Искра
Шрифт:
В апартаментах, куда нас отвели перед празднованием, была смежная комната для отдыха с кроватью и креслами, я мельком видела её. Надо восстановить по памяти, лучше в деталях. Я надсадно дышала не в состоянии успокоиться.
Эрвин догнал меня в темноте, я споткнулась, он подхватил, невольно прижав к себе. Наши тела соприкоснулись, я закрыла глаза, на секунду представив, что всё по-прежнему, сердца стучат в унисон, одно дыхание на двоих.
Не отпускай.
— Тебе плохо? —
Иллюзия распалась.
Неосвещенная комната с окном, в щель между штор пробивается полоска света. Оживлённые голоса за стеной. Обалдевший Эрвин, впавший в ступор, и я, легко шагнувшая за портьеру.
— Что случилось? Кто здесь? Где мы? — голос Вышнева трещит как несмазанная ржавая дверь.
Внутреннее равновесие нащупало опору. Все хорошо. Я смогу убедить его в чем бы то ни было, потому что сейчас я решительней, чем минуту назад.
«Там же, где и были»
Мысленно транслирую своё состояние озирающемуся Эрвину, подсматриваю за ним в щелку между портьерами.
— Я сошёл с ума? Зашёл в пещеру, а очутился в комнате?
«Пещера и есть комната»
— Где утёс! — Эрвин сильно дёрнул себя за волосы.
Дурацкая привычка. Так и без волос можно остаться.
— Где пещера, где камень… где это всё?
«Это иллюзия»
Эрвин подозрительно прислушался к разговору за стеной.
— Ася? — потрясенно прошептал он.
Значит, память потерял не полностью. Старательно дыша через раз, прошу, чтобы Эрвин поскорее ушёл отсюда. Колени подгибаются, из груди рвётся болезненный стон, я держусь из последних сил.
«Уходи»!
Дверь в комнату стремительно распахнулась, на пороге мужчина.
— Эрвин?
Очертания фигуры, подсвеченной из другой комнаты, мне знакомы. Это Мечислав. Хорошо, что он здесь, рядом с ним гораздо спокойнее.
Эрвин шагнул вперед, не оглянувшись, я чуть не шагнула следом, увидев порезанную куртку на спине и затертое пятно крови на ней. Остановить, окликнуть? Нет. Надо остаться на месте. Родной человек безучастно посмотрит на меня и превратит сердце ещё раз в кусочек льда.
***
Теплый вечер сменился промозглыми сумерками, ночь вползала в окно ядовитой змеёй, нашедшей добычу. Она отравляла меня, превращала кровь в ртуть, а любовь в боль, не замечая, как жертва корчится в судорогах в поисках противоядия.
В голове тысяча мыслей, и тысяча ударов сердца слились с тиканьем часов на стене. Это послание — твоё время истекло. Истекло, закончилось. Но я мысленно иду за Эрвином, цепляюсь за него взглядом, привязанная невидимой нитью, словно собственность Вышнева. Моя тень следует за ним. Мне не надо выходить из укрытия, я вижу всё, словно нахожусь рядом.
— Переодевайся уже, — Мечислав поторопил Эрвина, чей настороженный взгляд исследовал пространство, — мы опаздываем. Вас
— Он выиграл индивидуальную гонку? — Эрвин нахмурился, видимо, Добромира он помнил, как и свою неприязнь к нему.
— Судьи признали, что Светозаров опередил Вериглу.
Моя тень застыла около окна. Асанна порхала по празднично украшенной «чемпионской» комнате в струящемся фиолетовом платье, расшитом сверкающими кристаллами с прической «королева бала». Ларри около зеркала сосредоточенно завязывал шейный платок.
Суета подготовки к балу казалась сюрреалистичной. Для всех моих друзей как будто ничего не произошло, у них разом отбило память о случившемся дне. Ведь кто-то напал с ножом на Эрвина, и этот кто-то до сих пор не найден.
— Сейчас сообщили, ищут человека, который покушался на тебя, — сказала Асанна, сияя, как сверхновая звезда.
Взгляд Эрвина стал тревожным.
— Его найдут, я уверен, — добавил Мечислав.
Я исподтишка рассматривала лица присутствующих. Значит, покушение. А Эрвин? Они видели, что Вышнев не помнил, что с ним случилось.
— Это из-за стресса, — заглянув в глаза Вышнева, уверенно заключила Асанна, — толком никто ничего не понял, а ты вдруг качнулся, и упал.
— А дальше? — голос у Вышнева хриплый.
— Что дальше… — растерянно пробормотала Асанна. — Ларри? — она обернулась к брату. — Что было после нападения на Эрвина?
Белый китаец, любуясь своим отражением в зеркале, ответил.
— Он исчез.
У меня перехватило дыхание.
— Тьфу на тебя, дурак.— Асанна развернулась к брату, прижав руку к груди.
Белый китаец не успел договорить, как сестрица подскочила к нему.
— Хватит! Что за шутки?
— Ты чего? — Ларри оторвался от созерцания себя любимого и непонимающе уставился на сестру. Асанна раздраженно развязала и заново повязала его шейный платок.
— А пещера откуда взялась? — Эрвин разозлился, — в которой мне память отшибло.
— Это, наверное, галлюцинация от стресса, — пробормотала Асанна.
— И утес? — Эрвину не нравилось быть сумасшедшим, — что за ерунду ты говоришь?
— Бывают очень красочные видения, — осторожно предположила Асанна. Её пугал озлобленный вид Эрвина.
— Да, — подтвердил Мечислав, — во сне всё кажется очень реалистичным.
Странное оцепенение накрыло всю компанию. Ларри моргал белёсыми ресницами, Асанна кусала губы, Эрвин хмурился, Мечислав тёр виски. Они силились заглянуть в приоткрытую щель воспоминаний, но память играла с ними в прятки, ясность не наступала.
Тихий ангел пролетел, сказала бы бабушка.
— Скоро начало, давайте заканчивать сборы, — Мечислав обратился к Эрвину. — Ты капитан, тебе и будут вручать кубок и награды. Нужно выглядеть соответствующе. Вещи в шкафу.