Помнишь?..

Хэтчер Робин Ли

Когда спазмы прекратились, она села на пол, прижав ноги к груди. Лбом уперлась в коленки. Она слышала, как в дверь постучали, но не ответила, не будучи уверенной, что сможет говорить.

– Сара? – тихо позвал Том. – С тобой все в порядке?

Она шмыгнула носом и вытерла появившиеся слезы.

– Да, – хриплым голосом ответила она.

Ее брат открыл дверь уборной и посмотрел на нее. Ничего не говоря, он подал ей носовой платок.

– Спасибо. – Она высморкалась. – Не знаю прямо, что такое со мной.

– Может быть, лучше

показаться доктору?

– Нет, не надо. Мне уже лучше. Она начала подниматься на ноги.

Подхватив ее под руку, Том помог ей встать. Внимательно, с беспокойством посмотрев на нее серыми глазами, он сказал:

– Тебя стошнило не в первый раз, Сара. Вчера утром я тоже слышал.

– Да ничего, – повторила она, когда они снова вышли на солнце. – Правда.

– Я бы чувствовал себя спокойнее, если бы доктор...

– Ради Бога, Том Мак-Лиод. Я не старая рухлядь. Немного сидра с золой, чтобы привести в порядок желудок, и буду как новенькая.

Он всмотрелся в нее чуть подольше и потом позволил себе легкую улыбку.

– Ну что же, это звучит обнадеживающе.

Она глубоко вдохнула свежего зимнего воздуха и тоже улыбнулась. Ей не хотелось, чтобы он заметил ее неуверенность. Он не знал, что ее рвало последнюю неделю каждое утро. У нее пропал аппетит, куда-то ушла энергия, и каждый день после ленча, совсем как дедушка, она теперь должна была прилечь.

Но она не могла позволить себе болеть. Том должен уехать в Бостон в конце марта. Не хотелось даже думать, что станет с его учебой, карьерой, если с ней стрясется что-нибудь серьезное. Она знала брата. Он будет вынужден остаться в Хоумстеде, чтобы заботиться о ней и дедушке.

Одной рукой взяв ее за руку, а другой поддерживая за спину, Том не спеша довел Сару до дому.

– Осторожно, – ласково предупредил он ее, ведя по неровной дорожке.

– Вы собираетесь быть столь предупредительными со всеми пациентами, доктор Мак-Лиод?

– Только с такими очаровательными, как вы, мисс Мак-Лиод.

Когда они подошли к задней двери дома, Саре стало значительно лучше. Она решила, что глупо тревожиться безо всякой на то причины. Это было просто небольшое расстройство желудка. Она выпьет сидра с золой и через час-другой будет в полном порядке.

Домашнее снадобье бабушки Дори действительно помогло. Еще не прошли утренние часы, а Сара почувствовала прилив энергии. Она выбивала пыль, подметала и чистила до тех пор, пока не навела в доме безукоризненную чистоту. Наконец она решила испечь пирог с сидром, любимый дедушкин десерт. Собравшись делать тесто, она обнаружила, что у нее мало муки и сахара.

– Дедуля, – сказала она, заглянув в кабинет, – я пошла в магазин. Тебе что-нибудь принести?

Хэнк опустил книгу, которую читал.

– Я не уверен, что ты принесешь мне пару моих любимых сигар.

Она сморщила носик.

– Нет. Я и не подумаю лишать твоих друзей удовольствия тайком притаскивать их тебе.

Она

слышала его смешок, когда выходила из кабинета, и сама, не удержавшись, засмеялась. Дедушка неисправим, решила Сара, но она ни за что не стала бы менять в нем что-нибудь.

Во второй половине дня на улице заметно потеплело. Солнце висело желтым шаром на кристально чистом небе. С крыш падали сосульки. Казалось, все вокруг обещало весну, но Сара знала, насколько это обманчиво. Зима никогда не сдавала позиций до середины марта, а то и апреля.

Она пошла не привычной дорогой в магазин, пересекая улицу, которая стала морем мокрого снега и грязи, а по деревянному тротуару вдоль улицы. Ступая по деревянному настилу, она раздумывала над своей вечной проблемой: Джереми Уэсли.

Как заставить его полюбить ее, если он столь успешно умудряется не попадать ей на глаза? На прошлой неделе ей ни разу не удалось встретиться с ним в городе. Даже в воскресенье. Он взял манеру становиться в задних рядах в церкви и, как только кончалась служба, незаметно выскальзывать за дверь, когда она еще не успевала даже встать со скамьи.

Подходя к магазину, она посмотрела на другую сторону улицы, где находилась контора шерифа. Всеми силами души она желала, чтобы двери конторы открылись и Джереми вышел на улицу, но этого не произошло. Двери остались закрытыми, и Саре не удалось увидеть его даже уголком глаза.

Но когда она вошла в магазин, то увидела Джереми стоящим неподалеку от прилавка. Сердце у нее застучало, как всегда случалось, если он был рядом.

Как будто чувствуя ее присутствие, он повернулся, и их взгляды встретились.

Я люблю тебя , Джереми. Почему же ты не замечаешь , что я чувствую?

Джереми замечал и именно по этой причине чувствовал, как его охватывает знакомая паника. Почему она упорно хочет видеть его каким-то другим? Достойный человек давным-давно сделал бы ей в приличествующей форме предложение. Почему она не хочет понять, что он вовсе не достойный человек? В нем нет ничего стоящего. Он никогда не сможет быть тем, за кого она его принимает, таким, каким она его хочет видеть. Пора бы ей это понять. Пора бы ей возненавидеть его.

– Добрый день, Джереми. – Сара пошла в его сторону, минуя столы и бочки, загромождавшие центр зала.

– Мисс Мак-Лиод.

Она посмотрела в сторону прилавка на Джорджа Блейка.

– Привет, Джордж.

– Добрый день, Сара. Как поживает дедушка?

– Ему намного лучше. Он спрашивал сигар, ну, тех, которые ему запретил курить доктор Варни.

Джордж улыбнулся.

– Так у меня несколько штук отложено для него.

– Я уверена, скоро за ними кто-нибудь заглянет. – Она покачала головой. – Запиши-ка их на мой счет.