Пономарь
Шрифт:
Несколько дней я ничего не знал. Но потом она позвонила. Сказала, что убежала от того человека и слоняется по Москве. Я звал ее домой, но она крикнула, что ненавидит меня. Это было очень странно. Раньше она просто не умела ненавидеть. Потом я встретил ее дома, когда она забирала свои вещи. И все повторилось. Слезы, крики отвращения. Я ничего не понимал. И вот на днях, произошло это.
Я... В общем, мне было нехорошо, мою дверь взорвали, и ко мне должны были прийти ремонтники. Стекла вставить. Меня сопровождал
На этот раз она была неестественно ласковой. Она такой никогда не бывала. Она кинулась меня обнимать. Говорила, что хочет заменить мне Лизу. Лиза – моя жена. Она недавно умерла...
И я вдруг понимаю, что она имеет в виду... Пока Света на мне висела, она умудрилась расстегнуть мне брюки! Я оттолкнул ее. Она упала на диван и опять закричала, что ненавидит. В дверь заглянул рабочий. Она крикнула что-то про насилие и убежала. Вот, собственно, и все...
– Да, грустная повесть... – промолвил следователь:
– А вы не помните, что дословно она сказала перед уходом?
– Э-э-э... “Он хотел меня изнасиловать.”
– Что ж, спасибо. Теперь мне все ясно, кроме двух моментов. Первое. Что послужило причиной такой нелюбви к вам, что девушка решилась на прямой подлог? И второе. Генетический анализ спермы, которую у нее обнаружили, говорит, что она принадлежит ее прямому родственнику. Но полового контакта с ним у нее не было.
– Странно. – Пожал плечами Игорь Сергеевич. – После гибели Лизы у меня был только один контакт. Да и то, это был лечебный процесс.
– Лечебный?
– Да, один мой друг познакомил меня с тантристами. А у них почти все ритуалы предполагают сексуальный контакт.
– Вы можете направить ко мне этих людей?
– Конечно.
– Тогда, на сегодня все.
– Как? – Привстал Дарофеев. – Разве вы не понимаете, что я не преступник?
– Не волнуйтесь, это-то я вижу. Ваше присутствие необходимо для закрытия дела и ознакомления с его материалами. А так – вы свободны. Видите, я полностью доверяю вам. Даже не беру подписку о невыезде. И пригласите вашего брата.
Пока Константин давал показания, Игорь Сергеевич и Дроздов решили съездить в подвальчик к тантристам.
Целитель без труда нашел дом, в котором он бывал, и они спустились по ступенькам. Дверь была заперта на висячий замок, но из-за нее доносился странный гнилостный запах.
– Трупом пахнет. – Определил Петр Никитович. – Надо вызывать бригаду.
Прибывший наряд милиции взломал хлипкую преграду. Включив в зале свет, они увидели страшное зрелище. По всему помещению лежали тела погибших. Валялись стреляные гильзы.
Алтарь, на котором когда-то лежал Игорь Сергеевич, тоже был изрешечен пулями. Множество следов от выстрелов виднелось и по стенам.
Медэксперт попросил подмогу и начал
Дарофеев прошелся по помещению, несмотря на недовольные взгляды милиционеров. Он пытался найти девушку, которая тогда спасла его. Ее тело оказалось в самой большой куче, у стены с мандалами. За последние дни целитель видел немало лиц мертвых людей, но это ошеломило его своим неземным спокойствием.
Несмотря на смерть, взгляд девушки сохранял просветленность. И экстрасенс смог оторваться от созерцания лишь когда подошедший к телу медик прикрыл ей глаза.
Внезапно в помещении резко посветлело. Появился человек с видеокамерой на плече. За ним шла девушка, держащая ртутную лампу.
– “Криминальные новости.” Что здесь произошло?
Одному из оперативников дали микрофон.
– По нашим сведениям, – Подобравшись, говорил милиционер. – Здесь находилось молитвенное помещение одной из сект. На него было произведено нападение, в результате которого погибли двенадцать сектантов. Нападавшие использовали автоматическое оружие. Причины этого массового убийства неясны, но можно предположить…
Не обращая внимания на телевизионщиков, Игорь Сергеевич все еще смотрел в лицо девушки. Внезапно он понял, что плачет. Слезы медленно стекали по щекам целителя, падали в лужицу запекшейся крови.
Впервые Дарофееву было жалко убитого человека. Но жалость вызывал не сам факт гибели, а то, что в этой незнакомой тантристке, целитель вдруг увидел свой идеал женщины. Тот образ, который он хотел сделать из Лизы, но у него не получилось.
И сейчас, разглядывая черты убитой, Игорь Сергеевич скорбел о том, что ему не удалось познакомиться с ней ближе. Не довелось поговорить, поделиться своими знаниями, опытом, самому почерпнуть что-то новое.
За душу убитой целитель был спокоен. Но это тело могло бы еще жить...
Снимая общий план, оператор остановил объектив камеры на Игоре Сергеевиче. К целителю тут же подошла девушка с микрофоном:
– Господин Дарофеев, в последнее время вы оказались в самой гуще криминальной жизни Москвы. Можете ли вы что-нибудь сказать по поводу вашего присутствия здесь?
Игорь Сергеевич поднял глаза.
– Уйдите. – Тихо сказал он. – Пожалуйста.
К бригаде телевизионщиков подбежал капитан Дроздов:
– Кто здесь главный?
– Ну, я. – Отозвалась девушка.
– Я из ОБОП. – И Петр Никитович показал репортеру удостоверение. – Вы обязаны вырезать все кадры, в которых присутствует этот человек.
Девушка попыталась что-то возразить, но Дроздов прервал ее:
– Это закрытая оперативная информация.
– Пожалуйста. – Пожала плечами репортер. – Господин Дарофеев, отойдите, пожалуйста. Оператору надо сделать еще один общий план.
Когда телебригада наконец ушла, Игорь Сергеевич поблагодарил Дроздова.