Сердце льва

Фетцер Эми

– Неужели ты так волновался? – Аврора внимательно разглядывала крашеные рыжие волосы Рэна и отросшую бороду.

– О! – Его лицо выразило раскаяние. – Ведь все это случилось с тобой по моей вине!

Девушка огорчилась.

– Так вот в чем, оказывается, дело. – Она пыталась заглянуть ему в глаза, пока Рэн снимал кандалы с ее ног. – Значит, ты просто хотел искупить вину?

Рэн отвел взгляд. Мог ли он признаться, как страдал, когда Аврора исчезла, какое его охватило отчаяние, когда пришлось прекратить поиски? Пережитое заставило

Рэна многое переосмыслить. Ценности, казавшиеся жизненно важными до встречи с девушкой, теряли всякий смысл при одной мысли о ней. Сейчас он не мог говорить с Авророй об ее исчезновении.

– Ты плохо меня знаешь, если так думаешь обо мне.

– О, я ведь совсем не знаю тебя, – сказала она убежденно.

Но на самом деле Аврора поняла уже давно, что Рэн боится, как бы она не разрушила его планы. Поэтому, когда он потянулся к ней, девушка отпрянула.

– Не прикасайся ко мне! Видишь, я насквозь мокрая и от меня воняет протухшей рыбой.

– Весь этот проклятый корабль провонял ею, – пробормотал Рэн, убирая волосы с ее лица и гладя Аврору по щеке.

Он смотрел на нее так нежно, что девушка растаяла.

– Тогда распорядись, господин спаситель, чтобы мне приготовили ванну и я стала достойна моего защитника.

Впервые на ее памяти он громко рассмеялся так искренне, без намека на издевку.

– Дважды в тюрьме султана ты показала, что умеешь открывать замки, – сказал Рэн, ощупывая ржавую цепь, которой девушку приковали к переборке трюма. С силой рванув цепь, Рэн сорвал ее с кольца. – Почему же ты не освободилась сама, как раньше?

Аврора устало взглянула на него:

– Этот мерзавец-капитан проверял меня каждый час, и мне не удалось бы избежать розог, заметь он, что я сижу не на привязи.

– Они били тебя? – с тревогой спросил Рэн, внимательно оглядев девушку. Своими сильными пальцами он легко сломал браслет на щиколотке Авроры.

– Били меня? Как же! Попробовали бы!

Опершись на плечо Рэна, Аврора с трудом поднялась. Грязная мокрая одежда прилипла к ее телу. Ему страстно захотелось обнять девушку и убедиться, что она действительно цела и невредима. Однако Рэн взял себя в руки.

– Шокаи тоже на борту? – спросил он, с трудом оторвав взгляд от груди Авроры. Он накинул на девушку свою рубашку.

– Да. – Она улыбнулась, просовывая руки в широкие рукава. – Его держат с другими пленными. Скажи, ты ведь атаковал этот корабль, чтобы освободить рабов?

Рэн молча указал на узкий трап.

– Ты сможешь взобраться?

Аврора, размышляя, почему Рэн не хочет признаться в своем благородном поступке, не сразу кивнула. Он пропустил девушку вперед, но, едва она перестала опираться на него, ее ноги подкосились. Рэн поддержал Аврору, и она, ухватившись за его руки, положила голову ему на грудь. Ее била дрожь.

Он наклонился к ней и тихо спросил:

– Когда в последний раз ты ела и видела солнце?

– Когда была с тобой, – пробормотала Аврора, вдыхая соленый запах его кожи. – В пустыне.

Рэн

ахнул. Шесть дней! Боже, работорговцы не позаботились даже о том, чтобы доставить живым свой «товар»!

Аврора заметила, что он кипит от ярости.

– Оставь, Рэнсом, – прошептала она. – Что случилось, то случилось.

Его лицо ясно выражало желание скормить экипаж этого судна акулам. Девушка погладила его по щеке, убрала волосы, упавшие ему на лоб, и Рэна немного успокоило ее прикосновение. Аврора прижалась к нему. Его губы были так близко… рядом с ее губами. Он сходил с ума от желания, но и сейчас сдержал себя, понимая, что не может поддаться чарам этой девушки.

Рэн слегка отстранил Аврору.

– Что, слишком противный запах?

Он улыбнулся.

– Да. Отвратительный. – Посадив девушку к себе на спину, Рэн быстро поднялся на палубу. Доминго, давно наблюдавший за ними, удовлетворенно вздохнул. Рэна явно смущала эта женщина, и Доминго размышлял, когда же капитан наконец уступит столь сильному чувству.

– Приятно видеть вас в добром здравии, сеньорита.

Аврора улыбнулась:

– Спасибо, я ценю вашу храбрость и ваше расположение, мистер Авилар.

Загорелое лицо Авилара просияло. Его приятно удивило, что она помнит его имя, а еще больше, что понимает испанский язык.

– Где старик? – спросил Рэн. Аврора бросила на него гневный взгляд.

– Шокаи. Шокаи Ишидо, – твердо сказала она, оглядев палубу. У нее перехватило дыхание.

Одна мачта была полностью разбита, вторая переломилась пополам, разорванные паруса висели, как старые тряпки. В воздухе все еще стоял сизый дым, фонари раскачивались, повсюду лежали изувеченные тела.

– Это сделал ты?! – воскликнула она.

– Мои бомбардиры, красавица.

– Но по твоему приказу, – печально сказала Аврора. – О, Рэнсом, сколько смертей на твоей совести!

– Ты, вероятно, предпочла бы остаться у работорговцев?

– Нет, конечно, но необходимо избежать всего этого. – Она указала на мертвеца с оторванной рукой.

– Только трус сдается после первого залпа. – Рэну не нравилось, что девушка осуждает его способы борьбы с противником. Ведь вот уже несколько лет эти методы оправдывали себя и стоили минимальных потерь ему и его команде. Если бы не веские причины, Рэн никогда не стал бы морским пиратом, и цена за его голову не росла бы так быстро.

– Большая доблесть спасать людей, а не проливать их кровь.

– Странно, что тебя так смущают мои методы, когда дело идет о твоем освобождении! – Рэн намекал на историю с ружьями в лагере шейха, и Аврора поняла это. – Может, ты осуждаешь не только мои действия, но и меня самого?

– Ничего подобного, – робко возразила Аврора.

– Но ты относишься с сомнением и недоверием к каждому моему шагу! Видит Бог, ты неблагодарная женщина!

– Так я раздражаю тебя, господин пират? Или на тебя так подействовала пролитая кровь нескольких мерзавцев?