Сад Сулдрун
Шрифт:
— Пришло время; ты должен выйти из холма и проложить себе дорогу в мире людей.
Друн стоял, с разбитым сердцем, чувствуя, как по щекам текут слезы.
— Тебя зовут Друн, — сказала Твиск. — Ты сын принца и принцессы. Твоей матери больше нет среди живых, о твоем отце я не знаю ничего, и искать его бесполезно.
— Куда же я пойду?
— Иди за ветром! Туда, куда поведет тебя судьба!
Друб повернулся и, со слезами, застилавшими глаза, пошел к выходу из холма.
— Подожди! — крикнула ему Твиск. — Все собрались, чтобы попрощаться
И, действительно, фейри из холма Трипси, необычно подавленные, пожелали ему доброй дороги.
— Типпит, или Друн, — сказал король Тробиус, — ты знаешь, что время пришло. Сейчас тебе грустно расставаться с нами, потому что мы по-настоящему любим тебя, но вскоре ты забудешь нас, и мы станем для тебя как искры в темноте. Когда ты состаришься, то будешь считать нас странными детскими снами.
Фейри столпились вокруг Друна, плача и смеясь, одновременно. Они одели его в прекрасные одежду: темно-зеленый камзол с серебряными пуговицами, синие бриджи из плотного льняного твила, зеленые чулки, черные сапоги и черная шапочка со скругленными полями, остроконечным козырьком и розовым пером.
Кузнец Флинк подарил Друну меч.
— Его зовут Дассенах. Он будет расти вместе с тобой, и всегда будет подходить тебе. Его кромка никогда не затупится и, как только ты позовешь его по имени, он окажется в твоей руке!
Боаб повесил ему на шею медальон.
— Это талисман против страха. Всегда носи этот черный камень, и тебя никогда не покинет мужество.
Нисмус принесла ему свирель.
— Это музыка. Когда ты заиграешь, все пятки взлетят в воздух и ты никогда не останешься без веселых друзей.
Король Тробиус и королева Боссум поцеловали Друна в лоб.
Королева дала ему маленький кошелек с золотой кроной, серебряным флорином и медным пенни.
— Это магический кошелек, — сказала она ему. — Он никогда не опустеет. Более того, если ты даже отдашь монету и захочешь ее назад, коснись кошелька, и монета вернется к тебе.
— А теперь храбро вперед, — сказал король. — Иди и не оглядывайся назад, иначе у тебя будет семь лет несчастья; именно так должен идти тот, кто навсегда уходит из холма фейри.
Друн повернулся и пошел через луг Мадлинг, уставившись только на тропинку, по которой должен идти. Фалаэль, сидевший где-то в стороне, не участвовал в прощании. Зато сейчас он послал пузырь звука, который не слышал никто, кроме Друна. Пузырь пронесся через луг и взорвался у уха Друна, заставив того вздрогнуть.
— Друн! Друн! Погоди!
Друн оставился и оглянулся, обнаружив только пустой луг, наполненный презрительным смехом Фалаэля. Где же замок, беседки, гордые развевающиеся знамена?
Он увидел только низкий холмик в центре луга, и чахлый дуб, растущий на его вершине.
Обеспокоенный Друн отвернулся от луга. Неужели король Тробиус действительно поразит его семью годами несчастья, и только из-за ошибки, вызванной Фалаэлем? Законы фейри чаще всего непоколебимы.
Флотилия летних облаков закрыла солнце, лес помрачнел.
— Как здорово не бояться, — вслух сказал он, коснувшись талисмана, висевшего на шее. — Иначе я бы не сумел заснуть от страха.
Наконец его веки отяжелели и он уснул.
Облака разошлись; на небо выплыл месяц, свет луны просочился через листья. Так прошла ночь.
На рассвете Друн зашевелился и сел в своем гнезде из веток и папоротника. Он посмотрел по сторонам и вспомнил об изгнании из холма. Какое-то время он сидел, охватив колени руками, чувствуя себя одиноким и потерявшимся...
Далеко в лесу он услышал птичью трель и внимательно прислушался... Нет, только птица, не фейри. Друн встал с импровизированной кровати и почистился. Рядом он нашел заросли земляники, хорошо позавтракал и, постепенно, его настроение поднялось. Возможно все к лучшему. Он не фейри, и должен войти в мир людей. И разве он, в конце концов, не сын принца и принцессы? Ему нужно только найти родителей, и все будет в порядке.
Он задумался. Вчера, без всякого сомнения, он выбрал неправильное направление; и какое же направление правильное? Друн почти ничего не знал о землях, окружавших лес, и не умел читать направление по солнцу. Он пошел наискосок и оказался рядом с ручьем, по берегу которого бежала тропинка.
Друн застыл на месте, огляделся и прислушался. Тропинки означали прохожих, а по лесу ходят очень злые создания. Быть может лучше пересечь ручей и пойти там, где никто не ходит? С другой стороны тропинка может привести его куда-нибудь, и, если он будет вести себя осторожно, ему ничего не грозит. Кроме того, разве есть такая опасность, с которой он не сумеет справиться с помощью талисмана и меча Дассенаха?
Друн расправил плечи пошире, и пошел по дорожке, которая постепенно отклонилась на северо-восток, заводя его еще глубже в лес.
Он шел часа два и пришел на поляну, засаженную сливовыми и абрикосовыми деревьями, давно одичавшими.
Друн оглядел поляну, казавшуюся заброшенной и тихой. Среди лютиков, красного клевера и портулака летали пчелы; никаких признаков жилья. И, тем не менее, Друн отступил назад, смущенный подсознательными опасениями.
— Если есть хозяин у этих фруктов, пожалуйста, выслушай меня, — громко сказал он. — Я голоден, и хотел бы взять десять вишен и десять абрикосов. Могу ли я это сделать?