Пари
Шрифт:
– Кладите сахар, – сказала она, поставив поднос на стол.
– Благодарю, я без сахара, – Мамедов отхлебнул горячий ароматный напиток, – м-м-м, замечательный кофе.
– Муж привез из Парижа.
– Кстати, а где он?
– На работе, где же ему еще быть, – пожала плечами Людмила, – днюет и ночует на своих стройках.
В этот момент послышался звук отпираемой двери, и через минуту в комнату вошел лысоватый мужчина лет пятидесяти в темно-сером костюме. Нижнюю часть его лица обрамляла небольшая, аккуратно
– Легок на помине, – Людмила поставила чашку и встала навстречу мужу, – познакомься, Слава, это Алискер Мамедов, частный детектив.
– Очень приятно, – Чебаков шагнул к Мамедову и протянул руку, – Вячеслав Алексеевич. Чем обязаны?
Алискер встал навстречу.
– Представляешь, – встряла Людмила, – убили Диму Федорова.
– Вот как? А при чем здесь мы? – насторожился Чебаков.
– Вы не волнуйтесь, Вячеслав Алексеевич, – сказал Мамедов, пожимая его сухую крепкую руку, – просто мы опрашиваем всех, кто знал Федорова, а так как вашей дочери в настоящий момент нет в городе, я решил зайти к вам, вы ведь были с ним знакомы?
– Я его видел всего пару раз, а вот Людмила была поклонницей его спортивного таланта, – он посмотрел на жену, как бы ожидая подтверждения своих слов.
– Скажешь тоже, покло-онница, – фыркнула Людмила, – ты же знаешь, я просила тебя спонсировать Федорова, чтобы поддержать престиж нашего города на международной арене, этим можно было козырять перед администрацией города. К тому же, мне не двадцать лет…
– Но для своих девяноста пяти лет ты неплохо сохранилась, – постарался обратить все в шутку Вячеслав Алексеевич.
– Ладно, – смягчилась Людмила, – вы пока здесь побеседуйте, а я разогрею ужин.
Плавно покачивая бедрами, она вышла из комнаты. Чебаков расстегнул пиджак и сел на диван.
– Так что вас интересует, молодой человек?
– Вячеслав Алексеевич, ваша жена сказала, что вы строитель. Где вы работаете, если не секрет? – Алискер допил теплый кофе.
– Я генеральный директор «Жилстройиндустрии», только я не понимаю, какое это имеет отношение к смерти Дмитрия Федорова.
Мамедов задумался, пытаясь покорректней сформулировать ответ.
– Прошу меня простить, Вячечеслав Алексеевич, иногда тем, кто незнаком с нашей работой, вопросы кажутся неуместными или даже глупыми, я же просто стараюсь делать свое дело как можно лучше. Но мы ведь не в милиции, и вы можете отказаться отвечать на вопросы, которые вам не нравятся.
– Хорошо, давайте попробуем, – Чебаков откинулся на спинку дивана и, закинув ногу на ногу, поглаживал свою бородку.
– Кроме того, что вы являетесь гендиректором «Жилстройиндустрии», вы также и ее хозяин?
– Я владею контрольным пакетом акций.
– Но это же, практически одно и то же, не так ли?
– Можно
– Вы строите жилые дома?
– И жилые тоже.
– А что еще?
– Да что угодно. И промышленные объекты, и спортсооружения, автозаправочные станции, теплотрассы.
– От обладминистрации вы получаете подряды?
– Это очень сложно, – практически ушел от ответа Чебаков.
– Скажите, Вячеслав Алексеевич, путевку вашей дочери вы оплачивали?
– Конечно, я, кто же еще, – Чебаков недоуменно пожал плечами, – но это-то вам зачем?
– Мы же договорились, не хотите, не отвечайте, – мягко сказал Мамедов и продолжил:
– Наверное, дорогое удовольствие?
– Слава Богу, сейчас мы можем себе это позволить, – устало вздохнул он, – иначе зачем горбатиться?
– Если ваша дочь выйдет замуж за Сергея Коломийца, как вы думаете, вам будет легче получать госзаказы на строительство?
– Вот вы куда клоните, – беззлобно усмехнулся Чебаков, – наверное, вы правы, но я, честно говоря, как-то не думал об этом.
– Значит, это была не ваша идея – отправить Светлану на отдых?
– Надеюсь, вы поужинаете с нами, Алискер? – прервала их вошедшая Людмила, – прошу в столовую.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Было уже около двенадцати, когда, поставив «Ниву» на стоянку, Мамедов возвращался домой. Дорога шла на подъем, и чтобы не скользить по образовавшейся на тротуаре ледяной корке, он вышел на проезжую часть, благо в этот поздний час машин было немного.
Его обогнал «Шевроле-блэйзер». Музыка, звучавшая в его салоне, мощным потоком вырывалась даже через закрытые окна. «Как у них там барабанные перепонки не полопаются?» – подумал Алискер о находящихся в джипе.
«Хорошо хоть ужин не надо готовить», – вспомнил он шикарную вечернюю трапезу у Чебаковых. Обогнавший его «Шевроле» с потушенными огнями стоял перед перекрестком. Музыки не было слышно.
Мамедов уже собирался обойти джип, когда задняя дверка со стороны водителя открылась и, вышедший крепкий парень в куртке «пилот» преградил ему дорогу.
– Братан, дай закурить, – развязно спросил он.
«Этого мне еще не хватало», – пронеслось в голове у Алискера.
– Что, махорка кончилась? Я не курю.
– Это плохо, – не отставал парень, придвинувшись почти вплотную к Мамедову, – придется тогда раскошелиться.
– Что?
– Что слышал, лопух, – «братан» стоял, расставив ноги, и поигрывал монтировкой.
«Эти машины монтировками не комплектуются, из всего инструмента к ним полагается только баллонный ключ, значит, припасли специально для „разборок“. Сколько их еще в машине?» – то ли про монтировки, то ли про «братанов» подумал он, нащупывая в левом кармане пальто электрошокер.