Овертайм
Шрифт:
Твою ж мать!
Кто она такая? И какого черта похитила мой сон?
Спустя пару часов я по-прежнему не сплю. За окном уже давно стемнело, солнце зашло за горизонт, а на небе появились звезды. Беру с прикроватной тумбочки свой макбук и выхожу на террасу, где сажусь в удобное мягкое оливковое кресло, наслаждаясь шумом волн.
– Окей, гугл, кто такая Келли? – произношу вслух, вбивая в поиске «Модель Келли, Лос-Анджелес».
Убого, согласна, но других вариантов у меня пока нет. Я еще не до конца подружилась с социальными сетями, так что вряд ли
Первая же ссылка перенаправляет меня на Келли Адамс, ангела «Виктории Сикрет».
– Ага, ну конечно, кто бы сомневался, – фыркнув, произношу вслух я.
Двадцатидвухлетняя модель стала известна после нашумевшего показа Карла Лагерфельда, где ее заметил представитель «Виктории Сикрет», предложив стать ангелом. Но самое главное ее достижение – любовные интересы, в числе которых многие известные политики и спортсмены.
Да что же сегодня за день такой?
Сначала Тиджей со своим послужным списком, теперь эта кукла. Чувствую себя монашкой.
Пролистывая фотографии по запросу «Келли Адамс», натыкаюсь на ее фотографию с Ридом, датированную маем этого года, где он, одетый в черный смокинг и белую рубашку, обнимает Келли в «голом» платье. Оба выглядят счастливыми и дико бесят.
Резко закрываю ноутбук и откидываюсь на спинку кресла, поднимая глаза к звездному небу.
«Мне кажется, я схожу с ума, и это не так весело, как мне казалось», – звучат в моей голове слова Уэнсдэй, сериал про которую я посмотрела пару дней назад, и я, отчаянно вздохнув, погружаюсь в сон.
Глава 12
JONATHAN ROY – KEEPING ME ALIVE
Эбигейл
Палящее во всю силу солнце ослепляет меня своим ярким светом, стоит мне открыть глаза. Моя шея адски болит. Спина затекла. Какого черта я вообще уснула здесь, на террасе?
А, точно. Я увидела, каким счастливым Рид был на фотографии с Келли, будто держал в своих руках ценный приз, и пожалела свои глаза, закрыв их.
Так, получается, все эти громкие слова блондинчика вроде «мне не нужны отношения» – чушь собачья?
Не в силах пошевелиться, продолжаю сидеть на месте, откинувшись назад. Вдруг ощущаю, как по моей щеке течет горячая слеза. Что со мной творится? Да, я боготворю его на льду, но ведь я не влюблена в него как в мужчину! Или все-таки влюблена?
Иисусе!
Ну конечно, когда мне было лет пятнадцать, я шипперила нас. Фотошопом я пользоваться не умела, поэтому просто вырезала его фотографии из журналов и клеила на плакате рядом со своими.
Риби форевер. И все такое.
Но с тех пор ведь многое изменилось. Мне уже двадцать один год, в конце-то концов. Я умная, трезвомыслящая и рациональная. Именно так звучит моя мантра на ближайший год.
Поднимаю свою затекшую задницу с кресла и решаю пробежаться вдоль берега. В последний раз я бегала в
То, что нужно. Прямо сейчас.
Быстро умываюсь и чищу зубы, а затем надеваю свои старенькие кроссовки и шорты с топом, собираю волосы в низкий пучок и направляюсь на пробежку.
Прямо с террасы по длинной лестнице, ведущей вниз, я спускаюсь к океану. Здесь у Рида огорожен свой пляж, на котором можно заниматься серфингом или загорать. Чертов мажор. Странно, что у него еще нет своего острова в Тихом океане. Хотя, может быть, нужно поискать на карте какой-нибудь Ридлэнд?
Под крики чаек подхожу ближе к океану, пытаясь надышаться им, но не могу вдохнуть полной грудью. Внутри меня словно гигантский ком, который не позволяет мне этого сделать. Мне хочется убежать. Как можно дальше. И я бегу по золотистому песку, глядя прямо перед собой. Легкий теплый ветерок уже успел слегка растрепать выбившиеся из пучка волосы, которые теперь лезут мне в глаза, но я не обращаю на это внимания и бегу, бегу, бегу…
Спустя семь километров и тридцать пять минут я с грацией черепахи вваливаюсь в дом через парадный вход. И угадайте, кто стоит передо мной у барной стойки с тарелкой хлопьев?
Сейчас восемь утра, а Рид выглядит так, словно сошел с обложки глянца. Из одежды на нем снова лишь одни спортивные шорты, сидящие так низко, что мне видны косые мышцы его рельефного торса. Светлые волосы кретина идеально зачесаны назад, легкая щетина добавляет его идеальному лицу брутальности, своими длинными идеальными пальцами он держит тарелку хлопьев и улыбается мне своими идеальными зубами. Ну почему он такой идеальный? Бесит!
– Блонди, ты где была? Бегала? Но футболка сухая и совсем не пахнет, – с выражением произносит Рид, когда я подхожу к холодильнику и достаю смузи.
Ничего не могу с собой поделать и начинаю громко над этим смеяться. Все же помнят эту рекламу Gillette Power Stripe? До сих пор смешно.
Рид еще шире улыбается. Вот черт. Если он собирается приветствовать меня так каждое утро, то я сойду с ума. Еще вчера я бы сказала, что быть сумасшедшей не так уж и плохо, особенно если сексуальные кубики на прессе и v-образные мышцы Рида будут включены в реабилитационную программу, но сегодняшняя я говорит – ни черта подобного!
– Кстати, раз уж ты заговорил о футболках, что ты имеешь против них? – усмехаюсь я, делая глоток морковно-персикового смузи.
Вижу, как Рид начинает играть грудными мышцами, а затем понимаю, что смузи льется прям по моему топу.
Господи!
Я видела много накачанных парней. Ну почему я веду себя как школьница и растекаюсь в лужицу именно сейчас?
– Крошка Эбс, даже смузи считает, что одежда – это лишнее, – протягивая мне салфетку, ухмыляется Рид.
– Ты же в курсе, что смузи не может думать, потому что это смузи?