Лис и империя

Тертлдав Гарри Норман

Он не знал, что ему с этим делать. Обычно здесь, в северных землях, военные действия проходили иначе. Да и вообще, встреча с упрямым врагом, который продолжает сражаться, несмотря на заданную ему хорошую трепку, не радует никого и нигде. В этом Лиса убедил как собственный жизненный опыт, так и почерпнутый из прочитанных книг.

Он как раз пытался прийти хоть к какому-нибудь заключению, когда Дагреф сказал:

— Не думаю, что мы сможем сломить их, отец.

— Я тоже, — согласился Джерин. — У них слишком много

людей, и это все решает. Если бы мы хоть примерно сравнялись с ними числом, им бы несдобровать. Мы бы с ними управились. Но у нас нет больше воинов, и нам неоткуда их взять.

— Итак, что ты намерен делать, Лис? — спросил Вэн.

— Тут два неприятных варианта навскидку, — ответил Джерин. — Я могу слить эту битву, признать свое поражение и отступить, оставив империи эту часть северных территорий. Или могу продолжить сражение, делая все возможное и наблюдая, как мою армию рвут на куски.

— И что ты предпримешь, отец? — спросил Дагреф.

— А ты бы как поступил? — вопросом на вопрос ответил Джерин.

Битва проиграна в любом случае, но из нее, по крайней мере, можно извлечь уроки. Маленький перерыв для анализа ситуации ничего не изменит — время пока еще есть.

— Я бы сохранил армию, — тут же заявил Дагреф. — Возможно, они опять разделятся на небольшие отряды, которые мы будем громить, как и прежде, или нам удастся заманить их в ловушку. Пока у нас есть армия, мы можем ею распоряжаться. Если же мы позволим им разжевать нас и выплюнуть, нам конец.

— Ты действительно мой сын. К лучшему или к худшему, но мыслим мы одинаково. Я хочу посмотреть, удовлетворятся ли имперские этой победой и позволят ли нам уйти. — Джерин повысил голос и неохотно крикнул: — Отходим назад, парни! Отходим назад!

Южане преследовали северян лишь для видимости. Сам Лис уж точно так легко их бы не отпустил, если бы они вдруг поменялись ролями. Он решил, что сейчас с ним сражался тот генерал, что вел первое войско империи в северный край.

Другой генерал, возглавлявший вторую армию Кребига и обладавший большей напористостью и изобретательностью, вероятно, сейчас добивает Араджиса, которому тоже не откажешь в напористости, однако с изобретательностью у него плоховато.

Но Джерину некогда было беспокоиться об Араджисе. Ему вообще некогда было беспокоиться ни о чем, кроме как о том, чтобы с максимальной стремительностью оторваться от войска южан и дать возможность своим людям спокойно разбить лагерь. С определенными усилиями ему это удалось.

После того как люди обустроились, к нему подошел Адиатанус.

— И что мы теперь будем делать? — спросил трокмэ.

— Будь я проклят, если знаю, — ответил Джерин.

X

В последующие несколько дней армия Джерина отступала. Он провел несколько точечных стычек с имперскими передовыми отрядами, довольно легко

отбивая наскоки и незамедлительно отходя, как только на помощь им подтягивались основные силы южан.

Вскоре у него не осталось иного выбора, как покинуть ту часть земель Араджиса, которую его войско успело изрядно опустошить. Отходить не хотелось ужасно, но возможный экскурс на юг позволил бы неприятелю отрезать Лиса от его собственных владений. Нет уж, если империя Элабон вздумает наложить на них лапу, то ей придется отвоевывать у него крепость за крепостью, подобно Араджису, если бы тому посчастливилось разгромить Лиса на поле брани.

— Хорошо, что мы угнали их обоз с провиантом, — сказал Вэн как-то вечером, вгрызаясь в колбасу.

— Хорошо все, что поддерживает наши силы, — ответил Джерин. — К сожалению, повторить этот трюк нам теперь вряд ли удастся. Слишком уж далеко они оттеснили нас от Элабонского тракта.

— Как думаешь, есть у нас шансы провести достойную контратаку? — спросил чужеземец, откусив еще кусок.

— Мне бы очень хотелось, — сказал Джерин. — Однако этот малый все время настороже. Он воюет не так, как трокмэ или некоторые из наших безмозглых баронов, а жаль. Если бы он устремился на нас сломя голову, это значительно облегчило бы нам жизнь. Но он никуда не спешит. Он действует медленно, но неуклонно.

— А это неглупо, — сказал Вэн. Он оглянулся через плечо. — Если так пойдет и дальше, нас вполне могут отогнать обратно к Айкосу, хотим мы того или нет.

— Мне тоже так думается, — мрачно сообщил Джерин. — Что ж, в этом случае мы пройдем через тамошнюю долину. Байтон ведь как-никак прозорлив. И должен понять, что мы действуем вынужденно, а не по собственному капризу, или он вовсе не так умен, как я о нем думаю и как он сам о себе полагает.

Вэн хрюкнул.

— Боги являются богами не потому, что они умны, Лис. Они боги, потому что сильны.

— Хотел бы я сказать, что ты ошибаешься, — проговорил, кривя губы, Джерин. — Но беда в том, что ты прав.

Он повертел головой. Куда делся Дагреф? Ведь только что сын сидел рядом, с юношеской ненасытностью уплетая хлеб с колбасой. Теперь же его нигде не было видно, и Лис даже чуть опечалился, осознав, что в этот раз никакого острого комментария по поводу мощи и интеллекта богов им с Вэном услышать не доведется.

В следующее мгновение Джерин перестал думать о Дагрефе, ибо к нему с важным видом приблизился Райвин. Помолчав для вящей внушительности, он сказал:

— Лорд король, я уверен, что знаю, как разрешить все наши трудности.

Райвин всегда вызывал беспокойство, но сейчас, кажется, он вознамерился перещеголять сам себя.

— Я очень рад, что ты в этом уверен, — сказал с нарочитой медоточивостью Джерин. — Однако это вовсе не означает, что так оно и есть. Кое-кому сложно уловить разницу, а?