Паслён
Шрифт:
— Не твоё собачье дело, — огрызнулся Гэллоуэй.
— Ладно, тогда скажите вот что. Это было в последний раз, когда она здесь останавливалась, два месяца назад? Это был бы, что, март?
— Это был апрель. Но меня здесь не было. У меня была работа в Джорджии. Она позвонила, сказала, что нужно переночевать, и я сказал — давай.
— Какая работа? Актёрская?
— Можно и так сказать. Я выступаю в роли Дэдпула на КомикКонах [20] по всей стране. Это
20
Comic Con [vention] – съезд фанатов комиксов
21
Исполнитель роли Дэдпула в одноименном фильме на основе комикса
Стилвелл кивнул. Он знал, что Рейнольдс — кинозвезда. Они с Таш смотрели один из его фильмов в «Казино». Но он притворился растерянным, чтобы вытянуть из Гэллоуэя больше информации. Актёр раскусил его и начал перебирать страницы сценария, разбросанные на журнальном столике. Наконец, он поднял глянцевую фотографию 8x10 дюймов, на которой был мужчина в красно-чёрном костюме, покрывающем его с головы до ног. На спине у него были закреплены два меча, похожие на мечи ниндзя.
— Это я, — сказал Гэллоуэй. — В роли Дэдпула.
Стилвелл снова кивнул и улыбнулся.
— Так, Дэдпул — это персонаж? — сказал он, будто только что это понял. — Как часто вы это делаете?
— Примерно раз в месяц. Я работаю по этому кругу. Это рекламирует фильмы. Хорошие деньги.
То, что он дважды упомянул хорошие деньги, заставило Стилвелла подумать, что, вероятно, они не такие уж хорошие.
— А в этом месяце? — спросил он. — У вас был выход Дэдпула?
— Это был «Комик Круиз». Отправлялся из Тампы.
— Когда это было?
— Примерно две недели назад. Это был трёхдневный круиз. Почему ты спрашиваешь про меня?
Гэллоуэй только что предоставил Стилвеллу то, что выглядело как алиби на выходные, когда Ли-Энн Мосс уволили и, как думал Стилвелл, убили. Он предположил, что «Комик Круиз» проходил в выходные, а две недели назад означало бы два уик-энда назад. Проверить даты круиза и подтвердить, что он был на корабле, было бы несложно.
— Моя работа — задавать вопросы, — сказал он. — Вернёмся к Ли-Энн. Откуда она?
— Родом из Детройта, — сказал Гэллоуэй. — Как и все, приехала сюда за славой и богатством. Но всё обернулось не совсем так.
— У неё есть семья там?
— Ну, там у неё отец, который начал её насиловать, когда ей было тринадцать. И мать, которая это позволяла. Где-то есть старший брат, но они потеряли связь после того, как он ушёл из дома. Вот и всё, что она мне рассказывала.
— Вы были её семьёй — пока это длилось.
—
— Но это закончилось. Верно?
— Да, верно. Я тебе это и говорю.
— Ну, я пытаюсь понять, с кем она сейчас. Если я это узнаю, то оставлю вас в покое и пойду стучаться в ту дверь. Понимаете?
— Понимаю, но не могу помочь. Понятия не имею, с кем она. Знаю только, что не со мной.
— И это больно, правда?
Гэллоуэй покачал головой и вскочил с дивана.
— Всё! — закричал он. — Тебе пора. Сейчас же. Я больше не отвечаю на вопросы.
Он указал на входную дверь квартиры. Стилвелл не двинулся.
— Питер, сядьте, — сказал он. — Пожалуйста. Это уголовное расследование. Вы должны понимать, что либо говорите со мной здесь, либо я везу вас в Зал правосудия, где мы разговариваем в комнате без окон.
Он подождал, и Гэллоуэй наконец сел обратно.
— Спасибо, — сказал Стилвелл. — Расскажите, что вы знаете о работе Ли-Энн на Каталине.
— Я ничего о ней не знаю, — сказал Гэллоуэй, — кроме того, что она работает в частном клубе.
— Как она получила эту работу?
— Не знаю. Познакомилась с каким-то парнем на вечеринке, и он рассказал ей о ней.
— Вечеринка была здесь или на острове?
— Здесь, кажется. Меня там не было.
— Этот парень был членом частного клуба на Каталине?
— Не знаю. Спроси у неё. Я не то чтобы хотел знать все детали. Всё, что знаю, — она получила работу там.
— И она никогда не говорила об этом с вами?
— Она только сказала, что это шикарный клуб, полный богатых парней, и что это вроде как рыболовный клуб — только для мужчин, — но эти парни просто уезжают туда, чтобы сбежать от жён и поразвлечься. Поэтому она и хотела эту работу.
— Она хотела подцепить кого-нибудь.
— Вау, ты, должно быть, какой-то детектив или типа того.
Стилвелл проигнорировал угрюмый сарказм.
— Вы когда-нибудь садились на паром и ездили к ней туда?
— Нет, я там никогда не был. Я же сказал, мы больше не вместе. Зачем бы я поехал?
— Потому что вы всё ещё хотите быть вместе?
Гэллоуэй покачал головой, будто пытаясь стряхнуть дурной сон. Он отвёл взгляд и не ответил. Но в его молчании был ответ.
— Питер, мне нужно спросить ещё одну вещь, — сказал Стилвелл. — И потом я оставлю вас в покое.
Гэллоуэй повернулся к нему.
— Господи, — сказал он. — Что?
— У вас наверняка остались её фотографии, — сказал Стилвелл. — Мне нужно их увидеть.
— Зачем вам смотреть фотографии?
— Потому что у нас есть только фото с водительских прав. Было бы полезно иметь несколько более качественных снимков.
— Для чего, типа для плаката «Разыскивается» или что? Что, чёрт возьми, она сделала?
— Я не могу рассказывать об активном расследовании, Питер. У вас есть фотографии?