Полукровка
Шрифт:
— Может, я за тебя и зарплату схожу получу?
— Сходи, дорогой, сходи, там такая зарплата, что лучше бы её вовсе не было.
Михаил понял, что пререкаться с участковым бессмысленно, делать ничего он не желает, но и деваться ему особо некуда, должность у него такая.
— Давай мы с тобой так порешим: ты здеся власть, тебе козу и шукать, сказано точно? Повторять не будем?
— Вот навязался на мою голову, где ж я тебе её искать буду?
— А ты оборотись на село, погляди, какое оно большое, тута будет где разгуляться. Вооон от тех гор до ентих, ищи, дядя милиционер.
С
2
Палкан всё утро провёл под эстакадой, дел особых не оказалось, и он попросту скучал, как самый большой в мире бездельник. После схватки с Чёрной прошло почти две недели, и с того момента вокруг фермы установилось царственное спокойствие. Дуська от свалившегося на неё счастья готова была на руках его носить, но тот не был готов к подобным нежностям и попрежнему не позволял в отношениях фамильярности.
Как бы то ни было, но среди свинарок разговоры про недавние события нетнет да возобновлялись. Несколько раз даже доходило до горячих споров. Сегодня был такой случай, КлавкаСельмажка в который раз одарила сельчан новостью: «Наш участковый напал на след новых расхитителей, банда прячется в горах и по ночам нападает на домашний скот. Если унести корову не могут, то режут на части и бросают рядом, на улице. Козу так прямо на руках утащили, даже с верёвкой».
Как было принято среди Клавкиных слушателей, её новости пересказывались в той последовательности слов и фраз, которую высказала она сама. Катюха Козикова сегодня пришла на работу с потрясающей новостью и прямо с утра ошарашила ею присутствующих подруг. Наконец у настрадавшейся Катюхи появилась возможность припомнить Клавке недавнюю подлую выходку, и она с превеликим наслаждением преподносила Клавкину сплетню, в надежде, что коллектив поддержит её, Катерину, и выскажет осуждение небылицам, распускаемым Сельмажкой. Женщины полдня беспрерывно обсуждали наглый и беспринципный Клавкин характер. Всё это происходило бы и дальше, если бы не Колька, который в этот момент внёс в загон мешок с «витаминкой». Услыхав отдельные слова: украли, милиция ищет, Клавка и т. п., он не на шутку насторожился, решив прояснить у Евдокии, в чём, собственно, дело.
— Дуся, что случилось, я чтото не пойму, кого украли, у нас снова проблемы или я ошибаюсь?
— Нет, дорогой наш Николай Константинович, сегодня вы не ошибаетесь, действительно, наше село понесло тяжёлую утрату.
Колька никак не ожидал такого поворота событий. Он и в самом деле думал, что история с таинственными исчезновениями завершена, что все события канули в Лету. Оказалось, нет.
— Дусь, шутишь? — проговорил он тихим от волнения голосом.
— Да уж не до шуток, уважаемый.
У Кольки от сердца отлегло. Если Клавка, значит, сплетня, значит, ничего серьёзного.
— Эта карга опять за старое взялась.
— Но уж, Коленька наш дорогой, нет.
Только у него слегка от сердца отлегло, вновь прилегло…
— Ты что, Дусь, не знаешь разве, что Клавка и Правда в разных вселенных проживают, повстречаться им вовек не суждено?
— Успокойся, остынь, наука твердит, что Вселенная у нас одна, в этот раз они встренулись.
Евдокия размеренным голосом вразумляла молодого повесу. Её голос одновременно его и раздражал, и настораживал.
— Встренулись, значит, нука, Дусь, о чём это ты?
— Ладно уж, знай, коллега, что вечёр с поляны № 1 похищена ценная коза, масти чёрной, с верёвкой на бренной шее и без следов исчезновения.
— Слушай, Евдоха Батьковна, ты меня морочишь, что я про козу спрашиваю, что ли? Ты объясни понашему, полюдски, в чём дело, а то я с ума сойду.
— Ладно, охолони малёк, расскажу. Вчера у Мишки Орехова козу увели. Утром привязал, к обеду сгинула, куды её телепортировали, науке неизвестно. Участковый следствие организовал, вот и все «хороводы», дошло?
Новое научное слово Евдоха выговорила с трудом, его она недавно в журнале прочла и решила, что пора похвастать эрудицией.
— Снова собаки, вот те на, — с громким выдохом проговорил расстроенный Колька.
— Ты и впрямь сбрендил, какие собаки, коза у дома привязана была, верёвка первоклассная, ошейник и тому подобное. Как собака ошейник снимет, а?
— Ёлкипалки, Дуся, ты моя дорогая, а как, скажи на милость, собаки у тебя изпод носа два месяца поросят таскали. Вспомни последнего, неделя прошла или чуть более.
— Стой, Колька, стой! Ты хочешь сказать, что это Туман, что это он в селе проказничает?
— Боюсь, Дуся, участковому об этом заикаться, он мне может не поверить. Я его обсмеял на днях. Девки, понимаешь, парни, компания, так всё вышло подурацки. А ты ему намекни, может, так оно и есть. Подумай сама, где ему корм щенкам искать? Мы забор нарастили? Нарастили. У Сейтке овцы пропадают? Не пропадают? Откуда дровишки, спрашивается?
— Голова. Ну ты, Коленька, даёшь, послушай, давайка я и впрямь к нему схожу, уж очень складно врёшь, собачья твоя голова. Да, девкам нашим скажи, я побёгла, пускай сами управляются.
Колька после разговора с начальницей тут же полетел к Николаю и полностью повторил свои догадки. Николай в это время был очень занят, загруженные бункеры, работающие транспортёры, без присмотра их не оставишь, но младшего похвалил и распорядился смотаться на поляну, в поисках следов.
— Ищи собачий след, вот такого размера, найдёшь, прикрой чем придётся, вечером обдумаем.
Эта история, словно медвежья лапа в муравейнике, заставила всех расшевелиться: Евдокия с участковым, Колька со следами, Михаил с приятелями. Пропавшая козья морда, благодаря Клавке, взбудоражила весь посёлок. В ожидании самого наихудшего селяне начали прятать скот во дворы. Каждый пытался выдвинуть свою собственную версию. Во всей этой суматохе хорошие новости тоже были: в селе пока что царило спокойствие.