Огонь из пепла

Мартин Эмили Б.

– Я пытался… - он замолк, челюсть подрагивала. Его конь вскинул голову. Селено кашлянул, а заговорил уже другим голосом, напряженнее. – Нет, королева Мона, эти условия мне не подходят. Я отказываюсь. А теперь я требую присоединиться к пути в Алькоро, где я проведу переговоры насчет вашего освобождения вашей стране.

– Простите, но это кажется абсурдом, - сказала я, сдержав резкие слова. Я должна быть спокойной. Держать власть. Я не забыла, как все прошло в Лилу. Я должна держать себя в руках, отражать его неразумность.

Пусть упустит нить разговора, рядом нет советников, что направят его. У меня оставался рычаг, я ему требовалась. Ему требовалось мое сотрудничество.

Я выпрямилась.

– Селено, - сказала я. – Если вы не освободите Сиприян, я не только откажусь от торговли до конца своего правления, но и буду отказывать всем вашим предложениям. И вы получите открытую войну с озером Люмен, Сиприяном и Сильвервудом.

– Королева Мона… - начал он.

– Виндер и Пароа не будут торговать с захваченными водными путями, - перебила я. Настаивать. – Они будут бороться за свободу торговых путей от вашего влияния. Вы разрушите свою страну, Селено. Вы должны ее развивать.

– Я не…

– Примите просьбы стран-соседей, предложенные вам. Построим процветание дипломатией, не войной. И я исполню роль в вашем Пророчестве.

Его лицо стало еще напряженнее, если это было возможно. Он смотрел на меня еще миг. Он взглянул на Джемму, но я не отводила взгляда, чтобы оценить ее выражение. А потом, словно приняв быстрое решение, он дернулся в сторону. Рука Ро с гранатой дрогнула, но Селено просто перекинул ногу через седло и спешился. Его солдаты направляли арбалеты на нас – один на меня, один на Ро, еще один в сторону Джеммы и Лиля.

Я была рада, что он был на земле, на моем уровне, хотя это было странно. Физическое положение тоже давало ощущение власти, в его интересах было оставаться на коне. При своем статусе он должен был знать этот принцип, но я начинала понимать, как отличались наши подходы к правлению. Я смотрела, как он идет к солдату с темным бесформенным свертком на ее лошади. Он потянул сверток, и тот рухнул на землю с глухим стуком. Он ткнул сверток сияющим черным сапогом, и он перевернулся.

Это была Мэй.

Она была без сознания, запястья были связаны за спиной. Она была в черном тяжелом платье и прочных ботинках. Ее лоб прижимался к земле рядом с ногой Селено. Я не дала себе пошатнуться, но мне было не по себе. Я впилась в юбку. Она была жива… жива… но на земле у ног неразумного короля.

Селено потянулся под седло, вытащил свой арбалет. Быстрым напряженным движением он зарядил его и прижал к виску Мэй.

– Я настаиваю, королева Мона, - сказал он, голос был выше обычного.

– Селено, - напряженно сказала Джемма.

Он вдохнул, но продолжил, глядя на меня.

– Идемте в Алькоро, где мы обсудим ваши слова. Я не против предоставления части независимости Сиприяну, но будьте уверены, что я направлю все силы на искоренение

речного правительства. Я положу этому конец. Сделайте это, или потеряете союзника. Не только политически.

Я была потрясена из-за вида неподвижной Мэй у его сапога, но все же услышала страх в его голосе, заметила дрожь его рук. Его глаза сверкали, большие, тревожные, как у загнанного в угол зверя. Несмотря на такой поворот событий, я все еще держала его, и нужно действовать осторожно.

– Чего вы добьетесь, убив ее? – сухо спросила я. – Думайте, Селено. Вы угрожаете жизни моего сильного союзника. Армия Сильвервуда куда сильнее моей, и вы вряд ли верите, что король Валиен будет думать о мире, если вы убьете его жену. Чего вы добьетесь?

– Личного удовлетворения, леди королева, - сказал он, голос становился выше. – Не забудьте, что из-за этой фальшивой королевы вы оказались в такой ситуации.

– Нет, - сказала я. – Из-за вас мы в такой ситуации. И убийство королевы Элламэй, уверяю, ничего не исправит. Уберите арбалет. Мы еще не договорили.

Он прижал сапог к плечу Мэй, перекатывая ее на спину. Ее руки были неловко согнуты под ней, голова отклонилась, открывая шею. Он прижал дуло к ее лбу, большие глаза смотрели на меня. Как ребенок. Как ребенок, угрожающий от негодования сломать игрушку.

Джемма дернулась в хватке Лиля.

– Селено, хватит.

Он не слушал ее, все еще глядя на меня.

– Идемте в Алькоро, - выдавил он.

– Нет, - сказала я. – Я не буду торговать ее жизнью под угрозами, как и не передумаю, если она будет ранена…

Я говорила, а он снова посмотрел на Ро и Лиля снова мышца на его челюсти подрагивала.

– Кто из вас Лиль Робидью? – перебил он меня.

Лиль вышел из-за Джеммы и указал на брата.

– Он, - сказал Лиль.

Селено вскинул арбалет и нажал на курок.

Ро закричал. Но не от боли. Он бросился вперед, подальше от меня, а Лиль выгнулся и рухнул на землю, стрела торчала из его груди.

Селено тут же перезарядил арбалет.

– Ни с места, Лиль Робидью. Ты не так важен для меня, так что я не убью тебя следующим.

Ро бросился вперед и застыл на четвереньках, его грудь вздымалась, он смотрел на близнеца на траве. Он выпустил из руки световую гранату, и она лежала вне его досягаемости. Лиль сжался, его пальцы впились в землю. Он закашлялся.

– Тео, - сказал он влажным голосом.

Я могла поклясться, что за последние сутки испытала все возможные эмоции человека – любовь, страх, смятение, стыд, а теперь гнев. Я пылала ненавистью к этому жалкому подобию короля. Я перевела взгляд с умирающего Лиля на траве на Селено. Я чуть не прошла вперед, чтобы забрать его арбалет и направить ему между глаз, но мое движение заставило дрогнуть одного из его солдат. Палец всадника напрягся на курке, и арбалет целился не мне в сердце, а мне в колено.