Лис и империя

Тертлдав Гарри Норман

Он огляделся. По-прежнему никакого Маврикса.

Райвин все еще выглядел озадаченным. Он уставился внутрь пивной кружки, будто она каким-то образом обманула его.

— Очень вкусно, лорд король. И впрямь предпочтительнее, чем эль, в чем я и не сомневался. Аромат, вкус, как я уже говорил, и все же…

Он умолк.

— Несравнимо с тем, чего ты ожидал? — спросил Джерин.

— Нет, — тихо отозвался Райвин. — У меня в голове имелось представление о том, какое оно было и каким должно оказаться.

А поскольку мне пришлось так долго без него обходиться, я продолжал рисовать себе все более восхитительные картины, пока наконец не выстроил такое сооружение, которое уже не могло держаться на основании, соответствующем реальному положению дел.

— И сейчас это сооружение с треском обвалилось тебе на голову?

Джерин никак не думал, что испытает чувство жалости к Райвину, точно так же, как вовсе не думал, что пожалеет Фердулфа после его неудачной встречи с отцом. Но приятель Лис выглядел таким удрученным, что он ничего не мог с собой поделать.

Райвин издал тихий печальный вздох.

— Именно так, лорд король. Приходилось ли вам когда-либо желать красавицу, которая вам недоступна? Когда ваши мечтания о ней становятся все более и более жаркими, пока наконец не затмевают собой образ Астис, богини любви?

— И когда, получив ее, ты вдруг обнаруживаешь, что она всего лишь обыкновенная женщина? — спросил Джерин. — Я прав?

— И с тобой такое случалось?! — воскликнул Райвин.

— Лишь в ранней молодости, — признался Джерин. — В юности всегда ожидаешь чего-то невероятного. — Он многозначительно глянул на Райвина. — Но у большинства людей с возрастом это проходит.

— Как мило с твоей стороны, — пробормотал Райвин. — Как щедро. Так, засовывая ногу в сапог, находят осу, решившую провести там ночь. Что ж, я отомщу!

— Конечно, отомстишь, — сказал Джерин. — Ты больше, чем я, горазд на всяческие безобразия. Очередное из них обязательно больно ранит меня, причем, похоже, в ближайшее время.

Но Райвин предпочел месть другого характера. Он наполнил пивную кружку во второй раз и, вместо того чтобы вновь к ней припасть, сунул ее в руки ошеломленного Джерина.

— Вот, лорд король. Ты обходился без вина еще дольше, чем я. Попробуй сладкого винограда и сравни его вкус со своими воспоминаниями.

— Будь ты проклят, Райвин, — проворчал Джерин.

Если он выпьет, то вполне может привлечь внимание Маврикса, чего ему хотелось меньше всего. Но если он откажется, то опять же может обидеть ситонийского бога вина, чего ему тоже совсем не хотелось. После краткого размышления, какое из двух зол меньше, Лис решил, что благоразумнее выпить.

— Благословляю тебя. Маврикс, владыка сладкого винограда, — сказал он на сентонийском, которым пользовался крайне редко, и поднес кружку к губам.

Вино было сладким,

а не горчащим, как пиво. Что ж, именно таким вроде оно и должно было быть. Однако Лис не думал, что угостился хорошим напитком. В какой регулярной армии принято поить солдат не бурдой? Но даже если это и неплохое вино, то все равно стоило крепко поторговаться, прежде чем прикупать его для себя.

Все это Лис и высказал, снова с опаской поглядывая по сторонам и ища взглядом Маврикса. Но местом теперешнего пребывания ситонийского бога явно был не их лагерь.

Райвин снова вздохнул.

— Лорд король, боюсь, вы правы. Это просто вино! Как печально произносить эту фразу. Думаю, не менее печально, чем вашу сентенцию: это всего лишь обыкновенная женщина!

— Возможно, возможно, — рассеянно пробормотал Джерин.

Он все продолжал озираться в ожидании, что Маврикс вот-вот явится и совершит нечто ужасное. Но бог ничем не давал знать о себе. Джерин не понимал, то ли радоваться этому факту, то ли тревожиться еще пуще. В конце концов его охватило двойственное чувство. Такое, будто кто-то выстрелил в него из лука в упор и промахнулся.

Райвин, похоже, понял, что с ним творится. Еще бы, ведь он был далеко не дурак. Нет. Джерин покачал головой. Райвин был просто неглуп, а это не одно и то же.

— Ждешь, что появится владыка сладкого винограда и вывернет нас наизнанку? — спросил приятель Лис.

— Это ты заслуживаешь того, чтобы тебя вывернули наизнанку, — огрызнулся Джерин.

Он провел языком по губам. Несколько капелек вина застряли в усах. Их вкус снова взвинтил его нервы.

— За что? — спросил Райвин. — Я говорил, что все будет в порядке, так оно и вышло. За что?

— За то, что пошел на риск, — ответил Джерин. — Вино того не стоило. Ты получил кружку вина, поставив на кон свою башку.

К собственному удивлению, ему удалось привести Райвина в замешательство.

— Я думал, что вино стоит моей головы, — пробурчал он. — Возможно — заметь, это только предположение, — я тут дал маху.

— Ты вышел сухим из воды, — сказал Джерин. — Я уж не знаю, за какие заслуги, но у тебя это получилось, так что чего уж?

Услышав, что Райвин себя виноватит, он и сам чуть ослабил напор.

Райвин тут же приободрился.

— Теперь, когда мы знаем, что можем спокойно отведать сок сладкого винограда, что скажешь, если мы опустошим эти бурдюки побыстрей, дабы устранить заключенную в них опасность? — спросил он.

— Скажу «нет», — сухо ответил Джерин. — Мы не знаем наверняка, можно ли нам безнаказанно пить вино и дальше. Мы знаем лишь, что один раз это нам сошло с рук.

Райвин высунул язык. Джерин сделал вид, что не замечает состроенной ему гримасы, и глубоко вздохнул.