Крамаджен
Шрифт:
— Что за беда, маг?
— Придет могущественный маг, не такой сильный, как я, но он будет куда опасней. Он — точнее, она — приведет с собой существ, которые способны менять облик и стремительно уничтожать все живое. Я знаю, что она начнет с северных земель, — солгал Фест.
Мис молчал некоторое время.
— Эта женщина-маг — твоя знакомая?
«Видишь? Не такой уж ты и дурак».
— Верно, — холодно улыбнулся Фест. — По глупости она выболтала мне о своих планах, и теперь я… опасаюсь, что у нее все получится.
— То есть, разрушительница и ее чудовища могут и не прийти?
— Да. Есть и такая вероятность, что все обойдется. Но мне нужно знать точно… Хотя нет — нам нужно знать точно, что сейчас происходит в Лагонне. Думаю, не стоит пояснять, что я хочу не
— Подожди, маг… Что от нас требуется?
— Собери отряд, всех, сколько можешь. Отправь их на восток, сделай так, чтобы они незаметно проникли в Лагонн, прошли вглубь тайги и понаблюдали за тем, что там происходит. Это займет какое-то время, месяц, или два. Поход будет непростым. У меня же есть кое-какие вещи, без которых я вполне могу обойтись, но которые вполне поспособствуют возвышению твоей семьи, Мис.
— О чем ты говоришь?
— Ну, магические перстни, например, — Фест с улыбкой указал взглядом на свои руки. На его пальцах, устроившихся на сиреневом камне трости, поблескивали несколько колец. Мис уставился на них, и в его взгляде угадывался и страх, и алчность одновременно.
— Любой шаман лу-ла-кис сможет подтвердить наличие магической силы в них, и научиться обращаться с ними сможет каждый. Только скажи, какие тебе нужны — защитные, целебные…
— Я могу получить их сейчас? — простодушно спросил Мис.
— Только после возвращения разведчиков, Мис, — холодно ответил Фест. — Не вздумай обмануть меня. Пусть все твои воины прихватят с собой на обратном пути по камню из Лагонна. Ближе к самому сердцу тайги, там на поверхности полно таких мелких серых с зелеными прожилками камешков. По ним я пойму, что вы там были. Ну как, договорились?
Мис молчал, обдумывая предложенное, и Фест не торопил его с принятием решения.
— Договорились.
— Тогда мы встретимся здесь, под этой скалой в это же время через три месяца. Запомнил, вождь? Через три месяца. Ты принесешь мне камни как доказательства и расскажешь мне, что видели твои разведчики. За это ты получишь свою награду. Ступай.
Фест, глядя, как Мис исчезает в зарослях папоротника, думал о том, что скажет ему этот вождь через определенный срок. Он видел жадный блеск в его глазах, когда он смотрел на перстни, и был уверен в том, что этот лу-ла-кис выполнит условия сделки. Он действительно отправит небольшой отряд в Лагонн, но вот вернется ли он…
«Об этом можно будет судить и обо всей обстановке в целом. Если экспедиция лу-ла-кис бесследно исчезнет в Лагонне, значит, Дей там и силы этрэйби растут».
Фест беспокойно переступил с ноги на ногу, подумав и о том, что, возможно, он ошибается, и Дей, принимая решения, теперь учитывает и то, что Еретик из потенциального союзника теперь может запросто превратиться в потенциального врага.
«Что, если я ошибаюсь? Если она начнет действовать не на севере Энкарамина?»…
Еретику не нравилось это время, когда его ум как никогда был полон тревог, и собственная беспомощность. Ему предстоит провести три месяца в этом неведении, и даже если экспедиция лу-ла-кис вернется домой с вестями о том, что в Лагонне нет ничего, кроме камней и скал, он все равно не может быть уверенным в провале Дей на все сто процентов.
«Ничего. У меня есть чем заняться. Чтобы постигнуть божественный дар прорицания потребуется много, много времени… Возможно, наилучшим вариантом разрешения этого вопроса все же будет подыскать способ самому отправиться на Вестар, чтобы самому увидеть все своими глазами», мрачно подумал Еретик.
Отряд вольнонаемников двигался по удаленному от больших городов тракту на северо-восток, все ближе и ближе приближаясь к северной границе империи. Выехавшие из Сингина день назад всадники не торопились. Время выполнения заключенного контракта было неограниченно, и то, что им предстояло сделать, было опасной задачей, требующей предельной собранности и полной выкладки. В то же самое время мешкать было не к чему. Многие из вольнонаемников понимали, что чем быстрее они начнут, тем быстрее закончат
«Тысячесвет и аурспик всего лишь безобидные цветы, если не считать шипы первого и мерзкий запах последнего. Красный Тысячесвет, Синий Аурспик, Безумные Рамиты, Черные Эрфы… Однако, ну и названия же у гильдий», думал Млес, меланхолично глядя вперед из-под края капюшона, движущийся верхом на флане в самом центре отряда всадников.
Он присматривался к другим участникам этой маленькой экспедиции, как и другие члены гильдии Красного Тысячесвета. Это были «чужие» люди — вольнонаемники из гильдии Синего Аурспика, люди в разномастной одежде и с оружием, облаченные в черные плащи с синей оторочкой и с красивыми значками на груди в виде больших синих цветов. Их было десять — шесть мужчин и четыре женщины — и они так же время от времени поглядывали на своих попутчиков, которые по достижению точки назначения должны были стать их партнерами по выполнению заказа. Возможно, и по этой причине их поездка грозила затянуться на неопределенное время, пока попутчики будут присматриваться и оценивать навязанных контрактом соратников. Их ждал нелегкое испытание на прочность, и без взаимного доверия обойтись было никак нельзя.
Человек, которого так ждал Римор, прибыл в Сингин спустя два дня как в этот город приехал Млес. За это время в городе объявился еще один волонтер из Красного Тысячесвета, знакомый Млесу и его друзьям — худой и жилистый Ивант, который охотно присоединился к их группе, узнав, что ожидается нечто необычное. Чуть позже подоспели и еще четверо вольнонаемников, которых Млес видел впервые.
Прошло два дня, и Римор заявился на постоялый двор поздно вечером, рассказав остальным, что агент, наконец, прибыл. Этого человека, представителя заказчика, ждали и другие вольнонаемники, но агент заявил сразу, что ему потребуется не больше двадцати человек. Условия контракта предусматривали и оплату труда, которую придется распределить между волонтерами, поэтому этот пункт не обсуждался. Узнав, что Римор представляет членов гильдии Красного Тысячесвета, агент принял его заявку, зачислив десять вольнонаемников в список. Едва это произошло, как рядом с их столом объявились несколько человек из Синего Аурспика, которые так же были зачислены в формирующийся отряд. После подписания протокола о формировании отряда Римор сразу же помчался в гостиницу.
На следующий вечер двадцать волонтеров и агент встретились в оговоренном месте, где представитель клиента рассказал им о поставленной цели. Млес и остальные слушали внимательно, и после того, как агент умолк, крепко призадумался.
Заказчик выяснил дислокацию одной из церквей сектантов, известных как Сцеживающие. Никто не знал, откуда они возникли, кто был организатором и кто руководил на данный момент структурой, состоящей из полоумных фанатиков. Этот кровавый культ заявил о своем существовании относительно недавно, но после Четвертой войны он начал расцветать по-настоящему. Сцеживающие свободно действовали внутри империи и далеко за ее пределами, обладая развитой сетью своих людей во всех городах. Вычислять и уничтожать их сподвижников и их церкви, рассеянные по огромным территориям было достаточно трудно. Сектанты получили свое прозвище и вполне оправдывали его благодаря одному ритуалу, по которому они сливали всю кровь из своих пленных, которых захватывали во время налетов. Иногда они уводили пленников в Кварцевую пустошь, где их следы терялись. Так же было известно, что Сцеживающие сами едят мертвецов — как и своих жертв, так и своих погибших товарищей, поклоняясь какому-то выдуманному божку крови и плоти. За Сцеживающими уже на протяжении пятидесяти лет охотилась и Конгрегация, так как эта секта являла собой ересь в чистом виде, и вольнонаемники разных мастей, так как отправлять на поиски убежищ сектантов регулярную армию — хлопотное и дорогое дело в наши дни. Пока что эта охота шла без особых успехов. Часто Капелла и волонтеры находили церкви Сцеживающих, или нападали на выслеженные отряды сектантов, убивая их всех. Но секта продолжала существовать до сих пор, и даже продолжая понемногу развиваться и наращивать свои силы, не смотря на частые поражения подобного рода.