Соль уходящего лета...
Шрифт:
Лейтенант довольно долго отсутствовал, и у Лады было много времени на то, чтобы поразмышлять о случившемся. Думала она и о Нике. О том, что невольно втянула его в это все. Что и говорить, ее покорила решительность мужчины. То, что он, нисколько не сомневаясь, помог ей, хотя эта помощь могла обернуться для него крупными неприятностями. По крайней мере, он мог так подумать… Откуда ему было знать, что в маленьком городке никто не станет копаться в этом деле всерьез?
Лада чуть изменила позу. Затекшее от сидения на стуле тело отозвалось легким покалыванием в мышцах. Женщина легонько потянулась и бесцельно уставилась на свою ладонь со свежей
Дверь открылась, в проеме показалась тощая фигура лейтенанта:
– Вы можете быть свободны! – вытирая пот со лба, пробормотал он.
– Но на будущее имейте в виду – такие выходки вам с рук не сойдут! И это… вам категорически и навсегда запрещено показываться на территории детского дома!
Лада вскинула взгляд. Холод прошел по коже. Она знала, чем рискует. Наверное, знала… И отдавала себе отчет. Только… как теперь жить? Как жить…
Потерянная, она кивнула головой, не помня себя, прошла по полутемному коридору мимо дежурной части и, тихо захлопнув за собой дверь, вышла на улицу. Яркое солнце ударило по уставшим глазам. Застывшая на щеках соль неприятно тянула кожу. Лада растерла лицо ладонями и огляделась. Что делать дальше? У нее даже сумочки нет…
– Ну, что стоишь, бандитка? Поехали домой…
Не веря собственным ушам, Лада оглянулась. Ник стоял чуть в стороне, поигрывая ключами. Нестриженые волосы трепал ветер, отросшая борода закрывала практически все лицо, и на нем выделялись лишь его серые чуть прищуренные глаза.
– О господи, Ник… Скажи, что не пострадал от моей выходки.
– Думаешь, мне могли бы пришить соучастие?
Лада переступила с ноги на ногу, мазнула по мужчине внимательным взглядом, отчего-то развеселившись от его «пришить».
– Нет… Нет, думаю с тобой им было не справиться…
– Вот именно. Пойдем уже… хулиганка. Я порядком проголодался.
Чуть помедлив, Лада сошла со ступенек и двинулась вслед за мужчиной.
– Спасибо тебе, - обратилась к его спине.
Ник оглянулся. Покачал головой:
– Не надо. Я ничего такого не сделал.
– Для Лиды ты сделал даже больше, чем все те люди, что окружают её в течение долгих лет. Ты… исполнил ее мечту.
– Ее мечту исполнила ты. Я лишь немного подсобил.
– Спасибо… - прошептала Лада. – Спасибо, что понял… Что не посчитал меня двинутой на всю голову.
– Ну, не скажи… - криво улыбнулся Ник, галантно открывая перед ней дверь машины.
– Что? – не поняла Лада.
– Ты и есть двинутая, – тихо посмеиваясь, заметил Ник.
– Но так даже интереснее, – добавил, выворачивая руль и плавно нажимая на педаль газа. Несколько секунд Лада переваривала полученную информацию, а после рассмеялась в ответ. К черту… Он прав. Нормальный человек такого бы не сделал. Только… человек, доведенный до отчаяния, тот, кому нечего больше терять. Такой, как она… Двинутая?
– А знаешь, что…
– Ммм?
– Если ты действительно голоден, мы можем заехать пообедать в одно замечательное местечко. Ничего особенного… но там готовят очень вкусный суп из рапанов. Лучший суп на всем побережье!
– Звучит заманчиво.
– Только…
– Что?
– Я сегодня неплатежеспособна… - Лада похлопала себя по карманам.
– То есть мне тебя придется угостить? – Ник скосил на нее непроницаемый взгляд, и она почему-то смутилась. Он был словно с другой планеты… Такой далекий порой, но иногда – самый близкий. За несколько прошедших с его приезда дней этот мужчина занял слишком много места в ее голове, но Лада все равно ни на шаг к нему не приблизилась. Вот и сейчас… о чем он думал?
– Я могу вернуть тебе деньги в гостинице, - пробормотала Лада.
– Вот еще… Ну же… Я пошутил! Говори, куда ехать?
Небольшое уличное кафе доживало последние дни. Еще неделя-другая, и оно будет закрыто вплоть до апреля. А пока… прекрасный вид на залив, уютные бирюзовые диванчики и колышущийся на ветру белый тюль, создающий особый уют. Они часто обедали здесь с Сергеем… Они оба любили это тихое место.
Сделав заказ, Лада подошла к перилам. Прикрыла глаза, вдыхая знакомые ароматы. Закрыв глаза, можно было не вспоминать. Закрыв глаза, можно было на миг вернуться в то время…
– Это место особенное для тебя?
Лада пожала плечами:
– Мы бегали сюда на свидание с мужем. Конечно, когда у нас появились деньги…
– Получается, вы довольно рано поженились?
– О, да… - подтвердила Лада, а после, резко меняя тему, бросила, - но что мы все обо мне, да обо мне?
– Почему бы и нет?
– Почему? Не знаю… Ты и без того знаешь обо мне слишком много. А я о тебе – практически ничего.
– Ты знаешь обо мне главное.
– Ник насторожился, но ничто в его облике этого не выдавало. Он отпустил подоспевшего официанта и лично разлил вино.
– Да… наверное… - смутилась женщина, вспоминая их разговоры, - но я совершенно не знаю, чем ты занимаешься по жизни, чем живешь…
– Тебя интересует чем я занимаюсь?
– Ну, для начала...
– Лада пригубила чудесное шардоне, вкус которого успела забыть, и отогнала прочь от себя все грустные мысли. Для них у нее будет много-много времени...
– Я – бизнесмен. Торговец. В жизни у меня был лишь сын и бизнес, отнимающий по шестнадцать - восемнадцать часов в сутки. Бесконечная круговерть. – Ник говорил правду. Может, не полную, да, но все же правду. Он не мог, не считал для себя возможным врать ей… Но в то же время он еще не был готов сознаться, раскрыть свое инкогнито. Ник хотел, чтобы для начала Лада узнала его чуть получше. Чтобы не считала чудовищем, которым он, возможно, когда-то и был… Он лелеял надежду, что она сможет его понять. Когда-нибудь сможет.
– Значит, ты большой человек… Как же ты оказался в моей забытой богом гостинице?
– Я просто ехал, куда глаза глядят. Остановился. А там море и…
– Спокойно. Я помню… Я тоже любила там отдыхать после длительных отъездов.
– Отъездов? Выходит, ты много времени проводила вне дома?
– О, порой меня месяцами носило по свету. Я… ты не поверишь, но я была известной моделью. – Почему-то после откровений Ника рассказывать о собственной жизни было легко. А может, это вино развязало язык? Или хмельной морской воздух?