Миллениум

Симонов Николай

Павлов лихорадочно размышлял над тем, какое принять решение. При продвижении вглубь каньона он сильно рисковал тем, что противник обрушит на него сверху заготовленные орландами бревна, камни, горящие вязанки хвороста и тому подобное. В то же время он не без основания полагал, что после высадки десанта на кораблях противника, скорее всего, остались одни безусые юнцы-новобранцы. Выход из ситуации был только один: идти в атаку на абордаж и искать удачу в жестоком рукопашном бою. С этим предложением он и обратился к Сансаре:

— Надо атаковать корабль, который входит в Красивый каньон, и как можно скорее, пока на нашей стороне течение,

внезапность и численное превосходство.

— А как же "шайтан агни кирдык"? Джурджени разнесут нас в клочья, пока мы будем с ними сближаться? — с опаской заметила Сансара.

Как бы в подтверждении рискованности его затеи раздался залп из двух артиллерийских орудий. Ядра перелетели через "Эсмеральду" и шлепнулись о воду неподалеку от носовой части. Это был явно пристрельный выстрел, и следующий залп, если бы галера продвинулась в устье каньона, ее бы, наверное, накрыл.

— Если будем стоять на месте, то они нас точно расстреляют, — подтвердил Павлов ее и свои собственные опасения.

— Надо посадить на шлюпку лучников, чтобы они прокрались к большой лодке джурджени на расстояние полета стрелы и не позволили им производить точные огненные выстрелы, — предложила Сансара.

— Идет! — согласился Павлов и приказал капитану Тарасу двигаться на веслах навстречу противнику, а перед этим спустить на воду шлюпку, на которую он назначил пять сильных гребцов, умеющих стрелять из лука. Центурион Сансара, в свою очередь, отдала приказ Урсуле и Асе, чтобы они сняли с себя тяжелые доспехи, приготовили дальнобойные луки и заложили в колчаны зажигательные и отравленные стрелы.

IV

"Эсмеральда" неумолимо приближалась к "Ласточке". Обтекаемая форма кормы и наличие запасного носового руля позволяли ей совершить внезапный для противника маневр без разворота на 180 градусов. "Ласточка" встретила атаку двумя выстрелами картечью. Свинцовые пули, буквально, изрешетили кормовую надстройку и тяжело ранили четырех воительниц. Матросы-рулевые и командиры (Павлов, капитан Тарас и Сансара) не пострадали, так как в момент атаки находились на носу галеры на площадке у запасного руля.

Над речным ущельем поднялся сизый пороховой дым, который ветром относило навстречу атакующим. Спущенная на воду шлюпка, скрывшись за пеленой порохового дыма, быстро продвигаясь вдоль берега, смогла подойти к "Ласточке" на расстояние ста шагов. Находившиеся на шлюпке бойцы, включая Урсулу и Асю, открыли стрельбу, целясь, согласно инструкции Павлова, в людей, одетых в темные одежды, то есть в артиллерийскую прислугу. Стрелы, выпущенные по высокой траектории, обрушились на канониров, не имевших на себе никаких доспехов, и мешали им вовремя перезаряжать орудия.

Стрелы, которые выпускала Урсула, были обернуты лоскутьями холста, пропитанными кедровым маслом и смолой. Перед тем, как такую стрелу выпустить, ее напарница Ася ее поджигала. Не исключено, что одна из таких зажигательных стрел стала причиной прогремевшего на носу "Ласточки" взрыва, после которого артиллерийская пальба полностью прекратилась.

Сцепившись с "Ласточкой" абордажными баграми, кошками и дреками, воительницы, ловко и бесстрашно, забрались на борт вражеского корабля и вступили в бой. Одни из них рубились секирами; другие пустили в ход метательные ножи и копья; третьи, заняв удобные позиции, без промаха били из луков.

Подчиненные Павлова, осушив

весла, выбрались на верхнюю палубу и открыли стрельбу из заранее заряженных и расставленных вдоль бортов двадцати многолучевых арбалетов. В ложе такого арбалета не было отдельных стреловодов, а существовал один глубокий желоб, куда укладывался пучок из трех стрел. Тетива снабжалась специальной накладкой из толстой кожи или бронзовой полосы, название которой переводится с джурджени, как "ковш". Другие бойцы, перебравшись на вражеский корабль через борт, пустили в ход алебарды и короткие мечи.

Экипаж "Ласточки", атакованный врасплох, оказать достойного сопротивления не сумел. Кроме топоров на короткой деревянной рукоятке, метательных копий и ножей, гребцам и матросам сражаться было нечем. Мало кто из них имел щиты и приличные доспехи. Ограниченное пространство верхней палубы, захламленное военными грузами, не позволяло противнику в полной мере использовать свое численное превосходство.

Большая часть команды гребцов в рукопашном бою вообще не участвовали, а наблюдала за происходящим, бестолково столпившись у трапов на нижней палубе. И только взвод гоплитов, остававшийся на ее борту после высадки десанта, попытался организовать сопротивление. Прикрывшись щитами и ощетинившись копьями, они заняли у фок-мачты круговую оборону, но после того, как Павлов и боцман Корейка, перебравшись на артиллерийскую площадку на баке, развернули в их сторону пушку и разожгли фитиль, предпочли сдаться на милость победителя.

Тем временем "Стриж" снялся с якоря и попытался протаранить "Эсмеральду" бушпритом, стянутым медными обручами, и для ускорения хода даже поднял на обеих мачтах паруса. Сильное встречное течение проявило свое коварство, и "Стриж" промахнулся:- проскочил мимо "Эсмеральды" буквально в трех саженях, обломав при этом об ее корпус несколько весел.

Пройдя пару сотен метров вглубь каньона, "Стриж" попытался развернуться на 180 градусов. При совершении этого маневра его матросы не успели вовремя убрать с бизань-мачты треугольный парус. То ли рея у них надломилась, то ли лебедку заело, но в результате этой оплошности, "Стриж" резко накренился, зачерпнул правым бортом воду, и внезапно перевернулся вверх дном. Оверкиль произошел настолько неожиданно, что участники абордажной схватки остановили рукопашный бой и, молча, наверное, целую минуту наблюдали за тем, как "Стриж", словно большое опрокинутое корыто, беспомощно колышется на волнах.

Из экипажа "Стрижа" спаслись немногие, — в основном палубные матросы. Гоплиты, одетые в тяжелые доспехи, выбраться на берег вплавь не смогли. Полторы сотни гребцов, находившихся на нижней палубе, еще какое-то время могли жить, пока вода полностью не вытеснила из корпуса перевернувшегося судна воздух.

……………………………………………………………………………………………………

Течение вынесло потерявшую управление "Ласточку" и сцепившуюся с ней "Эсмеральду" из речного ущелья, и вскоре оба судна сели на прибрежную каменистую мель в ста метрах от западной береговой линии. В результате удара о дно "Ласточка" получила пробоину, и у нее отвалился киль. "Эсмеральда", благодаря фальшкилю и меньшей осадке, практически не пострадала, если не считать сломанного кормового руля. С помощью длинных шестов, найденных на захваченном корабле, галеру удалось с мели довольно быстро снять. Для замены руля потребовалось больше времени, но и с этой задачей люди Павлова справились за короткий срок.