Рыцарь ее сердца
Шрифт:
Джулиан вынул из таза мокрое полотенце и, снова усевшись на кровать, стал протирать им запачканные сапоги.
— Я никогда не имел гнусных намерений ни лгать нашему королю, ни скрывать от него что-либо. Не скрою, я был бы рад видеть сейчас Сибиллу Фокс, скрывшуюся подальше от Англии без суда и следствия. Да, в этом случае и Люси, и я были бы вместе с ней. — Он повертел сапог в руке, проверяя, насколько он чист. — И вместо того чтобы делать карьеру, я бы охотно отказался и от королевской службы, и от награды в виде Фолстоу, которую так великодушно посулил мне Эдуард. И я уже принял меры к тому, чтобы результаты моего полного расследования — впрочем, как и мои честные выводы — дошли
— И что ты предполагаешь сказать на суде?
— Правду, — Джулиан взялся за второй сапог, — и только правду, я никогда не стал бы лгать королю.
— Ох, смотри, чтобы она не принесла тебя в жертву, повернись дело так, что случай представится, — предупредил Эрик.
— Нет, — отрицательно покачал головой Джулиан, — здесь ты ошибаешься.
— Да она была готова подраться со мной и охранниками, только бы побывать у короля раньше тебя!
Джулиан почувствовал, что его губ коснулась грустная улыбка.
— Конечно же, ей этого хотелось. И вам еще повезло, что она была такой усталой. — Он посмотрел на молодого друга, но тот не принял шутки. — На суде ты убедишься, что я тебе не солгал.
— Но как же можно так доверять ей? — продолжал допытываться рыцарь.
Он поднялся на ноги и, вплотную подойдя к Эрику, ответил с пронзительным спокойствием:
— Просто она меня любит.
— Да уж, конечно, чего не скажешь, чтобы добиться своих целей!
— А мне не нужно разговоров, — Джулиан снова несогласно покачал головой, — я знаю это и без слов. Знаю, что она любит Люси. А такая женщина, как Сибилла Фокс, кинется на защиту тех, кого любит, невзирая ни на что. Я могу лишь надеяться, что и она знает, как сильны мои чувства.
Эрик свел брови, нахмурившись, словно Джулиан говорил с ним на каком-то незнакомом языке.
— Джулиан! Очнись! Это не женщина, это Сибилла Фокс!
Он снова едва заметно улыбнулся в ответ, однако теперь в голосе сквозила теплота, а не грусть:
— Да. И мне очень повезло, как ты считаешь?
— Думаю, ты просто сошел с ума. — Эрик укоризненно покачал белесой головой и взглянул на меч, который все еще не выпустил из рук. — Ну ладно, — он наконец принял решение и протянул пояс с мечом Джулиану, — но только учти, что если ты попытаешься его обнажить хоть на секунду, это тебя погубит. Вернее, — уточнил Эрик, — мне самому придется образумить тебя.
Выступив вперед, Джулиан взял свое оружие.
— Я тебя понял, благодарю, — сказал он, надевая на себя меч. — Послушай, Эрик… Ты ведь будешь на суде, не так ли?
— Я не могу на нем не быть. Доставка заключенных в суд — моя обязанность.
— Тогда, пожалуйста, будь с ней помягче, если можешь, — тихо попросил он после некоторого неловкого молчания.
— Я просто буду выполнять свою работу, — так же тихо пообещал Эрик. — Если ей хочется поиграть в театр, она его получит, тем более что процесс должен быть публичным. В мои обязанности не входит аплодировать ей.
Почувствовав, как защемило сердце, Джулиан нахмурился.
— Похоже, тебе, Эрик, неймется ее унизить, — пробормотал он себе под самый нос и громко продолжил, протягивая руку: — Ну что же, спасибо тебе за одежду и за то, что нашел время меня выслушать.
Эрик долго изучающе смотрел на Гриффина, после чего с силой сжал его локоть.
— Я очень надеюсь, что ты окажешься прав, поскольку в противном случае Бог тебя, может быть, и помилует, а
Прошло, возможно, не более получаса после того, как Эрик вышел из комнаты Джулиана, и в ней появился королевский офицер. Не говоря более ни слова, в чем Гриффин, собственно, и не нуждался, он знаком приказал Джулиану проследовать за ним. В окружении охранников его провели в большой богато украшенный зал, где располагался королевский суд. Пройдя через широко распахнутые двери, он сразу же увидел сестер Фокс и подмигнул именно им, несмотря на то что рядом находился Пирс Мэллори, которого он не видел уже много месяцев. Вокруг раздался приглушенный ропот толпы. Он и сам был не прочь повнимательнее изучить собравшихся, однако пара охранников быстренько перекрыли ему обзор.
Возможно, он и сам не успел подготовить себя к подобному зрелищу, сопровождаемому приглушенным, а порой и весьма красноречивым роптанием. Море голов, стены юбок с вкраплениями из позолоченных эфесов, казалось, окружали возвышение в центре зала на многие мили. Джулиан никогда не видел, чтобы в одном помещении одновременно находилась хотя бы половина от такого числа собравшихся. Уже сейчас теплый и влажный воздух был перенасыщен смесью из парфюмерных запахов и чего-то кислого. Он взглянул прямо перед собой на королевский трон, где уже восседал монарх, который смотрел на появление Джулиана в зале с видом зрителя, встречающего на сцене очередного актера, призванного сыграть свою роль на предстоящем спектакле. Совсем рядом, футах в десяти от короля, на этом же возвышении сидела леди Сибил да Лаэрн. Увидев Гриффина, она улыбнулась, и Джулиану показалось, что, несмотря на явную старость, ее лицо было здесь самым привлекательным.
Охранники остановились футах в двадцати от помоста, и Джулиан, сделав еще пару шагов, встал перед королем на одно колено. Старый усатый барристер выступил вперед, держа в руках пергаментный свиток, громко прокашлялся, и выстроившиеся в шеренгу охранники дважды ударили своими короткими мечами о щиты, приказывая зрителям замолчать.
Барристер развернул свиток.
— Слушайте, слушайте, и пусть знает каждый, кто здесь присутствует! Сегодня перед судом нашего суверена короля Эдуарда предстанут Джулиан Гриффин, рыцарь королевской армии, и Сибилла Фокс из замка Фолстоу, призванные к ответу по делу о государственной измене, шпионаже и неподчинении Короне.
С каждым словом, раскрывающим суть вины подсудимых, толпа, стоящая позади Джулиана, ахала с неподдельным ужасом.
Глядя в упор на Джулиана, барристер продолжил:
— Подтверждаете ли вы под присягой, что вы тот самый рыцарь лорд Джулиан Игнатиус Альфонс Гриффин из Лондона, состоявший ранее на государственной королевской службе?
— Да, — кивнул Джулиан.
— Подтверждаете ли вы под присягой, что показания, которые вы дадите сегодня перед Богом и вашим королем, будут правдивы, точны и полны, насколько это возможно?
— Да.
Барристер отошел в сторону и свернул пергамент. Джулиану казалось, что пылающие глаза Эдуарда обжигают ему лицо.
— Мой повелитель?
Еле заметным движением пальца Эдуард указал Джулиану на свободный стул, стоящий на возвышении справа от помоста, шагах в десяти.
Поднявшись с колена, Джулиан подошел к стулу и занял свое место. Теперь он находился на виду у сотен человек, собравшихся вокруг и беспардонно разглядывающих его со всех сторон. Последнее обстоятельство заботило Гриффина меньше всего, он просто не обращал на них никакого внимания, сосредоточившись на двустворчатой двери, оказавшейся вдруг так далеко, ожидая того момента, когда охранники снова широко ее распахнут и он сможет увидеть Сибиллу.