Каро

Север Настя

После тряски в седле бесконечные две недели Тобиас был даже рад этой суете. Возвращаясь в свою палатку, чтобы поспать пару часов до рассвета, он вообще не мог ни о чем думать. Единственное, что омрачало эти сумасшедшие будни, было присутствие в Меридане Олдариана с Морианом. Он успел поговорить с обоими, хоть и не искал встречи ни с одним из них.

— Лорд, опять вы, — поприветствовал его последний.

— Магистр, вы живы? Моя недоработка.

— Я уже говорил, что мне нравятся такие, как вы? Тупые животные, которые сначала делают, потом

думают. Вами легко управлять, больше вы ни на что и не годитесь.

— Припоминаю, вы о чем-то подобном упоминали, когда захлебывались кровью, — глядя на высокомерное лицо магистра, Тобиас больше всего жалел, что не убил его тогда.

Тот хмыкнул.

— Ваша месть была еще более примитивна, чем я ожидал. А где, собственно, причина? Что-то я не вижу нашу общую игрушку.

Тобиас дернулся, и только крепкая рука Критоса удержала его от попытки повторить ту встречу в кладовой. Впрочем, вряд ли Морр позволил ему даже приблизиться к себе, несмотря на адамантовую кольчугу, которую он не снимал ни днем, ни ночью.

— Если наигрались, пришлите ее ко мне, — сказал Мориан. — Я не наигрался.

Обветренное лицо Императора, как всегда, сохраняло каменное выражение. Лишь в конце смотра он коротко кивнул, выражая свое одобрение и позже, на совете отметил:

— Хорошая работа, лорд Торр, лорд Бонн.

Император пригласил на совет представителей «парламента» в лице Малека, Номиалана и еще нескольких мятежников, а также главу Ковена Ороуна — высокого широкоплечего дувра, от желтых глаз которого Тобиасу было здорово не по себе. Он наравне со своими советниками раздавал указания и им, напомнив в начале совета, что до конца войны уполномочен принимать все решения единолично. Объясняя стратегию, Амориас энергично прохаживался перед картой, и Тобиас не мог не заметить, что он почти не опирается на свою трость. Временами он вовсе забывал про нее.

Он дал день на сборы, и Тобиас в очередной раз порадовался предусмотрительности Аулуса, распорядившегося все подготовить к выходу заранее. Самой большой проблемой традиционно была провизия, но Император надеялся на пополнение запасов в ближайших двух краях, что они минуют по пути к столице и захваченному на прошлой неделе Таридскому краю.

После совета Император пожелал поговорить наедине с ним, Аулусом и Румиаром, и им пришлось подождать в коридоре Мериданского дворца, прежде чем тот закончит беседу с Малеком. Амориас желал знать действительное состояние армии во всех подробностях, не озвученных на общем совете.

— Рад видеть, что вы чувствуете себя лучше, мой Император, — отметил Румиар, когда Аулус закончил свою речь, и Амориас разрешил им идти.

— Новая ученица моего личного целителя, — сказал Амориас и пристально посмотрел на Тобиаса. — Ты ее знаешь.

Только твердая спинка кресла, в которую он вцепился, не дала ему упасть.

Глава 44

— У вас новая ученица, магистр Кениар? — Тобиас поймал целителя в коридоре по пути к спальне.

— Не

совсем так, лорд Торр. Она уже получила свободу от Школы. Я готовлю ее на магистра, — Кениар недоброжелательно покосился на него. — У девочки невероятный дар, и я удивлен, что она не потеряла его, учитывая, сколько ее держали в адаманте.

— И где она?

Магистр остановился.

— Если бы она носила клеймо ученичества, я бы не подпустил вас к ней, лорд Торр, — уже откровенно враждебно сказал Кениар.

— Ну, так где она? — повторил Тобиас.

— В общей спальне, — Кениар поймал его за локоть, когда Тобиас развернулся. — Оставьте ее в покое, лорд, мой вам совет.

— Я приму к сведению ваше пожелание, магистр.

Тобиас молча оглядел общую спальню, где расположилась дюжина магов, прибывших с Императором, встретился взглядом с бронзового цвета глазами и вышел в коридор. Через минуту дверь приоткрылась, и к нему выскользнула каро.

Тобиас стиснул зубы, пытаясь унять колотящееся сердце. Сьерра глядела на него с вызовом и молчала.

— Надеюсь, ты хотя бы не спишь с кем-то из них? — нарушил тишину Тобиас, и лицо каро гневно вспыхнуло.

— Это все, что вас интересует? — спросила она.

— Да.

Губы каро дрогнули, но она только сильнее нахмурилась.

— Не ваше дело. Вы бросили меня в Криаде, забыли?

Тобиас презрительно фыркнул.

— Что ж, поздравляю, — бросил он, резко развернулся и ушел.

Император отправлялся порталом в Дуриан, до которого было больше недели пути с армией. С ним отправлялось и его сопровождение. После утреннего совета следующего дня, где было доложено о готовности армии к выходу, Тобиас лишь мельком увидел Сьерру в коридоре мериданского дворца. Она в его сторону не смотрела.

— В армии голод, лорд Торр! — зло выговаривал ему капитан на ночном привале. Тобиас снова долго вспоминал его имя — Тарон. Любовник его жены. — Может, вы и жрете досыта, но мои солдаты голодают! Вы собираетесь что-то с этим делать?!

— Идем, посмотришь, что мы жрем, — подошедший сзади Критос перехватил руку Тарона, рефлекторно выхватившего меч, и потащил к их костру.

— Пусти его, — проворчал Тобиас, но Критос, как всегда, проигнорировал его слова. Тарон был крупным парнем, но здоровяк Критос, хоть и не тренировался каждый день с мечом, легко подавил сопротивление вояки.

Тобиас знал о голоде. Практически вся его работа в Меридане сводилась к решению проблем с провизией. Ситуация в самом деле была плачевная. Им самим едва хватало скудного пайка, да что там — даже на столе Императора ничего изысканнее каши Тобиас не видел. Солдаты же вообще питались практически одним только чувством долга и страхом смерти за дезертирство.

— Критос! — прикрикнул Тобиас, и друг остановился, выпуская Тарона. Сплюнув, он ушел.

— Я знаю о голоде, капитан, — сказал Тобиас сжавшему челюсти Тарону. — В Дуриане будет шанс пополнить запасы. По крайней мере, я очень на это надеюсь.