Сингапур
Шрифт:
— Я думаю, на мостике не так скучно, как в каюте. Или предпочитаете уединение?
— Да нет. Не мешало бы осмотреться…
И поблагодарил Хея за понимание. Однако, посещение ходового мостика пока отложил. А после того, как через иллюминатор своей каюты увидел несколько небольших, достаточно высоких, зеленых островочков, желание увековечить в своей памяти последние штрихи этого сказочного островного края стало настолько велико, что решительно встал и покинул каюту. И когда поднялся на мостик, то остался весьма довольным своим решением. Не увидеть той красоты, которая окружала шхуну, было бы большим упущением. Она проходила так близко от одного из островов, что прекрасно различалась
Хей стоял возле иллюминатора и с биноклем у глаз что-то внимательно рассматривал. Тоболин пару раз на Хея взглянул, ожидая каких-нибудь от него слов. Но нет. Тот все так же продолжал смотреть в одном направлении. Тоболин, заинтересовавшись также посмотрел примерно туда же, куда смотрел Хей, на островок с аркой. Но ничего не заметил. Пустое место. И у него сложилось мнение: «Чем-то памятные для Хея места? И всё-таки чем же? Остров наверняка необитаем.» Тоболину было неведомо, какая причина заставляла Хея беспокоиться. Ближайшие острова служили укрытием для банд пиратов. Не исключено то, что и он сам некогда отсюда совершал «набеги». Зеленые призраки, так их называли местные рыбаки, активизировались по ночам, а днем они отдыхали. Потому сейчас межостровное пространство выглядело мирным и безопасным. Невидимые призраки в это время укрылись в небольших заливчиках и ждали наступления темноты. Хей, как матерый волк, присутствие волчьей стаи чувствовал не только нюхом, но и по известным ему признакам. И несмотря на близость кораблей береговой охраны, один из призраков рискнул показаться. Шхуну бывшего пирата они узнали еще издали. Однако не долг мщения заставил призрака выйти из укрытия. Причина другая.
Теперь, когда катер на большой скорости летел наперерез шхуне, Хей соизволил высказаться:
— Давнишний мой приятель Кия.
Имя или прозвище, Тоболину было все равно. Первое впечатление-рыбацкое судно. А значит, Кия его капитан. Ничто не указывало на опасную ситуацию ровно также как он и в мыслях не подозревал о том, что Кия-главарь банды. Катер на огромной скорости совершил циркуляцию вокруг шхуны и резко стопорнув ход, остановился в полкабельтове на её курсе. Хочешь, не хочешь, а это заставляло уменьшить скорость. Хей подошел к машинному телеграфу и, поставив его на отметку среднего хода, не проронил ни слова… И в это время раздался из динамика станции УКВ хриплый, как после затяжной пьянки, голос:
— Привет, Хей-старый пройдоха! Куда так спешишь, сбавляй ход.
Шхуна продолжала с приличной скоростью двигаться. Это вынудило катер едва вывернуться из под ее форштевня. И вот теперь, до Тоболина дошло, с кем они имеют дело. Тоболин стал за перебоку, чтобы его не могли заметить с катера и в то же время возникла мысль покинуть мостик, но интуитивно решил повременить.
Хей отвечал спокойным голосом:
— Узнаю тебя, Кия. Рад слышать твой голос.
— Как дела? Что в трюмах? — Снова задребежжал динамик. — Не надоело возить вонючие бараньи шкуры?
— В этот раз каучук.
— Деликатесного чего-нибудь пожевать имеешь?
— Могу дать кусок каучука. Для крепких зубов в самый раз. — Хей хохотнул, но замолк услышав
— Пусть америкашки жуют твою резину. У них лошадинные челюсти, а мне что-либо помягче и повкуснее.
Наконец, Хей поставил телеграф на стоп. После чего подошел к радиостанции и дал ответ:
— Крабы и вяленые кальмары тебя устроят?
— Вот это то, что надо! — Подтвердил обрадованный голос с катера. — И бутылку виски не забудь.!
Хей отвернулся от трубки и негромко проронил:
— Мартышка одноглазая! У самого напиханы подобным добром целые склады, а побирается как нищий на припортовой авеню в Маниле.
А в трубку же ответил:
— Подходи к корме, но держись на расстоянии. Боцман передаст на выброске.
— Хорошо. — Отвечал голос с катера. — Хей, и сам подойди на корму. Есть разговорчик.
Тревожное чувство овладело Тоболиным, и к чему его относить, не мог понять. «Если иметь ввиду приглашение к разговору Хея, — подумал Тоболин, — так мало ли какие секреты могут быть между ними.» Однако, поспешил уйти с мостика.
Не прошло и пяти минут, как в каюту ворвался Померан, предусмотрительно спустив защелку у дверного замка. Глянув на его взволнованное лицо, Тоболин, уже кое о чем догадываясь, спросил:
— Что-нибудь случилось, Померан?.
— Да, Александр! — Он заговорил торопливо, стараясь взять себя в руки — Я случайно подслушал разговор Кия с Хеем. К сожалению, только часть его. После того, как я передал посылку на катер, стоял в шкафуте и собирал выброску, подошел Хей. Потом появился Кия. В темных очках. Раньше я его никода не видел. Сейчас же понял, что это одноглазый Призрак. Он известен в этом районе из-за самых дерзких ограблений судов. Страшный человек!
— Так о чем они говорили? — не выдержал Тоболин.
— Кия сказал:
— По-моему им занимаются твои «Братья»…
Хей ответил:
— Зачем он им нужен…
— Не знаю… — стал говорить Кия, — пораскинь на досуге своими мозгами.
Дальше, чтобы меня не заметили, я не рискнул находиться в шкафуте, а потихому смотался к вам.
— Странно…,-заговорил Тоболин, — а какое я имею отношение к их разговору? И кто на самом деле Кия? Только пират?
— Извини, Александр. Может, и на самом деле я зря запаниковал…
— Пожалуй, нет, — медленно пройзнес Тоболин, — вполне вероятно, что их разговор касается меня.
Он немного подумал и за это время попытался представить образ одноглазого пирата. И снова возник вопрос: Кто этот Кия на самом деле? И с ним обратился к Померану:
— Больше ты о нем ничего не знаешь? И как ты думаешь, Хей может сказать о моем здесь присутствии?
— Вряд ли…,-задумчиво сказал Померан. — По-моему, не рискнет. Кия, пожалуй, все свои «подвиги» совершает из-за мести. Я слышал про него такое: когда ему было пятнадцать лет, в его жизни произошла трагедия. Поссорились между собой две банды… Его отец сыграл в этом свою роль, поскольку являлся участником одной из них. Ну и поплатился. На глазах у Кия убили и отца и мать, а у него выкололи глаз. После этого он поклялся мстить до конца жизни. Что он и делает, убивая всех без разбора.
Настойчивый стук в дверь больно ударил по нервам Тоболина. «Не Кия ли?» — обожгла мозг сумасшедшая мысль. Но успокоился, догадываясь, бандит не стал бы стучать, а ворвался бы без предупреждения.
— И вот что, — тихо проговорил Померан, — Имейте ввиду, Хей всегда при оружии. В припадке гнева он превращается в зверя и может застрелить каждого, кто ему подвернется под руку…
Голос из коридора показался Тоболину не столько раздраженным и непреклонным, сколько пугливым:
— Эй, пассажир, тебя зовет капитан.