Среда обитания
Шрифт:
Трансляцию завершил звенящий гром литавр. Царица Хатшепсут исчезла, и на него уставился Онтарио – глаза выпучены, рот раскрыт, губа свисает ниже подбородка.
– Это… это изумительно, партнер Дакар! Свежая оригинальная идея, невиданное зрелище, невероятная фантазия, великолепный антураж! Как вы додумались, как?! Ни Фиджи, ни Тамуэрт, ни Каппамалла… Да что там Каппамалла – сам великий Гибралтар из Боста на этакое не способен! Колорит… ка-акой колорит! Ка-акая женщина! И эти четырехногие твари в тележках… и каменные рожи…
– Новый период в моем творчестве, – скромно заметил он. – А новое, оригинальное и свежее не рождается впопыхах.
– Тогда не стану вам мешать и торопить со сроками. – Онтарио хитро прищурился и сообщил: – Но если закончите в шесть пятидневок, мы удвоим плату. Одиннадцать тысяч монет, партнер Дакар! Подумайте!
Нежно улыбнувшись ему, куратор растворился.
– Мы богатеем, – заметил он, подмигивая изображению Эри. – Но в этом ли счастье, солнышко? Меня другое радует, совсем другое. Ты видела, как он отреагировал на эти египетские прибамбасы? А если Шекспира представить с Вальтером Скоттом и Фенимором Купером? Дюма, Жюль Верна, Стивенсона или Валентинова с Олди на худой конец? Я, разумеется, не плагиатор, но цель грандиозна… – Он с задумчивым видом почесал в затылке. – Может, в самом деле показать? Посмотрят, выстроятся в очередь и побегут на Поверхность…
– Дакар? – послышалось за скрывавшей вход вуалью. – Чем занимаешься, Дакар?
Завеса дрогнула, затем сомкнулась за спиною Эри. Ее наряд был выдержан в строгих тонах: серая туника, черный широкий пояс, серые сапожки до колен. Она подошла к дивану, села, и платье вдруг переменило цвет, став фиолетовым – того глубокого оттенка, какой бывает у граненых аметистов.
– Работаю, – сказал он, искоса поглядывая на девушку. Ее туника начала зеленеть.
– Есть другая работа. Крит связался со мной.
– И что?
Она уставилась на свое изображение, застывшее в воздухе над столом-терминалом.
– У него контракт. Что-то очень важное и необычное… думаю, опасное. Вчера, во время заварушки в Бирюзовом секторе, его пытались прикончить. Сожгли его биота, сам он свалился в сеть… Не знаю, где он был, расставшись с нами, – не признается, даже словом не обмолвился. Сказал, что завтра спустится в Отвалы – может быть, уже сегодня, в последней четверти. Еще сказал, что должен поспешить: или они до него доберутся, или он до них.
– До кого до них?
– Он ищет какую-то фирму, видимо, тайную – ее в реестре нет. Фирму, которая поставляет сырье, взятое не из Хранилищ.
– Это запрещается? – спросил он, любуясь изумрудным цветом ее платья.
– Нет, инвертор, это не запрещается. Черные Диггеры иногда находят всякие штуки… Но Крит сказал, что пачкуны здесь ни при чем, слишком велик масштаб, и это кое-кого беспокоит. Откуда все берется, непонятно, не знает ни он, ни его наниматели. А раз не знает, будет искать.
– Вот как? – Он почувствовал, как сердце вдруг застучало чаще. – Ты говоришь об этом потому, что мы обсуждали нечто подобное с Мадейрой?
– Не только. – Эри с сосредоточенным видом уставилась на носки своих сапожек. Ткань ее туники теперь отливала пурпуром. – Не только поэтому, Дакар, хотя с Критом все много надежнее, чем с Мадейрой. Крит не из тех, кого легко убить, он Охотник, не блюбразер… Но есть еще одна причина, более важная: он предлагает нам партнерство. Тебе и мне.
– Я не совсем понимаю…
Она нетерпеливо взмахнула рукой.
– Ты ему нужен как эксперт, знающий Поверхность, а я – я была его партнером, и он мне доверяет. Мне и еще двоим. Он возьмет Дамаска и Хингана, может быть, кого-нибудь еще. Он хочет, чтобы ты спустился с ним в Отвалы.
– Отвалы – это полость, которую мы видели в клипе? В том клипе о Черном Диггере Дуэро?
– Не совсем, но похожая. Видишь ли, ты… то есть прежний Дакар… он никогда не спускался в Отвалы и Штреки и знал о них лишь то, что я ему рассказывала. Я была у него…
– …консультантом, – подсказал он. – Значит, милая, ты побывала там?
– Да. Не раз. Неприятное место, но с Критом, Дамаском и Хинганом я тебя отпущу.
– А сама?
Она замялась, поерзала на диване, разгладила подол туники, снова принявшей серый цвет.
– Я… у меня есть кое-какие дела, Дакар, и мне придется остаться в куполе. Кроме того, Охотники в поиске ходят парами: Хинган с Дамаском, Крит – с тобой.
– А почему не Эри с Дакаром, Крит с Дамаском, а Хинган отдыхает?
– Потому, что я не Крит. Он быстрее, сильнее и много-много опытнее. Чтоб тебя купол придавил, Дакар! Эти вечные твои вопросы…
Он сел с ней рядом, обнял, прижал к себе.
– Не сердись, девочка, я только хочу разобраться. Зачем, например, лезть в Отвалы? Не проще ли сразу подняться на Поверхность?
– Как? Ты уже нашел дорогу?
– А разве ее нет?
– Возможно, была в Эпоху Взлета, но о ней давно забыли. Засыпали или замуровали… Теперь нас с Поверхностью связывают только воздуховоды. Десяток крупных воздуховодов, которые делятся на сотни мелких.
– Разве нельзя их использовать для подъема?
Эри усмехнулась.
– Это воздуховоды, а не лифты, инвертор! Воздух движется в них с огромной скоростью, а закачивает его станция на Поверхности. Есть основная станция и две резервные, все полностью автоматические, и ремонтировать их не нужно. Там не вентиляторы стоят, Дакар, там что-то похитрее! Ничего не крутится, но воздух идет.
– Любопытно, как… – пробормотал он. – Искусственная зона низкого давления? Даже вакуума? Или осмотический принцип? Или…