Пари для простаков
Шрифт:
— На работе, — сказал Раки через силу. — У управляющего есть сейф, а у меня — ключ от него. Он держит деньги на непредвиденные расходы. Я пошел в офис и… и…
— Украл деньги, — докончил Тоузьер будничным тоном.
Раки механически кивнул головой.
— Он узнает об этом, как только откроет сейф, в понедельник. Он узнает, что…
— Не переживайте, малыш, — сказал Фоллет, — вы ведь еще не в тюрьме.
Об этом Раки еще не думал, и он уставился на Фоллета с ужасом. Фоллет сказал:
— Может, нам удастся
— На меня не рассчитывайте, — прямо заявил Тоузьер. — Я не собираюсь поддерживать нахлебника-молокососа. Взялся за гуж, не говори, что не дюж. Ему вообще не следовало ввязываться в наши дела. Я об этом сразу так и сказал.
Уоррен посмотрел на Фоллета, который, пожав плечами, сказал:
— Наверно, это правильно. Надо учиться на своих ошибках, малыш. Если мы сейчас выкупим вас, вы опять когда-нибудь пойдете на это.
— Нет, нет, я обещаю, обещаю, — заговорил он заискивающим тоном и стал на колени перед Фоллетом. — Помогите мне, ну, пожалуйста, помогите мне, я обещаю…
— О Боже! Будьте же мужчиной, встаньте немедленно, — рявкнул Тоузьер. — Не выношу никаких сцен. Я ухожу.
— Подождите, — сказал Фоллет. — У меня есть кое-что. — Он ткнул пальцем в сторону Тоузьера. — Кажется, это вы мне говорили, что один парень хотел что-то получить от фирмы, в которой работает этот юноша? Что-то связанное с химикалиями?
Тоузьер подумал немного, затем кивнул головой.
— Ну и что?
— А сколько он заплатит?
— Откуда ж, к черту, мне знать? — возмутился Тоузьер. — Меня его дела совершенно не интересуют.
— Ну вы же можете его спросить. Вот телефон.
— Да на что мне это нужно?
— Ради Бога, будьте человечны хоть раз в вашей проклятой жизни, — взмолился Фоллет.
Уоррен сказал негромко, но властно:
— Звоните, Энди.
— Ну ладно, — Тоузьер взял свой пиджак. — Где-то у меня был его телефон.
Фоллет похлопал Раки по плечу:
— Держитесь, Джавид. Я думаю, мы как-нибудь поможем вам выкрутиться. — Он подсел к нему и начал разговаривать с ним вполголоса. Тоузьер болтал что-то по телефону. Наконец, он положил трубку и вернулся к столу с листком бумаги в руке.
— Этот человек хочет знать, кто заказывал эти препараты и, особенно, в каком количестве. Он хочет также знать, куда они были направлены. Еще ему нужна информация о сделках с человеком по имени… — он сверился с бумагой, — по имени Спиринг. Вот. — Он потер рукой подбородок. — Я расколол его на сорок тысяч. Больше он за информацию не даст.
— Зачем она ему? — спросил Уоррен.
— По-моему, он связан с промышленным шпионажем.
Фоллет взял листок.
— Какая разница, зачем это ему нужно? Главное, что Джавид знает. — И он передал бумагу Раки.
— Можете?
Раки вытер глаза и внимательно просмотрел записи на листке. Кивнув головой, он прошептал:
— Я думаю,
— Но этот тип согласен заплатить только сорок тысяч, черт бы его взял, — сказал Фоллет. — Э, была — не была! Я готов помочь покрыть недостачу.
— Меня не считайте, — сумрачно сказал Тоузьер. — Я свое дело сделал.
— Ник?
— Хорошо, Джонни. Мы разделим сумму между собой.
Из пачки денег, что лежали на столе, Уоррен отсчитал пять тысяч реалов и передал их Фоллету.
— Вот видите, Джавид. Здесь уже десять тысяч. Остается раздобыть еще сорок. Для этого нужно всего-навсего отправиться в офис. Ключ у вас есть?
Раки кивнул, и Фоллет помог ему встать на ноги.
— Потребуется время, — сказал он.
— Полчаса. Ровно столько вам понадобилось, чтобы ограбить сейф сегодня днем, — отрезал жестокий Тоузьер.
Фоллет проводил Раки до двери, закрыл ее и, повернувшись, сказал:
— Дело почти в шляпе. Осталась самая малость.
Уоррен вздохнул:
— Что еще?
— Не ваша забота, не переживайте, — сказал Фоллет. — Сейчас нам остается только ждать. Пойду навещу Бена. Вернусь минут через десять.
Уоррену показалось, что до возвращения Раки прошла целая вечность. Пока часы неторопливо отсчитывали минуты, он размышлял о том, какие нравственные барьеры ему пришлось преодолеть, чтобы осуществить эту безумную авантюру. Он шантажировал Фоллета, а теперь еще и совратил с пути истинного чистого молодого человека. Легко Фоллету проповедовать, что нельзя надуть честного человека. Тот, кто предлагает тридцать сребреников, по меньшей мере так же виновен, как и тот, кто их берет.
Как и в первый раз, раздался легкий стук в дверь, и Фоллет пошел открывать. Раки уже не был так бледен и сутул, как перед уходом.
— Ну что, малыш? Достали? — спросил Фоллет.
Раки кивнул:
— Я взял сведения из журналов, которые ведутся по-английски. Я решил, что так будет лучше.
— Ну, конечно, — сказал Фоллет, который вообще-то совершенно забыл о проблеме, связанной с языком.
— Давайте.
Фоллет взял у него три листка бумаги и передал их Тоузьеру.
— Проследите, Энди, чтобы это попало туда, куда нужно.
Тоузьер кивнул, и Фоллет дал Раки пачку купюр.
— Вот ваши пятьдесят тысяч, Джавид. Поскорее положите их обратно в сейф.
Когда Раки рассовывал по карманам деньги, дверь внезапно открылась, и на пороге появился человек с лицом, обмотанным шарфом и с пистолетом в руке.
— Всем стоять на месте, — проговорил он не очень внятно, — а не то разряжу пушку.
Уоррен смотрел на него, не веря своим глазам. Он терялся в догадках, кто бы это мог быть и что ему было нужно. Незнакомец повернулся к Фоллету и Раки и дернул пистолетом в сторону.