Мудрец
Шрифт:
Йокот выругался и повернулся к Тегрингаксу:
— Может, хоть ты понимаешь, что это бессмысленно?
— Я вижу путь вперед и путь назад, — ответил Тегрингакс. — Скажите мне, куда вы хотите идти, и я поведу вас.
Йокот нахмурился:
— Ты можешь провести нас обратной дорогой так, чтобы мы не заблудились?
— Не бойся, не заблудимся, — успокоил его Тегрингакс. Гном всплеснул руками:
— Ну ладно, будь что будет! Пойдем искать ее! Все лучше, чем стоять здесь и спорить с вами двумя. Веди, Тегрингакс!
Бурча так,
Три поворота — и Кьюлаэра заблудился. Он не мог понять, туда они повернули или не туда, настолько одинаковыми были все каменные стены. Но Тегрингакс уверенно шел вперед, и Кьюлаэра доверился ему.
Йокот резко остановился, выпучил глаза и расставил руки, чтобы задержать остальных:
— Это здесь! Здесь она исчезла! Я чувствую это!
Луа опустилась на землю, прижала руки к камню и посмотрела невидящими глазами:
— Я тоже! Но она не одна. Кто-то еще, мужчина...
— Атакселес! — словно что-то непристойное выговорил Йокот. — И если ее забрал этот воин-шаман, я знаю, куда они пошли! Кьюлаэра, встань рядом со мной! Луа, встань тоже! Тегрингакс, постой здесь, подожди нас! — Подумав, он добавил:
— Умоляю тебя.
— Не бойся, я подожду, — ответил довольный Тегрингакс. — И не страшись, что меня найдут приспешники Боленкара: если надо, я могу превратиться в камень.
— Очень хорошо! До скорой встречи, это недалеко! Встаньте рядом со мной, друзья мои! — Йокот начал петь на шаманском языке и водить в воздухе руками. Не договорив, он остановился и вытаращил глаза.
— Что такое? — спросила Луа.
— Миротворец! Он зовет нас! — Йокот нахмурился, глаза его наблюдали за какой-то отдаленной сценой. — И... Китишейн...
Он откинул голову и продолжил говорить нараспев.
Кьюлаэра почувствовал, как его охватывает злоба. Если Миротворец отобрал у них Китишейн тогда, когда она больше всего была им нужна...
И тут земля ушла из-под его ног. Но сразу же под ними оказалась какая-то другая поверхность. Туман окружил их, но скоро впереди прояснилось, и они увидели стоящую на коленях Китишейн и Атакселеса, заносящего над ней меч. Кьюлаэра крикнул и бросился к возлюбленной, а Йокот уже свободно размахивал руками и читал заклинание. Луа прижала руки к земле и пела. Неожиданно земля под Атакселесом превратилась в трясину. Атакселес увяз по колено, закричал, молотя руками по воздуху.
Китишейн не упустила такой возможности, поднялась на ноги, шагнула вперед и нанесла удар. Тонкая красная линия пересекла горло Атакселеса. Он закричал в ужасе, но из его глотки вырвался лишь клекот. Бросив меч, чтобы соединить края раны, он начал истово выговаривать заклинание. Поток крови слабел...
Луа метнула камень.
Он попал Атакселесу прямо в лоб. Шаман пошатнулся, закатил глаза и упал спиной в трясину.
Меч Китишейн просвистел в двух футах над ним. Она замерла в изумлении.
Но Кьюлаэра уже стоял
Йокот понаблюдал за ними, глаза его излучали горечь, но на губах сияла улыбка. Спрятав ее, он обернулся к Луа:
— Меткий бросок, девица, но где ты нашла камень? Здесь их нет — голая земля!
— По пути я подобрала несколько камней, — призналась Луа. — Я подумала, что нам может понадобиться оружие — а если бы не понадобилось, то они все равно очень красивые.
— Красивые, — уныло сказал повернувшийся к ним Кьюлаэра. — Давай-ка посмотрим, что это за... Хо!
Услышав его возглас, Йокот и Китишейн испуганно подняли головы и увидели, что там, где была грязь, земля затвердела и на ней не осталось никаких следов Атакселеса.
— Земля поглотила его тело, — прошептала Луа.
Йокот покачал головой:
— В шаманском мире нет земли, лишь сгущение тумана.
— Значит, его забрал туман и теперь владеет им! — сказал Кьюлаэра и добавил, повернувшись к Китишейн:
— Должен признаться: я бы предпочел, чтобы он остался в живых и я мог бы отомстить ему за то, что он на тебя набросился.
Китишейн улыбнулась сквозь слезы, потом смахнула их одной рукой, взяв другой его огромную ручищу, и сказала только:
— Пойдем. Нам надо спасать мир.
Кьюлаэра посмотрел на нее и улыбнулся:
— Ну, если в этом участвуешь ты, то это — точно спасение мира. Веди, девица, — я пойду следом.
Ее улыбка стала шире, не выпуская его руки, она повернулась к Йокоту:
— Ну идем, шаман! Веди нас обратно в лабиринт!
— Возьмитесь за руки и держитесь за меня. — Йокот постарался не выдать своих опасений, но ему не нравилось, что тело Атакселеса пропало. Выкинув эту мысль из головы, он начал читать заклинание.
Мир снова поплыл вокруг них, а когда он вновь затвердел, вместо серого тумана их окружали серые камни. Йокот опустил руки и испуганно огляделся:
— Тегрингакс!
— Я здесь.
Тегрингакс вышел из стены, он полностью сливался с ней, и его невозможно было заметить до тех пор, пока он не пошевелился.
— Веди нас к Боленкару! — попросил Йокот.
— С радостью. — Тегрингакс осмотрел их с ног до головы, отвернулся и двинулся в путь, бросив через плечо:
— Не думал, что увижу вас вновь.
— Вот так он в меня верит, — прорычал Йокот.
— Это же приятно — доказать, что в тебя можно верить, — сказала Луа.
Йокот удивленно обернулся и увидел, с каким пылом она на него смотрит. Сердце перевернулось у него в груди, ему пришлось бороться с желанием обнять ее. Его спасло воспоминание о предстоящей битве.