Под куполом
Шрифт:
– Извините?
– Имеете ли вы у себя дома генератор…
– Конечно, имею, я живу над редакцией. Не какие-то там апартаменты, просто уютная квартира. Этот генератор подарил мне снижение налогов [113] , - гордо объяснила она.
– Тогда покупайте мясо. Мясо и консервы, рыбу и мясо.
Она призадумалась. Центр города был уже рядом. Там теперь горело намного меньше огней, чем обыкновенно, но все равно много. «Долго ли это будет продолжаться?» - загадывал мысленно Барби. И тогда Джулия спросила:
113
Согласно подписанного в 2003 году президентом Бушем законом
– А ваш полковник не предложил никаких подсказок, каким образом найти этот генератор?
– Ничегошеньки, - ответил Барби.
– Искать подобное дерьмо, такой была когда-то моя работа. Ему это хорошо известно.
– Он помолчал, и тогда сам спросил: - Как вы думаете, не завалялся ли где-то в городе счетчик Гейгера?
– Я даже знаю, где именно. В цокольном помещении горсовета. Точнее, под ним. Там находится старое противоатомное бомбоубежище.
– Вы надо мной смеетесь!
– Черта с два, Шерлок, - расхохоталась она.
– Я делала статью об этом три года назад. Снимал Пит Фримэн. В цоколе, там большая комната заседаний и маленькая кухня. А из кухни к хранилищу ведет несколько ступенек. Довольно большое помещение. Построено оно было впятидесятых, когда огромные средства закапывались в землю, что едва не загнало нас к чертям в ад.
– «На берегу» [114] , - произнес Барби.
– Эй, принимаю вашу ставку и повышаю ее: «Горе тебе, Вавилон» [115] . Весьма депрессивная местность. На снимках Пита напоминает фюрербункер перед самым концом. Там есть что-то наподобие кладовки - полки и полки консервов - и с полдюжины топчанов. И какое-то оборудование, поставленное правительством. Включая счетчик Гейгера.
– Пища в жестянках, наверняка, прибавила во вкусе за пятьдесят лет.
114
«На березе» - знаменитый роман (1957) британско-австралийского писателя Невила Шюта (1899-1960), в котором рассказывается о том, как жители мирного Мельбурна ожидают неотвратимой смерти от атмо-сферных последствий атомной войны, которая уже уничтожила все население северного полушария.
115
«Горе тебе, Вавилон» - фраза из Библии, которая дала название постапокалиптическому роману (1959) американского писателя Пета Фрэнка (1908-1964), в котором речь идет о жизни маленького города во Фло-риде после атомной войны.
– На самом деле они заменяют консервы время от времени. Там даже есть маленький генератор, который приобрели после одиннадцатого августа. Просмотрите городские отчеты и увидите, что каждые четыре года или около того выделяются средства на приобретение чего-то для хранилища. Когда-то было по триста долларов. Теперь шестьсот. Итак, счетчик Гейгера вы уже себе нашли.
– Она кинула на него взгляд.
– Конечно, Джеймс Ренни рассматривает все вещи, которые находятся в городском совете, как свои собственные, от чердака до бомбоубежища, и потому он захочет знать, зачем вам вдруг понадобился счетчик.
– Большой Джим Ренни ничего об этом не будет знать, - ответил Барби.
Она оставила это замечание без комментариев.
– Хотите со мной в редакцию? Посмотреть выступление Президента, пока я буду верстать газету? Работа, могу вас уверить, будет быстрая и грязная. Одна статья, полдесятка фотографий для местного употребления, и никакой рекламы осенней распродажи в Бэрпи.
Барби взвесил предложение. Завтра у него много дел, и не только стряпня, а и много других вопросов. С другой стороны, если он сейчас вернется в
– Хорошо. К тому же, возможно, мне не следовало было бы об этом говорить, но у меня незаурядный талант офис-боя. И еще я могу варить бешеный кофе.
– Мистер, вы приняты, - она подняла с руля правую руку, и Барби хлопнул ей по ладони.
– Можно мне задать вам еще один вопрос? Абсолютно не для публикации.
– Конечно, - сказал он.
– Этот фантастический генератор. Вы верите, что найдете его?
Пока она припарковывалась перед фасадом редакции «Демократа», Барби взвешивал шансы.
– Нет, - наконец ответил он.
– Это было бы очень легко.
Она вздохнула и кивнула. И тогда схватила его за пальцы.
– Как вы думаете, вам поможет, если я буду молиться за ваш успех?
– Не помешает, - согласился Барби.
4
В День Купола в Честер Милле существовало только две церкви; и обе поставляли протестантский набор товаров (хотя и в очень разных упаковках). Здешние католики посещали храм Пресвятой Девы в Чистых Источниках в Моттоне, а около десятка городских евреев, когда испытывали потребность в духовном утешении, ездили в синагогу Бет Шалом в Касл Роке. Когда-то в городе была также Унитарианская церковь [116] , но пришла в упадок за неимением прихожан в конце восьмидесятых. Да и еще к тому же все сходились во мнении, что это было не церковь, а какой-то хипповый сумасшедший дом, теперь в ее здании находился магазин «Новые & Подержанные книги».
116
Унитарианство - начатое во времена Реформации либеральное протестантское вероучение, которое от-брасывает идею Троицы, признавая единого Бога; в частности в XVI-XVII ст. унитарианские общины суще-ствовали также в Украине.
Оба действующих в Честер Милле пастора в тот вечер находились, как любил выражаться Большой Джим Ренни, в «смиренном состоянии», но тональности их молитв, ход мыслей и желания очень отличались.
Преподобная Пайпер Либби, которая проповедовала своей пастве с кафедры Первой Конгрегационной церкви, больше не верила в Бога, хотя не делилась этим фактом со своими собратьями. Напротив, вера Лестера Коггинса достигла уровня святого мученичества или безумия (впрочем, это те два слова, которые, наверняка, означают одно явление).
Преподобная Либби, все в той же субботней одежде, в которой она работала у себя во дворе - и все еще беспримерно красивая в свои сорок пять, чтобы симпатично в ней выглядеть, - стояла перед алтарем на коленях почти в сплошной тьме (в Конго не было генератора), а позади нее расположился Кловер, ее немецкая овчарка, пес лежал с понурыми глазами, воткнув нос себе в лапы.
– Эй, Неотмирасего, - воззвала Пайпер. Неотмирасегодняшним она начала называть Бога с недавних пор. В начале осени она имела для него другое имя - Большой Возможный. А летом он был Всемогущим Возможным. Ей нравилось это имя, в нем чувствовалось что-то звонкое.
– Ты знаешь, что со мной творилось… Конечно, должно быть, я Тебе уже этим полные уши натолкала, но сегодня я здесь не для того, чтобы вновь толочь о том же сам. Наверняка, Тебе от этого только легче.
Она вздохнула.
– У нас тут творится такой беспорядок, Друг. Надеюсь, хоть Ты понимаешь, что здесь творится, потому что сама я отнюдь. Но мы оба знаем, что завтра в этом помещении будет полно людей, которые будут искать, как заведено, небесной поддержки в катастрофическом несчастье.
Тишина стояла в церкви, тишина во дворе. «Волшебная тишина», как говорили в старых фильмах. И разве она хоть когда-нибудь слышала такую странную тишину в Милле, да еще и в субботний вечер? Ни машин на улицах, ни звука басов какого-либо очередного бэнда, который прибыл поиграть в «Диппере» (ПРЯМО ИЗ БОСТОНА!
– как всегда писалось в рекламе).