Рулетка судьбы
Шрифт:
Все же, как меняются люди, думал полковник по дороге к своему кабинету. Был Рогов отличным резидентом в одной из африканских стран, неплохим атташе в бельгийском посольстве. А сейчас кто? Мозги заплыли жиром, обленился, перестал думать. Ведь знает, отлично знает, с кем им придется иметь дело, с какими трудностями предстоит столкнуться!
Впрочем, не стоит зря накачвать сложности. Баянов — опытный сыскарь. думающий офицер. Главное — умело поставить задачу, определить приоритеты, нацелить в десятку. А там — что Бог или Сатана скажут.
Фломин далеко
В приемной курили офицеры. При появлении Фломина дружно поднялись со стульев, вытянулись.
— Совещание переносится на пять вечера, — об"явил полковник. — Без опозданий.
В кабинете, не в пример генеральскому менее вместительному, он позвонил по внутреннему телефону.
— Баянов, зайди!
Через четыре минуты вызванный офицер вошел в кабинет начальника отдела.
— Вот что, Николай, тебе предстоит поиграть в кошки-мышки с самым настоящим сатаной. Садись и слушай…
Баянов — не новичок в разведке и в контрразведке. Ему довелось работать и в ныне распавшемся Союзе, и за рубежом. Такой же, как полковник, подтянутый, жилистый, с развитой мускулатурой, спрятанной под модным костюмом, он отличался от коллег разве только интеллигентной внешностью. Соседи по лестничной площадке, прохожие на улицах помыслить не могут, что человек в пенсне, с мягким овалом лица и небольшими усиками, окаймляющими пухлые губы, служит в органах госбезопасности. Типичный преподаватель ВУЗа, научный сотрудник или инженер проектной организации.
Даже жена, Лариса уверена — Николай трудится простым чиновником в одном из силовых министерств. Кратковременные командировки прикрываются симпозиумами или совещаниями, многомесячное отсутствие — стажировками.
Вот и на этот раз.
— Снова оставляешь меня одну? Гляди, Колька, я еще молода, вот отдамся Степану Никифоровичу — пожалеешь.
— Не отдашься, — посмеивался Баянов. — Сын помешает. Петька — моя защита и мои глаза. Увидит — мать загуляла, мигом отобьет телеграмму. Так и так, батя, тонет твой семейный корабль, дал течь, прилетай латать.
Дальнейшие угрозы и жалобы пресекаются испытанным способом. Благо, Петька играет во дворе, не помешает. На всякий случай заперта на защелку дверь. Один поцелуй, второй, более затяжной. Супруги садятся на диван, потом — ложатся. Лариса что-то шепчет. Ласковое и непонятное. Можно разобрать: насильник, хулиган. Муж не слышит — нетерпеливо раздевает ее догола, сам раздевается…
— Надолго уезжаешь? — через несколько минут разнеженно шепчет женщина.
— И — куда?
— Творческая командировка, — закуривая, привычно врет капитан. — Неограниченная по времени. Прокачусь по Ближнему Зарубежью, обменяюсь с тамошними коллегами опытом… Писем не жди — не будет свободного времени. Задержусь — сообщат с работы.
— Когда уезжаешь?
— Успокойся, не завтра и не послезавтра…
Пошатываясь,
Николай переоделся в спортивный костюм, прихватил с тумбочки сигареты с зажигалкой и ушел на лоджию. Курить и думать. Больше укрыться негде. На кухне — жена, там ее законное рабочее место. В гостиной все время работает телевизор. Вторая комната оккупирована сыном, захламлена разной всячиной, начиная от видака и кончая «домиком для кошки» — злющего кота Еремея, признающего только мальчишку. Появление рядом с его «жильем» Николая или Ларисы он встречает змеиным шипением, выпускает острые когти, распрямляет длинные усы. Короче, требует, чтобы нежелательные лица немедленно покинули чужую территорию.
Баянов расположился на остекленной лоджии со всеми удобствами: придвинул пепельницу, поставил бутылку с непременным квасом. Приоткрыл форточку.
Итак, предстоит решение труднейшей задачи — войти в контакт с киллером. С необычным киллером — российским терминатором, сверхметким стрелком и талантливым конспиратором. Как он воспримет предложение российской спецслужбы о сотрудничестве? Собков, по свидетельству знающих его людей, человек непредсказуемый, самолюбивый. Требует особого подхода.
Появление на его средиземноморской вилле исключается. Полковник совершенно прав. Излишне щепетильная тема предполагаемого разговора требует поставить хозяина виллы в безвыходное положение, а какая «безвыходность» в доме, принадлежащем собеседнику?
Значит, переговоры придется перенести на нейтралку, скорей всего, на территорию одной бывших советских республик. Сразу сунуться в Россию Пуля не осмелится. Солидно наследил не только в Москве — в других городах. Будет блуждать вдоль границы, выискивая безопасную лазейку.
Если Баянов не ошибается, сбежавший из России киллер долго не усидит на своей вилле, тоска по родине — или по любимой девушке? — заставит его болтаться возле российских границ, мучительно изобретать пути проникновения в Москву. Ибо только в Москве можно узнать на какой зоне парится Банина.
Сразу после беседы с полковником, по согласованию со службой внешней разведки, СВР, капитан разослал шифрованные телеграммы резидентам российских спецслужб в странах Ближнего Зарубежья. Пусть нацелят свою агентуру на поиски горбоносого.
О сделанной Пулей пластической операции ФСБ узнала почти в тот же день. Проинформировал свой человек в Париже. Подтвердил лионский агент.
Развал Союза мало затронул деловые связи между сотрудниками правоохранительныхх органов. Может быть потому, что они долгие годы работали в одной упряжке, решали одни и те же задачи. Тот же Клименко на Украине, вместе с которым Баянов осуществил ряд операций по внедрению в американскую разведывательную сеть в приграничных странах. Или — Щипок, белорус. С ним они дружили семьями. Или молдаванин, узбек, грузин, армяннин, азербайджанец.