много учусь, каждый раз, как прихожу сюда. И что я точно знаю, так это то, что от того что я Элдерлинг, похоже я проживу долгую жизнь и мне хватит времени чтобы разобраться во всем. Камень рассказывает все быстро, словно менестрель, укладывающий всю жизнь героя в одну песню на пару часов. — Его бледный взгляд вернулся к ней и лицо его было словно залито волнением.
— Вот в чем дело, Тимара. В этом камне я совершал вещи, которые никогда не делал в этой жизни. Я бывал в местах, куда ходили их торговые корабли. Я охотился
Его слова захватили ее, жестоко искушая, пока он не сказал это. — Они живут в тебе, — произнесла она медленно.
— Немного, — отмахнулся он. — Иногда, когда я занят чем-то другим, одно из их воспоминаний всплывает в моем сознании. Это не мешает, это просто дополнительные знания. Или мне вдруг хочется спеть песню которую он знал, или приготовить мясо особенным способом. Тимара — обрезал он так, словно она пыталась задавать еще вопросы — у нас не так много времени здесь. Просто попробуй вместе со мной, если тебе не понравится, я никогда не попрошу тебя снова. Ты не утонешь в воспоминаниях если попробуешь лишь раз. Все это знают! А поскольку ты Старшая, я вообще не думаю что ты можешь утонуть, даже если сделаешь это тысячу раз. Потому что это предназначено для нас. Вот для чего весь этот камень в городе. — Он пристально посмотрел в ее глаза. — Пожалуйста.-
Его взгляд поработил ее. Такой убежденный. Такой любящий. У нее перехватило дыхание. — Что нужно делать? — Она едва могла поверить что задает этот вопрос.
— Только то, что ты уже делала. Просто осознанно. Здесь. Дай руку, — и он взял ее руку с черными когтями своими тонкими, алыми пальцами. Его чешуя шелестела соприкасаясь с ее кожей. — Я иду с тобой. Я буду прямо здесь, за тобой. Держи меня за руку и положи другую на ту опору, потому что она принадлежала ей. А я положу руку на эту, потому что она была его. Это первые колонны, здесь они начинали.
Его рука покрытая чешуей в ее руке была теплой и сухой. Каменный столб под другой рукой был прохладным и гладким.
Синтара была голодна. Виновата в этом была Тимара. Глупая девчонка принесла ей только две рыбины очень рано утром. Она обещала ей больше еды позже. Обещала что вернется до вечера и что дотемна принесет ей мяса. Она обещала.
Драконица злобно ударила хвостом. Человечьи обещания. Чего они стоят? Она безрадостно задвигалась чувствуя словно пустота в ее желудке поднимается теперь ее к горлу. Она была голодна не снова, а все еще. Она попыталась вспомнить, когда последний раз чувствовала себя сытой. Много дней назад, когда Хэби пригнала стадо рогатых с холмов прямо к их смерти. Все драконы спустились на берег реки ради той славной трапезы. Горячее мясо, бегущая кровь… воспоминание об этом теперь было пыткой. Вот что ей было нужно. Не пара холодных рыбин, которые даже не могли наполнить ее рот, что уж там говорить о желудке.
Синтара подняла голову и затем оперлась на задние лапы, нюхая воздух. Ее язык высунулся наружу, пробуя запахи. Все что она чувствовала это остальные драконы и их хранители. Берег реки, просторный луг и лиственный лес что обрамлял их не были похожи на берег в Кассарике где они вылупились, но быстро становились такими же заболоченными и вонючими. Драконы не приспособленные к тому чтобы жить стадом словно скот, были вынуждены пробираться через собственный помет по растоптанным тропинкам. Даже без забора, или непроходимого тропического леса они были заперты здесь.
Лишь Хэби была по настоящему свободна. Она летала, охотилась
Да она скорее съест их.
Ее желудок снова сжался. Где эта девчонка?
Неохотно, ведь не пристало дракону искать человека, не говоря уж о том, чтобы признать что нуждается в его помощи, она попробовала соприкоснуться с Тимарой разумом.
И не смогла ее найти. Ее нигде не было.
Ее удивило не столько то, что девочка ушла, сколько то, насколько сильно это ее взволновало. Ушла. Тимара ушла. Ушла скорее в смысле умерла, ведь вряд ли ее хранительница могла физически оказаться так далеко, чтобы это затруднило контакт, или так быстро научилась достаточно хорошо контролировать мысли, чтобы не дать драконице прикоснуться к ним. Значит ее хранительница мертва. Ее источник легкого мяса и рыбы исчез. Мысль синтары пошла дальше. Значит ей нужен другой хранитель. Но все уже были заняты, разве что снова сосредоточиться на Элис, но как охотник та была безнадежна. Ее было забавно ругать, она великолепно льстила, но она была абсолютно бесполезна когда нужно было утолить голод.
Забрать хранителя у другого дракона значило начать драку. Она не была единственным драконом все еще болезненно зависящим от своего хранителя. И грустная правда заключалась в том, что Тимара была лучшей из многих. Она не только могла охотиться, но она была разумна и у нее имелся кой-какой характер, что придавало огня их частым стычкам. Реальной альтернативой Тимаре могли стать Карсон или Татс. Охотник принадлежал Плевку, а ей не хотелось сражаться с несносным маленьким серебряным. Плевок стал невероятно ядовит и недоброжелательно умен. Кроме того, она не смогла бы запугать Карсона. Плевок дни напролет голосил о том, что его хранитель морит его голодом пытаясь заставить его летать. У нее не было желания брать хранителя с такой железной волей.
Татс принадлежал Фенте, и мгновение Синтара смаковала мысль о том чтобы разорвать на части противную маленькую зеленую королеву. Но если она нападет на любую из самок, самцы сразу вмешаются, особенно Меркор. Самцы, превышавшие их числом, угрозу в адрес любой самки воспринимали как опасность того что однажды они не смогут спариться. Не то чтобы у кого-то из них вообще были шансы.
Синтара фыркнула от злости и почувствовала как в горле набухли ядовитые железы. Положение вещей было абсолютно неприемлемым. Как ее глупая хранительница умудрилась убить себя так, что Синтара даже не заметила? Раньше, когда Тимара сталкивалась с опастной ситуацией, Голова Синтары наполнялась ее пронзительным писком и визгом. Так что же с ней случилось?
Ответ пришел внезапно. Хэби. Это была вина красной драконицы. Наверное, она уронила ее в реку и Тимара пошла камнем на дно. Или в своем скудоумии, она забыла что девчонка была хранительницей Синтары и съела ее. Одна мысль о том, что полоумная красная драконица посмела съесть ее хранительницу наполнила Синтару яростью. Она поднялась на задние лапы, а затем с силой опустилась обратно, резко вытягивая голову на змеиной шее, заставляя ядовитую железу работать в полную силу. Где эта проклятая красная идиотка? Она распахнула свое сознание и коснулась ее, и ярость ее разгорелась с новой силой. Хэби спала! Жирная, с набитым брюхом, растянулась и спит рядом с третьей за день добычей. Она даже не потрудилась съесть ее: Синтара могла почувствовать как Хэби во сне вдыхает приятный аромат окровавленной плоти.