Король
Шрифт:
– Выбери любой, который захочешь, - произнес он и похлопал ее по спине.
– Папочка платит.
Примерка закончилась, и Кингсли заказал двенадцать новых костюмов в различных винтажных стилях и королевских, включая эпоху Регентства, Викторианскую и Эвардианскую. Сэм настояла на эпохе Регентства. Фетиш к бриджам она списала на детскую любовь к романам.
– Могу я забрать твои старые рубашки?
– спросила Сэм, собирая его одежду.
– Поскольку у тебя появились новые рубашки.
– Сомнительная
– Она очень милая, - ответила она.
– Я люблю рубашки Brooks Brothers[17]. Эти шмотки вечные. В них будет идеально спать.
Она взяла его рубашку, белую, застегивающуюся на все пуговицы, и натянула поверх своего жилета.
– Сэм, не надо.
– Кингсли подошел к ней, стоящей возле зеркала.
– Ты так привязан к этой рубашке?
– полюбопытствовала она, улыбаясь.
– У тебя две дюжины новых рубашек, сшитых специально для тебя.
– Дело не в рубашке, а в принципе рубашки.
– У твоих рубашек есть принципы?
– Сэм застегнула три средние пуговицы.
– Ты ничего не знаешь о мужчинах, поэтому позволь поделиться с тобой небольшим секретом, - сказал он, становясь перед ней.
– Когда женщина носит одну из наших рубашек, которую мы носили, в которой жили, она словно говорит: «Он – мой».
– И это плохо?
– Это очень хорошо при правильных условиях. Но ты носишь мою рубашку и спишь в ней, и оставляешь ее себе - это равносильно тому, если я кончу тебе на спину. Это как пометить свою территорию. Ты считаешь меня своей собственностью?
Сэм посмотрела на него, и он увидел удивление в ее глазах.
– Нет, - ответила она.
– Конечно, нет. Ты мой работодатель, Капитан, - отсалютовала ему Сэм.
Кингсли поднял руки и расстегнул рубашку.
– Я знаю, что не привлекаю тебя, - сказал он, снимая с нее рубашку и натягивая ее обратно.
– Но меня влечет к тебе, и я делаю все возможное, чтобы не думать о тебе в таком ключе. То, что ты носишь мою рубашку, мне не помогает.
– Прости, - прошептала она.
– Я не... Честно, я даже не думала об этом.
– Все хорошо. Никакого ущерба не нанесено.
Кингсли посмотрел на часы в примерочной и вздохнул.
– Все хорошо?
– спросила Сэм.
– Я должен идти, - ответил он.
– Я опаздываю.
– Куда направляешься?
– Никуда.
– Как можно опаздывать в никуда?
– Сэм, пожалуйста. Сейчас я не в настроении.
– Кинг? Что происходит?
– спросила она и с беспокойством посмотрела на него.
– Поговори со мной.
Кингсли молчал и взвешивал стоимость и пользу посвящения Сэм. Если он не расскажет ей, она продолжит волноваться, не зная причины. Если он расскажет ей, у нее будет повод для беспокойства. В любом случае, она будет волноваться. Нет смысла скрывать.
– У меня
– Я сдал кое-какие тесты и должен получить результаты.
– Тесты? Какие тесты?
– Такого рода тесты приходится проходить двадцативосьмилетнему мужчине, переспавшему с половиной Европы.
– О, черт. Такого рода тесты. Жаль, что я не могу сопереживать, но единственная болезнь лесбиянок от секса, это спазм челюсти.
Кингсли усмехнулся. Боже, ей отлично удавалось его рассмешить.
– Все хорошо. Я думал о них, не переставая, две недели, так что, несмотря ни на что, по крайней мере, теперь буду знать.
– Мы узнаем. Я пойду с тобой.
– Тебе не обязательно идти со мной.
– Я не обязана, - ответила она.
– Но хочу. И ты этого хочешь. Никто не хочет проходить это дерьмо в одиночку. Даже ты.
– Ты слишком хороша для меня, - сказал он, беря ее за руку и целуя тыльную сторону запястья.
– Прекрати увиливать.
– Я не увиливаю. Я флиртую.
– Ты мужчина, флиртующий с лесбиянкой. Это и значит увиливать. Это не сработает. На моих брюках замок, а ключ я выбросила.
Он посмотрел вниз.
– Я не вижу замка.
– Замок невидимый.
– Я найму невидимого слесаря.
– Занесу его в список. А сейчас, пошли. Какими бы ни были новости, лучше покончить с этим.
– Если новости плохие, я бы предпочел отложить их в долгий ящик.
– Тогда, полагаю, ты не захочешь узнавать эти плохие новости?
– Она достала листок бумаги из кармана жакета.
– Что это?
– Счет от синьора Витале.
Взяв чек и посмотрев на итоговую сумму, Кингсли присвистнул.
– Хорошо, что я богат.
– Как капитан французского иностранного легиона смог разбогатеть?
– На комплексе вины, - ответил Кингсли.
– На этом можно зарабатывать?
– спросила Сэм.
– Как оказалось.
– Как мне присоединиться?
– Слышала когда-нибудь выражение «если женишься на деньгах, жди, что придется зарабатывать\отрабатывать каждый пенни»?
– Ты женился на деньгах?
– Моя сестра. Но она умерла, и теперь я богат. Забавно, как устроен мир.
– Да, - ответила Сэм без иронии.
– Обхохочешься.
Они приехали в клинику, и Сэм вышла их машины первой. Она придержала дверь для него и протянула в машину руку.
– Прими ее, - сказала она, взмахивая рукой. Он взял ее за руку и выдохнул.
– Я снова чувствую себя рыцарем.
– Сегодня я не на каблуках.
– Да, но мне нужно было оправдание.
– Оправдание для чего?
Сэм переплела свои пальцы с его.
– Чтобы держать тебя за руку.
Глава 20